Андрей Борисович Земляной 
Синий пепел

СИ; 2022
Аннотация

Неудавшееся вторжение, или просто случайность, но на Земле, в России, США и на границе Китая и Индии, рухнули обломки неведомого космического тела, мгновенно изменив правила игры на этих территориях. Где-то ад был пожиже, но боле размазан по территории, а где-то собран на площади в тридцать квадратных километров, и это гарантированная смерть для всех кроме искателей.

Андрей Земляной
Синий пепел

* * *

Глава 1

В аду Буратино пробыл недолго, но жару дал.
Из записных книжек Папы Карло VI

Пришествие. Церковники назвали это началом Конца Света, мистики и разного рода предсказатели сразу нашли в священных текстах подтверждение тому, что это должно было случиться и предсказано ещё очень давно, но мы решили обратиться к настоящему специалисту. 
— Так что же это всё-таки было? Мы спросили члена-корреспондента академии наук доктора наук, и почётного профессора десятков Российских и иностранных университетов астронома Виктора Симонова. 
— Если честно, то мы до сих пор не знаем. Строим теории разной степени проверяемости, но и сейчас, пять лет спустя и близко не придвинулись к пониманию феномена «Пришествия». 
Программа «Вопросы и ответы». Видеоканал Око. 5 Июня 2086 года.  

Западная Сибирь город Дзержинск. 
«И чего я попёрся через проспект?» — Молодой мужчина лет тридцати в чуть потёртом бронекомбезе, разгрузке и тяжёлых сапогах, осторожно выглянул из-за угла полуразвалившегося здания, и чуть прищурился, точно вымеряя расстояние до условно безопасной точки, по серому потрескавшемуся асфальту с островками полусгнивших автомобильных скелетов. Серебристый туман локального пробоя крутился как раз между уткнувшимся в бордюр КАМАЗом, и покосившимся ларьком где давно обитал паук-череп — относительно безобидное существо, если его не беспокоить громкими звуками и запахом человеческой плоти. Пробой лёг прямо на сверкающие стальным блеском игловидные кристаллы, проросшие из металла на капоте сгнившей Ауди, которые поблёскивали на солнце, а по их острым кончикам временами пробегало искристое облако разрядов. Но «рыбкам» защита стального мха была по барабану. Из облака пробоя то и дело выныривало серое туманное веретено, с хрустом отхватывало порцию кристаллов, и вновь скрывалось в мареве пируя на нежданном деликатесе.
Мху это активно не нравилось, но боевые стрекательные иглы были частью срезаны облаком портала, а частью уже разрядились, так что рыбкам ничто не мешало обгладывать колонию с одного бока.
Мимо мха ещё можно было проскочить, а вот мимо рыбок уже никак. Юркие и подвижные червеобразные тела серебристого цвета, с хватательными щупальцами впереди, летали игнорируя гравитацию и жрали всё что попадалось на пути. Металл, бетон и стекло, но особенно предпочитали живую плоть. И чутьё у них было такое, что в радиусе пяти — шести метров лучше не появляться.
С определённой уверенностью можно было утверждать, что полутораметровый паучок так любивший похрустеть человеческими косточками был откушан в первую очередь, а мхом, рыбки закусывали на десерт.
А сзади, скрипя сминаемым металлом и бетоном, накатывалась «живая волна» гравитационного сдвига которая двигалась широким фронтом вдоль проспекта, и если в голову не придёт какая-нибудь свежая идея, то лежать ему здесь в виде кровавой кляксы, с вкраплениями такого же раздавленного снаряжения.
Виктор снова чертыхнулся, и наконец решившись, зарядил в подствольник творение местных кулибиных — гранату «Ды мка» в состав которой входил и стальной мох.
Трудность заключалась в том, что попасть следовало в точку диаметром в десять сантиметров и с расстояния в полсотни метров. Если промахнуться, то граната улетит в облако, и окажется где-то в другом измерении, или пролетит мимо и наделает бед совершенно не в том месте где нужно. Он выкрутил детонатор на шесть секунд, тщательно прицелившись, вогнал её прямо в основание колонии, где она залипла благодаря тонкому гарпунному наконечнику, и в бодром темпе пополз в переплетение арматуры, надеясь, что там, в гуще обломков, найдётся выход, и его не завалит «волной» и ещё о многом.
Взрыв прозвучал резко и хлёстко, словно хлопок детонатора, и уползший довольно далеко, Виктор решил поискать выход наверх.
Когда он выглянул из мешанины бетонных обломков, на проспекте уже заканчивалась эпическая битва. Огромный кусок мха, сдёрнутый взрывом, влетел в облако локального пробоя, и уже там устроил натуральный геноцид «рыбкам» В облаке что-то вспыхивало, шипело и шкворчало, словно на сковородке жарили целого хряка, а на асфальт вываливались клочья стального мха, и длинные червеобразные тела «рыбок».
Рыбки в какой-то момент повалили особенно густо чтобы наказать колонию живых кристаллов, когда под действием «живой волны» облако окутал едва заметный зеленоватый дымок, и локальный переход схлопнулся, оставив на асфальте развороченный и отполированный до блеска остов легковушки, и полупрозрачные тушки рыбок, мгновенно погибшие, когда исчез прямой контакт с гнездом.
«Вот так и рождаются легенды» проворчал Виктор, укладывая в огромный сто двадцатилитровый рюкзак трофеи. Три десятка «рыбок» и больше сорока килограммов «стального мха» стоили того, чтобы не только на время прервать поход, и оттащить добычу Толстому Владу, но также задержаться в городке, чтобы выпить за капризную девушку по имени Удача.
Каток «живой волны» уже убрался назад, и обратная дорога к границе Пятна была простой словно по городскому парку, в день десантника у трансвестита.

Западная Сибирь, Закрытое административно-территориальное образование «Посёлок». 
Посёлок, основанный первыми искателями так и назывался Посёлок. Правда, говорят, что когда-то давно на этом месте находилась деревня Клюковка, но с тех времён всё сильно переменилось. Сгнившие развалины старых деревянных домов сменили высокие стальные корпуса домов — дотов, с куполообразными крышами. Усиленные внутри балками и распорками, они бугрились башнями из которых торчали стволы гранатомётов, автоматических пушек и спаренных крупнокалиберных пулемётов, потому что живность Пятна, обычной пулей было не взять, и обычный автомат калибра 7.62 или 5.45 искатели носили исключительно для встреч со «сталкерами» которых здесь несмотря на тройной кордон было завались. Хотя кордон — это скорее для дураков. Для умных существовала определённая цена, уплатив которую человек мог пройти на территорию Пятна. Цена фактически официальная, так как с неё уплачивались налоги, и государство строго следило за тем чтобы не было общих для всех правил. На каждого соискателя богатств ставилась специальная метка, и общим правилом было что сталкер покидал Пятно через другой КПП.
Прибывали сталкеры отовсюду, и за редким исключением сразу же начинали качать свои права, после чего, видимо наигравшись в популярную игруху «Сталкер» лезли в Пятно за богатым хабаром. Так их и называли — сталкеры, вкладывая в это слово оттенок презрительный и уничижительный. А в противовес сталкерам поселковых звали искателем или если человек был уважаемый и заслуженный, то находником. Потому как искать это процесс, а находить уже результат, и вот тех, кто давал этот самый результат в посёлке особенно уважали.
Процент возврата сталкеров, этих смелых, но глуповатых людей, был примерно полпроцента, то есть один на две сотни, но это не останавливало лихой народ. Цены, что ломили скупщики инопространственного техно и биоматериала, способны были свести с ума и престарелого бухгалтера.
Каждый вернувшийся хотя бы с одной баночкой вещества, сразу становился обеспеченным человеком, и несмотря на жесточайший контроль, и регулярные посадки, желающие не переводились.
Конечно, случались и вменяемые новички, но что делать нормальному человеку в месте, где каждая вторая кочка может быть смертельно опасной?
Именно с таким, обычным невменяемым как раз сейчас беседовал Корень — староста посёлка и находник, истоптавший своими сапогами почти всё Пятно. Корень был спокойным, рассудительным мужчиной шестидесяти лет, уважаемым всеми без исключения, за ровный характер, незлобивый нрав, и в особенности за воспитанную им группу оружейников, умелые руки которых создавали, а иначе не скажешь, оружие для искателей, и многое другое. Увидев краем глаза Виктора, Корень опустил правую руку вниз, сжав кисть в кулак, и оттопырив указательный палец вниз, что означало «нужна помощь».
Виктор подошёл ближе к группе из троих пришлых, обступивших сидящего на лавочке Корня, и прислушался к тому что говорил высокий широкоплечий мужчина в дорогом бронекомбезе, разгрузке западного образца, и вообще упакованного на все сто.
… - Я, мать твою в рот, два раза не повторяю. Отведёшь нас к Станции, и пиздуй. Там без тебя разберёмся если ты такое ссыкливое говно.
— О! да ты крутой! — Виктор шагнул ближе и пожав протянутую руку Корня, насмешливо смерил взглядом главного из троицы кабанов. — И чего таких крутых понесло на Станцию? Там знаешь ли, сейчас жарко. Дрова проросли, и гнут всё в труху.
— Ты кто, козёл? — Рука крутого нырнула к кобуре, но глаза вдруг закатились и фонтанируя кровью из перерезанного горла сталкер упал на землю.
— Ещё крутые есть? — Виктор скользнул глазами по оставшимся в живых, и заметив, что один из них дёрнулся, вогнал нож в глаз второго. — Значит так. — Находник, не изменившись в лице, всё так же с полуулыбкой, придержал нож, чтобы труп соскользнул на бетонные плиты по правильной траектории и перевёл взгляд на последнего. — Сейчас раздеваешь своих подельников до исподнего, раздеваешься сам, и всё имущество складываешь здесь. Трупы, оттаскиваешь за границу посёлка, и хоронишь. Лопату и тачку возьмёшь у Толстого Влада. Это хозяин вот этой точки. Чем ты будешь с ним рассчитываться, меня не касается, но, если через полчаса, тела будут здесь, а ты вдруг решишь сдриснуть, живьём брошу в «мясорубку». Это ясно?
— Грубый ты Вик. — Осуждающе произнёс Корень, когда трясущийся от страха парень начал раздевать трупы своих подельников.
— И не женственный. — Виктор кивнул, и размяв пальцами сигарету, ловко забросил её в рот. — Будешь?
— Не, меня чего-то от чернухи слабит второй день. Нажрались, вчера как хрюндели в чипке так, что и не упомним что с чем мешали. — Корень отмахнулся. — Ты мне лучше скажи, чего это ты вернулся? Пайка вроде брал на неделю?
— Да хабара немного добыл. Скоропортящегося. Решил вернуться.
— Хабар — святое. — Корень понимающе кивнул, и повысив голос произнёс. — Влад, выползай, кина не будет. Всё актёры передохли.
Вверху сухо щёлкнул предохранитель, затем с тяжёлым стальным звуком лязгнула задвижка амбразуры, через минуту тяжёлая стальная дверь распахнулась а на пороге возник худой, высокий мужчина в выгоревшем камуфляже и круглых очках, на скуластом лице.
— Привет, Вик. Привет Корень. — Он по очереди пожал руки друзьям, и вопросительно взглянул на Виктора.
— Тридцать три рыбки, и около сорока кило стального мха.
— Еб@ть! — С весёлым восхищением произнёс Влад.
— Фи, как можно-с, такие слова… — Корень куражливо закручинился.
— Н@хуй! — отрезал Толстый и качнул Виктору головой в сторону склада. — Пойдём, выгрузишь своё хозяйство.
— А это приберёшь? — Вик пнул кончиком сапога в кучу окровавленного снаряжения, пока ещё надетую на быковатых пришельцев.
— Приберу, чего уж там. — Торговец кивнул. — Деньги у меня оставишь?
— Да, только за снарягу подели пополам. Если бы не Корень, эти мешки так кучненько и не встали бы.
— Это дело. — Толстый Влад кивнул, признавая справедливость дележа.
Когда служба раннего оповещения российских ВКС сообщила об объекте, приближающемся к Земле, человечество отреагировало по-разному. Кто-то молился, кто-то прятался, а кто-то продолжал работать на заводах, фабриках и боевых постах. Первыми стрельнули американцы, и вполне ожидаемо промазали, а следом в космическое тело врубились две ракеты системы А-335 с атомными боеголовками развалившие пришельца на три части.
Первый кусок упал на территории США, в районе Среднего Запада, и американцы не придумали ничего лучше, чем врезать по точке падения пакетом из пяти атомных боеголовок. В итоге зона заражения инопланетной активностью стала слабее на два порядка, но вместе с радиоактивными осадками распылилась равномерно, по огромной площади угробив всю осмысленную деятельность на этих землях на долгие столетия. Второй рухнул точнёхонько на спорный участок границы между Китаем и Индией, что послужило началом короткого, но интенсивного обмена любезностями между двумя государствами. В итоге всю прилегающую к зоне землю крепко засрали очагами радиоактивного поражения, и искорёженным военным имуществом, что сделало работу по изучению феномена делом увлекательным, но крайне вредным для здоровья. Поисковые группы вынуждены были лететь по три часа в специальных вертолётах с радиационной защитой, и садиться на самом краю пятна, которое даже электрический фонарик воспринимает весьма враждебно.
А в Сибири было всё относительно тихо. Зону возможного падения сходу блокировали воинские части, ну, там, где смогли, кого успели эвакуировали, а когда тело всё-таки рухнуло, началось более-менее планомерное изучение феномена, и строительство десятиметровой стены вокруг.
Американцы, получившие вместо перспективного исследовательского объекта радиоактивно-биологическую помойку, сразу же начали продавливать решение о совместном изучении феномена, но президент России, в частном разговоре, рассказал американским сопрезидентам на прекрасном английском, куда тому следует прогуляться, и чем там заняться.
Выживших людей, попавших в зону отчуждения, отселили, а город Дзержинск, находившийся в центре зоны заражения, стал туристическим объектом для беспокойных и любознательных граждан и всех видов специальных служб.
Что же касается коренных жителей, почти все, кто не успел эвакуироваться, перестали быть людьми практически мгновенно. Вирусы, мутагены, излучение и физические аномалии, превратили кого-то в слюнявого идиота, а кто-то стал диким зверем, дуреющим от вида крови, а кто-то просто превратился в бледно-синюю тень, медленно дрейфующую над землёй, и лишь самые удачливые, погибли сразу. Некоторые неудачники даже смогли добраться до врачей, чтобы подыхать долго и мучительно испытывая не только муки телесные, но и заодно массу всяческих препаратов.
Виктор был из тех, кто видел весь этот кошмар с самого начала, высадившись ещё до падения небесного тела, но кого поражение не убило а сделало сильнее. А в госпитале, переведённом на полный карантин биологической угрозы, было полно и других. Искорёженных, словно смятые бумажные фигурки, но всё ещё живых, обожжённых до девяноста процентов, без конечностей, и вообще превращённых в оживший кошмар.
Очнувшись на койке в госпитале под двойным коконом биологической защиты, он быстро посчитал все расклады, связался с руководством, и тихо, по-джентльменски покинул юдоль скорби, даже не попрощавшись с охраной.
Не без помощи коллег, и тщательно спланировав маршрут, майор пробрался через кордоны безопасности и укрылся на территории одного из брошенных посёлков, где уже начали собираться такие же как он бедолаги, помеченные инопланетной заразой.
Рукастые и серьёзные русские мужчины, и женщины, быстро наладили быт поселения, восстановив даже школу, в которой, правда, училось лишь пара десятков ребятишек, канализацию, воду, и всё что нужно для нормальной жизни.
Разумеется, государство помогло материалами, и техникой, но все основные работы были сделаны руками жителей.
Всего в посёлке жило около тысячи человек, и естественно все знали всех. На территорию Пятна шастали совсем немногие. не больше сотни, но искателей уважали и ценили, так как они приносили толстый слой икры на бутерброды сельчан. Именно искатели добывали то, что после обработки в лабораториях становилось сверхдорогими лекарствами от рака, СПИДа, атипичного тифа и ещё десятков болезней, а также средством, продлевающим жизнь, за которое платили совсем неприличные деньги.
Военные на кордонах, и в спецгруппах тоже не гнули пальцы, и относились к людям со всем уважением. По первой просьбе привезли и помогли смонтировать укреплённые дома, несколько десятков автоматических пушек, оставили огромное количество боеприпасов, а потом по требованию подвозили и оружие, и спецтехнику, причём даже НАТОвского образца. Взамен, скупали инопланетный биоматериал, часто пользовались услугами искателей в качестве проводников, и именно с поселковыми, научные группы не только заходили на максимальную глубину, но и, как правило, возвращались.
Конечно, были среди военных упёртые дятлы, но тем советовали прогуляться по Пятну самостоятельно, или игнорировали, словно их в природе не существовало. Один из таких упёртых прилетел как-то в посёлок на вертолёте, чего-то требовать у Михалыча. А тот мужчина простой. Сказал: «Иди-ка ты отсель» — и рукой так небрежно взмахнул. И генерал пошёл. Пешком. Потому, как вертолёт совсем перестал заводиться. Да и связь отрубило. А так, ну чего, тридцать километров до ближней заставы, где генералу вызвали новый вертолёт. А старый так и стоит. Как новый кстати. Петро на нём летает иногда. Говорит, «Пусть руки вспомнят, как за штурвал держаться». Зато теперь в посёлке свой Ка-96. Если что, можно и раненого отвезти, и привезти чего-нибудь срочное.
У Посёлка была даже администрация, бухгалтерия, и свой сайт, где поселковые малыши, рассказывали миру о жизни в поселении на краю Пятна, и вообще вели просветительскую работу. Правда под руководством опытного специалиста — информационщика из Двенадцатой управы Главного управления Генштаба, ну так государство плотно контролировало все аспекты жизни такого маленького, но очень важного населённого пункта.
Потихоньку Посёлок приобрёл определённый лоск. Красивый парк с фонтаном, мощёные диким камнем дороги между домами, улицы, в обрамлении красивых фонарей, но скромного обаяния форпоста не растерял. Дома, построенные из стальных секторов-тюбингов из которых собирали тоннели в горах, были дополнительно усилены бетоном, и внутренними конструкциями, стояли словно грибы без шляпок, образуя улицы восьмилучевым крестом, и большую, пятьдесят на пятьдесят метров площадь в центре. А наверху каждого дома были установлены башни от разных бронемашин, со вполне серьёзными автоматическими пушками, пулемётными и гранатомётными спарками.
Огородов почти никто не держал, так что между домами были лишь зелёные лужайки с беседками и мангалами. Вся архитектура Посёлка была продиктована насущной необходимостью, а именно накатывающейся время от времени волной инопланетной нечисти, и родной земной нежити, которую отлично упокоевали пушки и минные поля. Потом по графику следовал «Фестиваль падальщиков» как называли стадо учёных возбуждённо собиравших ценнейший биоматериал в контейнеры, и на некоторое время вновь воцарялась относительная тишина.
Сбросив хабар, Виктор прогулялся по посёлку, и зашёл в собранное из стали и железобетона трёхэтажное здание, в котором когда-то предполагалось сделать администрацию и командный пункт. Но народ здраво рассудил, что для управления посёлком будет достаточно трёх человек, которые свободно разместятся в одном помещении с командным центром на третьем этаже, а на первом этаже — большом круглом зале диаметром в двадцать метров можно сделать что-нибудь нужное. А что может быть нужнее, чем место где можно выпить и закусить?
И теперь тут находилось питейное заведение под названием «Чипок», куда стекалось всё дееспособное население посёлка, поделиться новостями, обсудить очередные выверты мировой политики, получить заказанный товар, и конечно же промочить горло чем-нибудь.
На втором этаже располагались гостевые комнаты, в которых мужчины часто занимались гимнастикой с одинокими девушками и женщинами, а на третьем, располагалась администрация и командный центр обороны посёлка, где на мониторах можно было увидеть все подступы к жилью, и даже упокоить не особенно серьёзный накат, не покидая уютного кресла, дистанционно управляя башней от танка Т-110, со штатной пушкой, и ракетной установкой.
У Виктора как у человека авторитетного, и находника здесь был открыт полный кредит, так что выпивать и закусывать, можно было, пока не упадёшь.
— Привет, Серый, привет Варюха, привет парни. — Витя кивнул хозяину Чипка, стройной фигуристой официантке, и присел за стойку, чтобы выпить первую порцию за Удачу.
Народ уже знал об этой традиции, и пока первая рюмка не провалится в глотку, никто находнику даже слова не говорил, игнорируя как сам факт пребывания искателя, так и сказанные им слова. Серый — широкоплечий мужчина лет сорока в тельняшке с закатанными рукавами, пепельно-серыми волосами и глазами фиолетового цвета на широком лице, уже достал именной стакан Виктора из прочного кварцевого стекла, и точным движением руки налил сто граммов.
Стоило искателю занять высокий стальной табурет, как в руки словно сам собою ткнулась посуда с «соткой». Подхватив стакан, он занёс над ртом, когда кто-то невежливо положил руку на плечо.
Три дела произошли одновременно. Стул крутанулся, разворачивая Виктора спиной к стойке и лицом к невежливому почти покойнику, левая рука, сняв с предохранителя любимый «Стерх» упёрла пистолет дураку в лоб, а правая опрокинула стакан и искатель спокойно словно воду, выцедил водку, стряхнул оставшиеся капли на пол, и только тогда сфокусировал взгляд на человеке, попытавшемся прервать такой важный ритуал.
— Ты кто, смертник?
Смертник, а точнее смертница, стояла спокойно несмотря на упёртый в переносицу ствол и даже не пытаясь достать свой пистолет из набедренной кобуры.
— Я от Ворона.
— И? — Виктор не глядя бросил стакан через плечо, где он, перевернувшись в воздухе, чётко встал перед барменом.
— Ворон, любил море.
— Но море не доверяло старому пройдохе. — Искатель убрал оружие, и внимательно осмотрел женщину, а точнее девицу, стоявшую напротив. Камуфляж, не мог скрыть прекрасного экстерьера, и превосходного дизайна. Глаз на даме можно сказать отдыхал, скользя по технологическим выпуклостям, впадинам и лицу модельной красоты. Кроме этого у девицы была короткая стрижка огненно-рыжих волос, и удивительного бирюзового цвета глаза.
— Вера, склянку с клюквой, и синюхи. — Чётко произнёс Виктор, и шагнув в сторону сел за пока ещё пустой стол, и кивнул девушке.
— Садись.
Не чинясь, та села, и смахнув с головы кепи, пристроила головной убор на коленях.
— И что надо этой древней облезлой курице?
Девушка, которой контакт с искателем, передал непосредственный командир — генерал-полковник Воронов, едва заметно дёрнулась, но промолчала, и достав из нагрудного кармана небольшой прямоугольник из белой пластмассы, протянула его полковнику Макарову.
— Занятно. — Искатель бросил взгляд на предмет в руках девицы где неторопливо проступал рисунок в виде летучей мыши на фоне земного шара, и трёхзначным номером, задумчиво посмотрел на улицу через широко распахнутые створки бойницы, и почесал затылок.
Официантка молча поставила на стол графин с морсом, стаканы, и две тарелки с голубоватым мясом, издававшим почему-то цветочный аромат.
— Ешь. — Виктор кивнул на тарелку. — Мясо рыжего демона. В мире, больше ста штук за килограмм отваливают, а у нас можно сказать бесплатно. Трояк за порцию.
— Три рубля? — Девушка фыркнула словно кошка. — Это просто бесплатно.
— Ну, там кроме денег, ещё кое-чем приходится платить. — Виктор, выдернув из подвески на бедре нож, быстро нарезал мясо тонкими ломтиками.
— Да, я в курсе. — Она аккуратно подцепила ломтик мяса и поднесла его к лицу. — Цель пятой категории опасности. Шкура держит до трёх тысяч джоулей… Хмм. Пахнет фантастически. Свежим опийным концентратом.
— Приходилось нюхать? — Искатель усмехнулся, закинул в рот мясо, тщательно прожевал и подхватил гарнир в качестве которого выступал маринованный зелёный горошек и картофельное пюре.
— Много чего приходилось нюхать. — Девушка улыбнулась, но как-то машинально, скорее, из вежливости.
— Это не твои по посёлку шарились? Трое битюгов в НАТОвских комбезах.
— Вместе летели. — Девушка аккуратно отрезала кусок мяса, и положив в рот прожевала. Хрен знает откуда. На наших непохожи, уж больно понтовые и какие-то туповатые. Всю дорогу меня клеили словно школьники.
— Ясно. — Виктор кивнул, и тоже принялся за еду. — Рассказывай, как тебя угораздило влипнуть в этот блудняк.
— Лекарство. — Коротко ответила девушка, и вздохнула. — Ты же знаешь, Ворон никогда не брал, но приехал Иванченко. У него сын в коме. Переломанный весь. В гонках участвовал, и вылетел с трассы. Но даже у того, кто заходит к Президенту в любое время нет возможности достать препарат, и он приехал к Ворону. Сам зелёный весь, как только держался. Но говорил, что, если привезу биоматериал, сделают.
— Пятьдесят на пятьдесят? — Виктор, знавший расклады усмехнулся. Мало было добыть саму биологическую основу, очистка препарата, и приведение инопланетной биомассы в состояние лекарства было той ещё задачей, и Чёрные фармацевты обычно брали от четверти до половины вещества в качестве оплаты.
— Нет, там другие расклады. Ему-то в Биотехе сделают как своему, но нужен Синий пепел.
— Девонька. — Виктор медленно и аккуратно, словно работал со взрывчаткой, отложил вилку и нож в сторону. — Это не блудняк. Это чёртов верняк. Знаешь, как добыли этот херов Пепел? В Алый портал вошёл человек. Я не знаю, то ли дурак, то ли идейный, а может и заставили как. Но когда его вытянули, там уже не было ничего человеческого. Просто, воющий от боли, и дымящийся комок мяса. И вот когда он, буквально на глазах, заживо истлел, на земле осталось около десяти граммов Синего Пепла. Наш Пилюлькин утверждает, что это и есть то, что остаётся после сгоревшей души. Жизнь человеческая разменянная на горстку порошка. Деньги. — полковник усмехнулся. — Нет таких денег на свете, чтобы купить Пепел. Дурака, что полезет в алый пробой можно найти. Да хоть заставить. Только тот пробой на старом военном объекте, где уже с пару лет живут шорки. Тогда-то влезли чудом. Шорки ещё не обжились, и носило их по всему Пятну. А теперь хрен. И я, например, знаю, что все десять граммов, а это сто доз препарата, разошлись спецприказом Верховного. Разошлись, и всё. Нет больше Синего Пепла. Нет и не будет.
— Значит я пойду одна. — Девушка, судя по её лицу не играла, и не шутила, а просто констатировала факт.
— А в пробой сама пойдёшь?
— Пойду. — Как о чём-то само собой разумеющемся сказала девица. — Мне той жизни тоже негусто отмеряно.
— А собирать-то кто будет, коли одна пойдёшь? — Виктор вздохнул. — Он уже видел таких людей. Похоронивших себя заживо, но продолжающих идти к своей, неведомой никому, цели. — У тебя что за интерес в этом деле?
— Сестра. — Коротко ответила она. — У меня рак крови, а ей всего двенадцать. Я знаю что есть лекарство от моей болячки, но мне совсем не по карману. Но если сделаю дело и не сдохну, будет возможность вылечиться самой.
— А папа у вас есть?
— Мина. — Коротко ответила она и закусила губу. — Даже хоронили в закрытом гробу. И вот Ворон предложил размен. Я достаю им Пепел, а Иванченко переводит на счёт Василисы миллиард рублей, и если я не вернусь, наши присмотрят за ней, как за своей.
— Да, обложили тебя. — Виктор покачал головой и снова взялся за еду. — Ты, ешь, девонька. Ешь. Раки, сраки, деньги и олигархи, это всё там в перспективе. А если будешь слабой, то и перспектив не будет.
Они в молчании доели мясо, и запив клюквенным морсом, откинулись на спинки стульев внимательно разглядывая друг друга.
Молчание прервал находник.
— Ладно, девица-красавица. Попробую помочь твоему горю. У нас с Вороном такие расчёты что не разобрать кто кому должен. Но если он тебя прислал, значит надо. Но условие у меня жёсткое. Слушаться как папу, маму, и своего первого сержанта. Ни шагу без команды, ни движения без приказа. Это тебе не душманов гонять. Тут у нас всё не так как кажется. Пойдём.
Виктор встал, положил, для официантки, на стол купюру в десять рублей и легко подхватив на ходу огромный баул гостьи, пошёл, не оглядываясь к выходу.

Глава 2

Гуманизм в России, нужно внедрять осторожно, по возможности избегая массового кровопролития.
Академик Сергей Петрович Боткин, из неизданных мемуаров.

…Получение материалов из ЗАТО Посёлок, на сегодняшний день позволило научным институтам ведущим исследования, совершить настоящий прорыв в области противовирусных препаратов, нанотехнологий, и начать исследования технологий искусственной гравитации, а так же ряда других. Источники света на новых принципах излучения, носимая бронезащита, особо мощная взрывчатка, препараты для снижения усталости и другое, прошли апробацию в войсках и рекомендованы к принятию на вооружение. 
Кроме того, ряд уникальных препаратов и объектов, которые пока невозможно повторить, активно используются в военной медицине, и педиатрии для лечения безнадёжно больных, и спасения тяжелораненых. 
Из статьи в справочнике закрытого сегмента сети Минобороны России.  

Западная Сибирь, Закрытое административно-территориальное образование «Посёлок». 
Жил Виктор совсем недалеко. В ста метрах от центральной площади, на второй линии, где стояло ещё пятнадцать домов — крепостей, с полукруглыми стальными крышами и узкими окнами с толстенным бронестеклом, и автоматическими бронезаслонками.
Отдельные дома были в посёлке далеко не у всех, но Виктор не желал делить площадь ни с кем, и выгрыз себе отдельное жильё, хотя это и стоило ему пяти килограммов «стального мха», из которого делали начинку для новых боеприпасов, разносящих в клочья даже самый тяжёлый танк.
Всего три грамма вещества из которого состоял мох, на десять кило октогена превращал и так злую взрывчатку, в нечто совершенно запредельное. И русская армия очень ценила мох, платя двойной вес золотом, или вообще, чем пожелаешь. А «рыбки» уходили вообще по цене бриллиантов, потому как из них, по слухам, делали лекарство от СПИДа, которое к тому же вырабатывало иммунитет к этой, уже широко распространённой заразе.
За пять лет искательства отставной офицер скопил столько денег, что вполне мог приобрести себе немалый остров в тёплом океане, но эту старую дурь из него очень давно выбил Ворон, отправив как-то на два месяца на такой вот островок с роскошной виллой, охранять стайку вполне созревших юниц, вздумавших отдохнуть «на дикой природе».
Кто на ком отдыхал история стыдливо умалчивает, но из своеобразного отпуска Виктор вернулся словно торпеда, ни, словом, больше не заикаясь об отдыхе на островах. Ну и кроме того, не было никакого желания становиться подопытным кроликом, в загребущих лапах вивисекторов от науки. Потому и жил он в этом крайне негостеприимном месте, где сгинуть было проще чем зайти за угол.
Дверь из танковой брони, с шипением ушла в сторону, как только он набрал код на клавиатуре, и шагнул в прихожую, сразу осветившуюся экономным неярким светом из светодиодной панели.
— Доброго дня, Виктор. — Раздался бархатистый женский голос домашнего помощника. — У нас гости?
— Да, Лиса. Приготовь гостевую комнату, и две ванны.
— Сервы, уже занимаются. — Ответила Алиса. — Новости?
— Давай. — Виктор снял разгрузку, куртку, и лёгкий бронежилет который носил под одеждой, и только после, присел на маленькую лавочку расшнуровывая ботинки.
— В США, продолжаются бои между Первой демократической армией, и правительственными войсками. В городе Бостон, объявлен режим гуманитарной катастрофы. Отряды Чёрного братства разграбили склады медикаментов и оружия, и правительственные войска ввели в Бостон карателей из легиона Белая Сила.
Японские острова продолжают устранять последствия урагана «Нинель». Завалы в Токио почти разобраны, и армия приступила к вывозу и кремации тел погибших.
В Берлине уличные бои закончились победой правительственных войск. Введён комендантский час. Военная полиция вместе с армией, занимается разбором руин в местах компактного проживания мусульман. Все авиационные штурмовые части Люфтваффе, находятся на своих аэродромах.
В Италии продолжается правительственный кризис. Папа Римский отказался поддержать позицию парламента, и высказал поддержку действующему главе государства Витторио Альберти, которого также поддержала партия «Наше дело».
Военно-космические силы России нанесли ракетный удар по местам сбора и переработки опийного мака в горных районах Афганистана.
Президент России на совещании в Кремле, пообещал правительству разогнать их к чертям, если к июню, не будет завершена работа по организации центров обязательной медицинской помощи.
Председатель государственного совета Лао Ше подписал закон о введении в стране обязательных квалификационных экзаменов для государственных служащих всех уровней…
Виктор нежился в горячей воде огромной, два на три метра ванной, когда в дверь осторожно поскреблись.
— Кто там? А, да. — Виктор вспомнил кто у него в гостях. — Чего тебе?
Двери распахнулись, и на пороге возникла его гостья, совершенно обнажённая если не считать крохотного полотенца, прикрывающего животик и то что ниже.
Виктор вздохнул.
— Тебя как звать-то?
— Да как хочешь, так и зови. — Девушка шагнула в ванную, и с коротким визгом сразу отдёрнула ногу. — У тебя там что, лёд?
— Почти. — Виктор кивнул. — Так вот, Аделаида. Не будет у нас с тобой ничего. Во-первых, я после того как меня зацепил выброс, имею температуру тела в шестнадцать градусов. Во-вторых, из-за этого дурацкого выброса у меня изменилась мышечная структура, и я вешу чуть меньше двухсот килограммов, а поднимаю полтонны. Если что, запросто переломаю тебе кости, если хоть чуть — чуть потеряю контроль. Ну и главное, что до окончания нашего с тобой приключения, я не хочу сходить с ума, если с тобой что-то случится. Знаешь же, что супругов или любовников никогда не назначают в одну группу. А если тебе припёрло, давай дуй в кабак, там на втором этаже комнаты, где тебя отлюбят по самое нехочу, и даже вдвоём — втроём, если только пожелаешь.
Когда Виктор вышел из ванной, девушка уже спала, свернувшись на кровати словно котёнок, и он, вздохнув неведомо о чём, стал неторопливо готовить ужин, полагая, что часа через три, его разогнанный метаболизм опять потребует еды. Мясо рыжего демона очень хорошо усваивалось, и имело питательность раза в два выше обычного мяса, но есть только его было и небезопасно для здоровья и благодаря пресному вкусу, просто скучно. И поэтому Виктор наделал котлет из обычной говядины со свининой, и полную кастрюлю картофельного пюре. Зелень в пакете, куда был брошен всего один кристаллик «синего марева» оставались свежими по два месяца и более, так что бежать в магазин не было необходимости. Подумав, Виктор поставил на стол к бутылке морса бутылку вина, из крыжовника которое замечательно делала Аглая, из соседнего дома, на чём сервировку стола счёл завершённой.
Девушка вышла к столу разбуженная вкусными запахами, и без разговоров стала уминать из тарелки что Виктор поставил перед ней.
— Пойдём послезавтра с ранья. А завтра купим тебе нормальную снарягу, и оружие.
— У меня с собой. — Девушка кивнула в сторону прихожей где лежал объёмистый баул.
— Вся твоя снаряга до первого катка. Уж можешь мне поверить. Виктор усмехнулся, и сходив до прихожей принёс свой бронежилет и куртку.
— Здесь, в куртке, средний слой из шкуры зелёного упыря. Режется только плазменным резаком, но пулю держит уверенно, даже в упор. Переломы конечно будут, но если вот с этим. — Он поднял левой рукой жилет из мягкой флисовой ткани белого цвета. — То и переломов не будет. Там гель, что делают из ледяной слизи. Мгновенно дубеет при резком ударе. Наши аналоги всё же гнутся, а этот как броня. Ну и всякого такого полно. Мы же тут уже пять лет, так что научились не выживать, а жить.
— У меня есть деньги…
— Сиди. — Виктор положил тяжёлую ладонь на плечо девушки. — А то я не знаю, что там выделяют на операцию. Твоих денег здесь хватит только на шнурки.
— Воронов, дал пять кило платины в китайских монетах…
— Смотри-ка. — Искатель хмыкнул. — Но один хрен. Придержи свои денежки. Может и пригодятся после.
Тишину спящего посёлка разорвал надрывный вой сирены.
Виктор вскинул голову.
— Лиса, что там?
— Оповещение центра обороны. — Отозвался домашний помощник. — Прорыв первой категории. Всем жителям посёлка укрыться в домах.
— Смотри-ка. — Он удивлённо посмотрел на гостью. — Может чего и сладится с твоим делом. Ты видать тоже удачливая.
— Чего вдруг? — Девушка уже заканчивала вычищать тарелку куском хлеба, и забросив последний кусок в рот, вопросительно посмотрела на Виктора.
— Ну, смотри. Сейчас будет прорыв, и значит всё что шевелится в Пятне, прибежит сюда и отравившись свинцом приляжет. И пока не наплодится заново, дней пять всё будет тихо. Если поспешим, и выскочим завтра, то пройдём большую часть маршрута с комфортом. А теперь, может немного порезвимся?
— Ах всё-таки! — Девушка, улыбнувшись словно кошка, потянула свою майку вверх, обнажая упругие полушария грудей.
— Да, я не об этом, Дуняша. — Виктор вздохнул. — На третьем этаже, точка огневая. И боеприпасов море. А дом мой не только выше остальных, но и стоит на возвышенности, так что видать аж до разъезда. Можешь забраться в снайперскую башенку, и гасить оттуда всё что увидишь на дистанции до пары километров. А это, — палец, мазнул по правому соску, и чуть прижал словно кнопку, — оставь для мужа и будущих малышей.
Боевая башня, похожая на танковую, но больше в размерах, была устроена так, что вращение нижнего пояса с установленной автоматической пушкой 2А91М не влияло на поворот верхнего яруса с крупнокалиберной снайперской винтовкой.
Само орудие подверглось серьёзной модификации, и теперь принимало снаряды лентами из двух коробов, по полсотни выстрелов каждый.
Девушка забралась по металлической лесенке в верхний ярус и уважительно провела ладонью по затворному кожуху дальнобойной крупнокалиберной винтовки только что принятой на вооружение российской армии.
— Ого. Богато живёшь.
— А то! — Виктор усмехнулся и стал заряжать орудие, стоявшее на нижнем ярусе башни, а закончив, надел шлемофон, и щёлкнул тангентой вызывая начальника обороны посёлка.
— Сыч, в канале. Готовность ноль.
— Принял. — Отозвался генерал Корнев. — Глянь там, на северном направлении. А то, Никола, жалуется на шевеление.
— Минуту. — Виктор включил электропривод разворачивая башню в нужном направлении, и скосив глаза на экран телевизионной системы наблюдения, пощёлкал диапазонами. — Наблюдаю, две группы синюх, бледных до десятка, и рыжего. Колпака пока не видать.
— Ну и мочи их. Чего ждёшь?
— Приказа. — Коротко ответил Виктор, и подкрутив маховик наводки, утопил ногой педаль спуска.
Орудие ухнуло, отправляя очередь оперённых бронебойных снарядов, которые мгновенно разорвали в клочья группу синих демонов похожих на гигантских псов, с зубастой пастью, и густой синей шерстью, с металлическим отблеском. Стоявшая неподалёку компания бледных призраков, сразу же кинулась вперёд, но была растерзана кем-то из защитников из спаренного крупнокалиберного пулемёта. И сразу же заговорили пушки по всему посёлку, заухали крупнокалиберные винтовки, и по периметру охранной зоны встали фонтаны разрывов.
Сзади, на Чипке, звонко стучал счетверённый пулемёт Серого, где-то слева раздавался дробный звук ЗУ-23-2, а справа, из всей канонады выделялся длинный громоподобный звук шестьсот тридцатого артавтомата на высокой крыше поселкового лазарета, где царствовали врачи Сергей Бармин и Кира Лагутина. Другие калибры поселковой артиллерии так не выделялись, сливаясь в общий грохот боя.
Гостья Виктора спокойно била по задним тылам, с хорошим темпом, и уже через пять минут полезла за пополнением боезапаса.
Отдельным группам удалось даже добраться до ближних подступов к посёлку, но минные поля, не дали им никаких шансов.
В такие вот не особо опасные накаты, поселковые старались стрелять болванками, для того чтобы максимально сохранить ценный биоматериал, а фугасные и осколочные боеприпасы применялись только в случае серьёзной опасности.
В целом на подавление штурма ушло чуть меньше получаса, и когда прозвучал отбой тревоги, Виктор стянул шлемофон, и вытер пот со лба рукавом.
— Клавдия, ты там как?
— Порядок. — Бросила гостья, и через мгновение тишину разорвал хлёсткий звук выстрела.
— Кто ведёт огонь? — Донеслось из наушников, и Виктор, снова одев шлемофон стукнул ногой по лесенке.
— Ты там в кого палишь?
— Да высокий такой, с голубым сиянием вокруг головы. Рядом ещё четыре пса стояли, но они сразу разбежались.
— И?
— Разнесла ему башку в клочья. Тут дистанция всего километр семьсот.
— О! — Искатель покачал головой. — Сыч в канале. Тут похоже моя гостья подстрелила Колпака.
— Хорошо если так. — Отозвался генерал. — Сейчас высылаем сборщиков, а всем остальным глядеть в оба и аккуратно прикрыть, если что.
Виктор поднялся в шесть утра, и сделав короткую разминку, поспешил заняться делами. Первым делом забежал к Толстому Владу, и отдал ключи от дома.
— Так Влад. Если меня нет две недели, принимай хозяйство.
— Ты раньше такого не говорил. — Констатировал владелец торговой точки, и внимательно посмотрел на Виктора поверх очков.
— Я раньше и за Синим Пеплом не ходил.
— Оhуел?
— Должок. — Коротко пояснил Виктор и вздохнул. — Сам знаешь, что некоторые долги отдают только кровью.
Влад, дослужившийся в своё время в Федеральной Службе Безопасности до подполковника, лишь кивнул, и молча вышел из комнаты где они сидели.
Виктор спокойно пил чай, пока Толстый собирал весь немалый заказ, и грузил в кузов небольшого двухместного квадра, что уже стоял во дворе. Дело это было ответственное, поэтому Виктор просто сидел, прихлёбывал вкусный зелёный чай, до которого полковник Тарасов был большим любителем и вспоминал, как их группу забросили в центр города, и они на отходе напоролись на рыжих демонов. Демонам были похрену пули винтовочного калибра, и убили их только тогда, когда в ход пошли гранаты. А через два часа, они снова напоролись, только уже на Синих, и когда Виктор остался последим боеспособным бойцом отряда, то когда кончились патроны, от тоски и отчаяния, пошёл в атаку с ножом.
Вертясь словно уж на сковородке, он сумел завалить всех троих Синих, и после, волок двух раненых товарищей, к месту эвакуации молясь лишь о том, чтобы не свалиться от усталости.
Молитва видимо была услышана, так как после этого выхода, кости, сухожилия и мышцы, приобрели такую прочность, что из госпиталя, он сбежал, просто выпрыгнув из окна четвёртого этажа оставив о себе на память два вдавленных в асфальт следа босых ног.
— Готово. — Толстый, вошёл в комнату, и благодарно кивнул, увидев, как Виктор наливает ему чай. — Я там тебе в бардачок, кинул пенал с жемчугом. три жизни — не одна.
— Влад, ты монстр. — Виктор покачал головой. — Три жемчужины, это просто дохрена денег.
— Вернёшься — рассчитаемся. — Отрезал Толстый, и словно спиртным чокнулся с чашкой в руках Виктора. — Не добычи мы желаем тебе, но возвращения.
Когда Виктор рулил по посёлку, на улицах уже было полно народу. Дети, под руководством взрослых носились с голубоватыми контейнерами из толстого кварцевого стекла сортируя добычу, а главный поселковый механик Гури Кавторадзе, со своими людьми уже занимался чисткой и обслуживанием орудийных установок, поднимаясь в люльке автокрана на самую крышу. Гури — пожилой мужчина среднего роста с широкой бочкообразной грудью, и здоровенными руками был настоящим оружейником от Бога, и ухаживал за стреляющими железками словно за детьми, так что, когда бы Виктор не поднялся к своей пушке, она была в идеальном состоянии.
Для этого на крыше каждой башни был специальный люк, ключи от которого были у Гури и его парней. А ещё у них была собственная лаборатория, откуда в руки искателей попадали новая взрывчатка, патроны и ещё очень много других полезных вещей.
Среди выгоревшей и линялой одежды аборигенов мелькали новенькие комбезы пришлых, которые набежали для сбора биоматериала, но самое ценное, уже подняли жители посёлка, распихали по контейнерам, и теперь, генералу Корневу предстоял длинный и муторный торг, за каждый грамм инопланетной дряни, идущей иногда по цене золота, а чаще, сильно дороже.
Но Виктора эта суета не касалась совершенно. Он довольствовался ролью лучшего добытчика, и никогда не претендовал на административные должности, хотя Корень неоднократно заводил об этом разговор.
— Серёга. — Виктор взмахом руки приветствовал бармена у стойки. — Варя. — он кивнул длинноногой белокурой официантке, и сел на высокий стульчик. — Соберёшь мне еду для двоих на две недели?
— Привет, Вик. — Бармен, кивнул в ответ, набрал на экране заказ для кухни и поставил перед Виктором высокий бокал, куда плеснул немного красного вина из тёмной бутылки. — Попробуй. Из последней партии.
Виктор сделал пробный глоток, и уважительно кивнул.
— Неплохо. Что там? Петрюс двухтысячного года? Для вечера с дамой, самое то. Сколько отдал?
— Да рассчитались за прошлый хабар. — Сергей хмыкнул. — Кстати, твоей гостье, за подстреленного Синего, рисуется премия в полный рост. За тушку Колпака, такой сохранности, сейчас платят не меньше пяти лямов.
— Евро?
— Новых юаней конечно. — Бармен усмехнулся. Кому эти евро сейчас нужны. Так что на квартирку твоя дама уже заработала.
— Да ей малость побольше нужно. — Виктор сделал глоток из бокала. — Кстати. А нет ли у тебя желтухи?
— Чего это тебя прибило? — Удивился владелец бара. — Ну для тебя есть конечно. Сколько нужно?
Виктор на секунду задумался.
— Давай две дозы, чтобы наверняка.
Сергей улыбнулся, и нагнувшись под стойку, лязгнул дверцей сейфа.
— Держи. — Он выложил на стойку пару прозрачных пакетиков с жёлтым искристым порошком. — Разводить только физраствором, колоть в вену не чаще раза в сутки. Что у неё?
— Говорит рак крови.
— Ну, рак для желтухи на один зуб. С первой инъекции всё выметет. — Он обернулся в сторону двери на кухню. — Лен, ты собрала?
— Да, заканчиваю. — Донёсся голос Елены Кравцовой, работавшей у Сергея завскладом и снабженцем.
— Кинь туда пару фляг с красным вином, ну то, что из последнего привоза, и вкусняшек разных. — Сергей подмигнул Виктору, и налив себе в бокал, поднял его. — Давай, за возврат. Без тебя в посёлке будет скучно.
Когда Виктор подрулил к дому, и вошёл в прихожую, баул гостьи был уже разворошён, и по всему залу, лежали кучкой детали снаряжения.
— Так, разлюбезная моя Катерина Матвевна. — Виктор поставил свои сумки на пол. Собирай своё барахло, и задвигай в дальний угол. Будем тебя одевать, и вооружать.
Дама подвисла на несколько секунд, потом энергично кивнула и в таком же быстром темпе начала складывать имущество.
— Это тебе бронекомбез. — Виктор бросил на пол упаковку с новеньким обмундированием. — Брал с небольшим запасом, так что вроде должен сесть как надо. Поверх комбеза, оденешь, броньку, — он кинул на пол жилет. — Ну а сверху наколенники, налокотники и так далее. Всё из иномирного хабара, так что и крупняк не возьмёт. И вот ещё шлемак. Его подшаманили Корневские парни, тоже не просто горшок. Ну и прочее. Аптечка, автомат, патроны, пистолет и гранаты.
— Ого. — Гостья подняла с пола автомат и заглянув в ствол оценила калибр.
— Так меньше чем с двенадцать мэ-мэ соваться в пятно просто глупость. Кстати, отдача у него будь здоров не только из-за калибра, там и с порохом поколдовали, но жилет перераспределяет нагрузку так, что всё нормально.
— Это что-то на базе АШ двенадцать?
— Точно. — Искатель кивнул. — Только калибр побольше, да приклад с амортизатором.
— А у тебя?
— А у меня — вот. — Виктор подошёл к шкафу, и достал что-то похожее на пулемёт, только с толстым стволом и огромным дисковым магазином, размером с растопыренную ладонь. — Стандартный бубен на полста патронов четырнадцать на шестьдесят, большой бубен на сотню, магазинный подствольник, оптика, и гладкий ствол шестого калибра на пять патронов.
— Ого. — она подняла оружие и покачала в руках. — Килограммов двадцать?
— Восемнадцать, и только за счёт лёгких сплавов. — Виктор забрал автомат у девушки и кивнул. — Теперь раздевайся до трусов, и влезай в комбез. Я помогу подогнать.
Явно красуясь, женщина сбросила одежду, и начала натягивать бронекомбинезон, но на Виктора вся эта пантомима не произвела ровным счётом никакого эффекта, кроме лёгкой усмешки на губах. Быстро и ловко подогнав одежду, он помог гостье надеть бронежилет, элементы защиты, и разгрузку. А после стал неторопливо набивать магазины патронами.
— Потащишь двадцать автоматных, десять пистолетных и пяток гранат. Я к своему БК возьму дополнительно ещё четыре автоматных цинка и всякое взрывное хозяйство. Все гранаты имеют двойную дальность по разлёту, так что имей в виду.
— Это которые со стальным мхом? — Гостья понятливо кивнула.
— Да, только мха там не полпроцента, а больше в четыре раза, так что и мощность не в два раза, а втрое. Ну и оболочка позлее, так что ловить осколки не рекомендую. — Виктор оглядел женщину, и кивнул. — Отлично. Теперь я пойду собираться, а ты положи свои личные вещи, в рюкзачок. Туда же положи десяток сухпаёв, и спальный мешок. Ну, и кружку — ложку — поварёшку да мыльно-рыльное.

Глава 3

Ничто так не портит цель, как прямое попадание.
Командующий Авиагруппой Особого Назначения дважды Герой Советского Союза Денисов Сергей

Западная Сибирь. Особая охраняемая территория «Пятно». 
Выехали ещё до полудня. Практически новый электрический квадр — вездеход, с приводом на все колёса, едва слышно жужжа редуктором и гудя рифлёными колёсами выскочил из посёлка на втором КПП, и покатил по наезженной просёлочной дороге, на запад, чтобы обогнуть бо льшую часть Пятна. Собственно, дороги там было около полусотни километров, и топать в такую даль пешком, да ещё и с тяжёлым грузом, в дни спада активности, было глупо.
Шлемы позволяли слышать внешние шумы, и при этом свободно переговариваться по закрытому радиоканалу, так что Виктор, словно заправский экскурсовод показывал местные достопримечательности.
— Сейчас справа будем проезжать первый лагерь армейцев. Сюда высадили батальон спецназа, для какой-то дури, ну и вот. — Виктор качнул головой в сторону проржавевших остовов БТРов, ещё хранивших следы огня, и жестокого боя. — Спаслось меньше трети, но жару они тоже дали, будь здоров. Остановили продвижение пятна в этом направлении, и даже продавили его на пару километров вглубь. Так что, если бы не эти парни, дорога проходила бы десятком километров левее. — Машина свернула на перекрёстке. — А здесь отбомбились летуны из штурмовой авиации. Били термитными боеприпасами, так что всё сплавилось до стекла. — Прокомментировал Виктор чёрную будто смоль дорогу. — За пять лет, всё конечно потрескалось и рассыпалось в пыль, но и здесь продвижение остановили. А это было очень важно. Нижнеречинск, тогда тоже не успевали эвакуировать. Некоторые бомбы падали в болото, и вроде как не взорвались, так что там никто не ходит. Ну из тех, что дружат с головой.
— Сыч, ответь. — Раздалось в наушниках после короткого сигнала.
— На связи.
— Тут набежала толпа ЧВКашников залётных. Мы едва успели убраться по хатам. Побродили по посёлку, да подались за тобой следом. То ли контакт у них какой здесь, то ли пасут тебя сверху. Их человек сто, на четырёх грузовиках, и четырёх бронемашинах. Упакованы как космонавты, но у нас явно впервые. Хрен знает с чего такие скачки, но ты там не расслабляйся.
— Они без проводника что ли пошли? — Удивился Виктор.
— Чёрт их… может с собой кого привели, может не будут глубоко забираться… Но имей в виду. Судя по шевронам, это людишки из White water. Они там у себя в пиндосрании по пятну шастают довольно шустро. И это… прими давай. Шифровка из конторы пришла. Код пятьдесят два семнадцать, боевой императив «Поле».
— Пятьдесят два семнадцать, Поле, принял. Эс, Ка.
Искатель задумался на несколько секунд и кивнув самому себе прижал педаль акселератора увеличивая скорость.
— Сейчас возле станции войдём под самый край пятна. — Пояснил он спутнице. — Там спутниковая разведка уже не видит ничего.
— Что за станция?
— Да железка здесь была. Ходила «кукушка» до леспромхоза. Ну собственно станции там и нет, только платформа, да склад кругляка. Но место интересное.
Разогнав квадр до сотни километров в час, Виктор, сбавив скорость вогнал машину в плавный поворот, и остановился лишь когда стало заметно встающее над лесом густое марево, слово дрожал воздух над раскалённой крышей.
— Теперь осторожно. — Сказал Виктор больше самому себе, и выдохнув, неторопливо покатил вперёд.
Платформа, и длинные ряды кругляка, сложенные в высокие штабели, открылись внезапно, когда он выскочил на проплешину перед станцией. Проехав чуть дальше, свернул в коридор, образованный торцами брёвен, и медленно поехал между ними прикрыв глаза и подправляя руль едва заметными движениями рук. До конца дорожки оставалось метров пятьдесят, когда едва слышное вначале, а через секунду, громовое гудение, словно накрыло всю площадь. Машина заскрипела, а спутница Виктора почувствовала, как её буквально вжимает в бок машины, натянув ремни до звона.
— Держись! — Искатель резко втопил педаль акселератора, и квад с пробуксовкой прыгнул вперёд, выскочив из смертельной ловушки.
— Ух. — Виктор поднял стекло шлема, и женщина увидела мокрое от пота лицо. — Краем проскочили.
— А что это вообще было?
— Ну как сказать. — Виктор замялся. — Типа муравейника, колония такая. Прилепляется к любому объекту и начинает тянуть к себе всякую живность, жрать и размножаться. При этом принимает цвет и фактуру того материала, на котором сидит. А когда их уже так много, что они закрывают весь объект, то и форму. Вот и получается, что это не брёвна лежат, а живая материя. А охотится колония, как-то вырабатывая гравитацию, что подтягивает тела к колонии, и убивает повышенным тяготением. Большая удача что между двух колоний, есть дорога, и воздействие одной, отчасти компенсируется другой. Но если чуть увести машину в сторону, или пропустить локальное увеличение гравитации — всё. Размажет в брызги, как яйцо с десятого этажа.
Проехав ещё немного, он свернул в пологий спуск, и через пару минут, квад въехал под сплошной зелёный полог, откуда был вход во вполне уютно обустроенный схрон.
— Отдохнём немного. — Виктор открыл двери схрона, чтобы проветрилось, а затем отстегнул крепления бокового отсека, и достав небольшой зелёный кейс размером с ноутбук, раскрыл его, и коробку, которая находилась в кейсе.
Два десятка летающих камер, лежали в ячейках, и достав пару штук, он поставил их на крышку кейса. К этому моменту, система уже загрузилась, и на экране, возникло меню оператора.
Виктор управлялся со всем этим непростым хозяйством ловко и непринуждённо демонстрируя богатый опыт, и через пять минут, оба дрона едва слышно шелестя крылышками, взлетели вверх.
— Один посадим на столб, а другой вот сюда. — Виктор улыбнулся и аккуратным движением пальцев, тронул джойстик и посадил камеру на крышу станции.
— И что дальше?
— Дальше? — Искатель достал из кармана продолговатый пакетик с ярко-оранжевым порошком, и потянулся к медицинскому кейсу. — Уколем тебя желтухой, и пока ты будешь обтекать, я буду любоваться окрестностями.
— Желтуха, это то что я думаю?
— Я ж не мозгогляд как Корень, и думы твои не понимаю, но это лекарство от твоей болячки. — Спокойно пояснил Виктор. — Мне совсем не нужно чтобы ты сомлела по дороге.
— Лимон юнек за дозу? — она хмыкнула. — Не жалко?
— Как не жалко? Конечно жалко. — Игриво возмутился Виктор. — Но себя мне ещё жальче. Потому как идти к красному порталу, с напарником, который себя уже похоронил, это глупость высшей степени.
Накрыв вырубившуюся женщину тонким одеялом, Виктор закурил, и поглядывая в монитор, начал перебирать снаряжение, укладывая вещи в два рюкзака.
Продолжение не заставило себя долго ждать. Где-то через пару часов, бронированный Гепард с крупнокалиберным пулемётом на крыше ворвался в колонию, разозлённую массой работающей электроники, не сбавляя скорости, и сразу же был размазал о стену штабеля в плоский блин, так, что запчасти и кровавый фарш словно из тюбика, с хрустом и треском полезли в стороны и тут же впитались в стену.
Идущий следом грузовик успел ударить по тормозам, но и его уже зацепило тяготение миллионов инопланетных существ, и буксуя на песчаной дороге он неумолимо и всё быстрее полз к смертельной стене.
Солдаты, одетые в тяжёлые бронекомбенизоны высшей защиты, повинуясь приказу, стали прыгать из кузова и кабины, но повезло далеко не всем. Больше десятка поволокло по земле, и через несколько секунд живописные кровавые кляксы ненадолго украсили почерневшую стену из брёвен.
Колония впитала их вместе со снаряжением и оружием как губка впитывает воду, и через минуту уже ничего не напоминало о вреде торопливости, кроме медленно вминаемого в штабель остова грузовика.
Питались инопланетные муравьи только живой органикой, а, например, деревяшки, металл и пластик падали в нижнюю часть колонии, где и лежали пока не наступала зима, когда жители посёлка подловив морозный день, шли к пятну, и аккуратно проделав дыру в сплошном месиве чужих существ, добирались до всего того что не сумела сожрать колония.
Металл, и дерево сжатые чудовищным давлением и часто перемешанные друг с другом очень ценились на стихийном рынке возле первого контрольного пункта, где поселковые продавали всякий неопасный хабар, но добывать их можно было только зимой, в самые холода, когда колония уходила в глубокую спячку.
Виктор ещё немного понаблюдал за пришлыми, и увидев, как они свернули на дорогу к Дзержинску, отключил трансляцию, и дал команду дронам на возврат.
Через пять часов, его спутница должна была очнуться, и Виктор, включив маленькую горелку принялся за готовку, так как аппетит после желтухи был зверский.
Проснулась она в таком виде, что краше в гроб кладут, и сразу же метнулась из пещеры, наружу, и её долго и мучительно рвало, до тех пор, пока не пошла тёмно-коричневая желчь.
Виктор тоже вышел, и дождавшись пока пройдут спазмы, взял женщину на руки, и донёс к ручью, где умыл, дал попить и после так же на руках внёс обратно, устроив на топчане в полу лежачем положении, и всунул в руки тарелку.
— Ешь.
— Не могу.
— Нужно. — Виктор покачал головой. — Через не могу, не хочу и прочее. Ешь. Я туда травок набросал. Через час будешь как штык от мосинки. Тонкая, звонкая и готовая на все сто.
— Тоже инопланетное что-то? — Прошамкала с набитым ртом спутница.
— На этот раз насквозь наше. — Виктор усмехнулся. — На огненный перец торгаш один меняет, всякие травки с Тибета и Алтая. Ну а наши тётки наловчились это дело смешивать и расфасовывать в пакетики. Так что берёшь пакетик для каши, или для супа, вкидываешь в котёл, и голова не болит.
В путь двинулись поздно вечером, когда их преследователи остановились лагерем у самого края города. Включив ноктовизор в шлеме, Виктор уверенно вёл машину по просёлку, остановившись лишь у ворот машинно-тракторной станции. Когда люди побежали из Дзержинска, отсюда уехало всё что могло двигаться своим ходом, включая трактора и бульдозеры, и оставив то, что не могло перемещаться даже на прицепе.
Станция сохранилась в целом неплохо. Все три полукруглых ангара где раньше находилась техника, и здание администрации стояли, как и раньше, хоть и потемнели от погодных невзгод. Даже забор из бетонных плит почти уцелел, потеряв лишь пару десятков секций.
Дома частного сектора, стоявшие вокруг, большей частью выгорели в пожарах и были сожраны инопланетной живностью. Здесь было относительно спокойно, но зевать не рекомендовалось, и спутница искателя не опускала автомат.
— Справа!
Тень, метнувшуюся от полуразобранного трелёвочного трактора, она срезала одной короткой очередью, разорвав лешака в клочья.
— Это что ещё за чудовище? — девушка несколько нервно хохотнула, рассматривая мёртвое существо словно замотанное в рваные коричневые тряпки.
— Ну мы называем лешаком, за лохмотья. Но учёные придумали какие-то свои названия. В принципе одно из самых безобидных существ в Пятне. Опасен только в ближнем бою, а берет его даже мелкий калибр.
Детектор показывал отсутствие живых существ в округе, поэтому Виктор въехал в дальний ангар, загнал квад между двумя грузовиками, и стал быстро разгружать машину.
— Снимай и оставляй здесь всю электронику, даже слаботочную. Никаких мобильников, фонариков и прочих вещей. Это местная живность чует на раз.
— Это твой рюкзак? — Девушка попыталась поднять большой рюкзак одной рукой, но лишь сумела повалить его набок.
— Да. — Коротко бросил Виктор. — Твой — рядом. Давай, быстрее. Нужно до полуночи дойти до городской черты, а нам ещё по дачам плюхать незнамо сколько. Если успеем, доберёмся до моей второй норки, а там уже и до бункера недалеко.
— Я готова.
— Ну и зашибись. — Виктор одним движением поднял рюкзак, и накинул на плечи лямки словно тот весил килограммов десять. — За мной, след в след.
Территорию тракторной станции покинули через маленький пролом в стене, прикрытый неровным листом проржавевшего железа, и вышли на лесную тропу, ведущую к райцентру.
Когда-то здесь был дачный посёлок, но дома собранные в основном из фанеры и досок, быстро сожрала инопланетная живность, расчистив место для леса, который быстро восстановился.
Деревья, кусты и даже трава неярко светились в темноте, рассеивая ночь, но Виктор всё равно временами забрасывал светляков — плотные шарики из пластика ярко светившие в темноте.
Виктор шёл словно на штурмовой операции, прижав приклад автомата к плечу, чуть опустив ствол и постоянно оглядываясь. Двигались медленно, внимательно просматривая дорогу перед собой освещаемую небольшим химическим светильником. В какой-то момент искатель встал, и поднял руку подавая сигнал «Внимание». На тропе, белой от чистого кварцевого песка красовалось ровное тёмное пятно с пепельно-серой проплешиной в центре словно кто-то припорошил угольной пылью круг в форме бублика.
— Видишь, тёмное пятно? Это всё что осталось от какого-то торопливого и не очень умного человечка. А вот в центре, словно травка колосится над песком? Это и есть жгучий перец.
— Штука юаней за грамм, между прочим. — Ответила спутница.
— Это споры, собранные зимой, высушенные, и прокаленные в печке. То есть бесповоротно мёртвые. И кстати, для использования в еде, его разбавляют. Примерно стакан на столитровую бочку масла. А сейчас, это работает вот так. — Он ногой чиркнул по дорожке, сыпанув песком в центр плеши, но песчинки вспыхивали в воздухе, раскаляясь добела и превращались в прах даже не коснувшись самой огненной плеши.
Время приближалось к полуночи, и в неярком мерцании древесных стволов редколесье стало напоминать сказочный лес. Но в этой красоте, на каждом метре могла скрываться смертельная ловушка. Несмотря на то, что это было ещё не само Пятно, а скорее его предбанник, причём знакомый до последнего камня, Виктор не расслаблялся, двигаясь медленным шагом и просматривая всё вокруг.
Перейдя ручей по ветхому, почерневшему от времени, и скрипящему мосту, они прошли по выжженной в лесу плеши, и снова оказались на тропе.
— Ещё километр. — Виктор поддёрнул трубочку питьевой системы и сделал несколько глотков, уже чуть тёплого солоноватого напитка. — Собственно мы с тобой на краю пятна. Здесь такая своеобразная граница между прогулкой, и настоящим жесткачом. Через два километра — город Дзержинск, ну, или скорее, то, что от него осталось. Бывший закрытый городок.
— Ты говорил бункер…
— Бункер… да… — Виктор обернулся, и внимательно посмотрел назад. — Ну ты же знаешь, что в советское время всё военное производство растаскивали по закоулкам. Вот и здесь такой закоулок. Чего-то мутили, не то с химией, не то с биологией, не то, с физикой. А может и со всем сразу. Справку по объекту конечно читал, но мало что понял. Но вот что интересно. И у китайцев, и у амеров точно бомбануло именно вот в такие вот интересные места. У амеров в подземный завод по добыче редкозёмов, а у Китайцев в секретный бункер с пятью уровнями. Так что повод для размышлений есть.
— А ты в курсе, что ты единственный из живых, кто бывал в том бункере, после его перестройки?
— Интересно. — Виктор, не отрываясь взглядом от дороги кивнул, достал из кармашка небольшой монокуляр.
— Те, кто взяли Синий Пепел — уже покойники, ну, кроме тебя, а персонал самого сто двадцать восьмого завода накрыло этим чёртовым метеоритом.
— Так не метеорит это был, Гертруда. — Виктор, напрягая глаза до рези рассматривал невзрачный бугорок у края тропы. — Теперь уже совершенно точно известно, что это была неведомая науке хрень, и хорошо, что она сломалась, иначе, наверное, по всей земле, эта дрянь уже ползала бы, а мы в лучшем случае сидели по бункерам. Да. — Он спрятал прибор наблюдения, и коротко кивнул. — След в след, в том же ритме. Вперёд.
Бугорок при ближайшем осмотре оказался манком Плевальщика, а как лечить эту болезнь, искатель очень хорошо знал.
Установленные с перекрытием секторов две МОНки, с оптическим взрывателем мигнули огоньками готовности, и Виктор бросил горсть песка в холмик.
Мгновенно, словно выпущенный пушкой снаряд, из придорожных кустов вылетело размытое пятно, метра полтора в длину, которое в ту же миллисекунду было разорвано синхронным потоком картечи от двух мин. Но несмотря на это, плевальщик был ещё жив. Десятки сквозных дыр кровоточили синеватой жидкостью, а длинный хоботок на узкой безволосой морде подёргивался, выдавливая из себя струйки белёсой жидкости, стекавшей на траву, и оставлявшей дымящиеся проплешины.
Искатель прицелился, и короткая очередь, наконец-то убила тварь.
— Теперь самое приятное. — Виктор не торопясь надел тонкие длинные перчатки, выдернул нож, разрезал с хрустом и скрипом толстую шкуру, раздвинул края, а затем уже легче вырезал кусок плоти, и не беря в руки, осторожно разделал прямо на земле, вывернув наружу, крошечный, размером с ноготь мизинца, шарик ярко-алого цвета. Тщательно отмыв его и нож мыльной водой из большой двухлитровой фляги, протянул спутнице.
— Держи на удачу. Будет твой первый хабар.
— Что это? — Девушка осторожно взяла шарик пальцами.
— Алый жемчуг. Или Кровавая капсула. Кто как называет. Практически полное заживление всех ран, в течении пары секунд. Нужно только крепко сдавить, и проглотить. Не восстанавливает только повреждения нервных тканей, и тяжёлые разрывы внутренних органов. Так что, если сломан позвоночник — увы и ах. Но в целом можно считать, что это запасная жизнь. Перед боем лучше держать за щекой. В случае чего — раскусить и глотать.
— Я о таком даже не слышала.
— Есть многое на свете друг Гораций…
— Что заглушают грохотом оваций. — Закончила девушка и оба рассмеялись.
Дальше двигались так же осторожно, внимательно вглядываясь и слушая окружающее пространство.
Уже были видны заросшие травой и кустарниками окраины посёлка, когда Виктор предостерегающе вскинул руку.
Девушка тут же встала на колено чуть левее, и вскинула свой автомат к плечу.
Искатель сбросил рюкзак, быстро заменил магазин на совсем уже огромный стопатронный «бубен» диаметром сантиметров в сорок, и выдернув из кармана на рюкзаке, упаковку мин, начал срывать защитные колпачки и усеивать тропу перед собой и ближайшие заросли небольшими противопехотными минами. Мины ударившись о землю, сразу раскрывали ножки, переходя в вертикальное положение, и выдвигали усики сейсмических датчиков. Всё было собрано без электроники, но работало так же надёжно.
— Вообще-то странно. — Виктор смотрел на накатывающуюся издалека волну, но пока огонь не открывал. — Чего это их понесло…
Чёрно-зелёные толстенькие тела метровой длины, похожие на гусениц, только с большой зубастой пастью, двигались стаей по полсотни особей, сжирая на своём пути всю органику, и возвращаясь в гнездо, чтобы вывести новые яйца. К счастью, они были лакомой пищей рыжих демонов, которые в свою очередь, успешно поедались другой нечистью Пятна, и в целом их численность была стабильна. Но здесь и сейчас, они могли схарчить двух людей, не оставив после себя даже окровавленного песка.
Умные мины, при сработке датчиков, подпрыгивали на полметра вверх и взрывались, засеивая снопом убойных элементов под собой круг, диаметром в пару метров. А ещё они не давали боковых осколков, за что и были любимы поисковиками.
На дистанции в полсотни метров, монструозный автомат искателя бил короткими очередями, превращая тугие тела в клочья окровавленной плоти которая пенилась, пузырилась зелёной жижей, и на глазах серела, осыпаясь невесомым пеплом.
Спутница Виктора тоже не отставала, отстреливая инопланетную живность и успевая временами даже пальнуть из гранатомёта по скоплениям чёрных лоснящихся тел. Автомат действительно лягался отдачей, но из-за гелевого бронежилета было ощущение, что между прикладом и плечом лежит доска, принимавшая на себя весь удар.
Последнюю гусеницу, Виктор убил в каком-то метре от себя, и отвратительная зелёная слизь растеклась по дорожке, издавая не менее гнусный запах.
Не проверяя оставшееся количество патронов, Виктор сменил магазин, и замер.
— Чего ждём? — Поинтересовалась девушка, когда поняла, что живность перебита.
— Того, что заставило это гнездо песчаных червей покинуть насиженное место. Обычно атакуют боевые особи, а самки сидят в норе. А тут они сорвались все разом. Может волна, а может охотничья группа рыжих демонов, а может ещё три десятка причин, но нам хватит и одной.
Почувствовав напряжение в воздухе, девушка тоже сменила магазин, и вставила новую кассету в гранатомёт.
— О да! Летит, наша орлица. — Виктор подкрутил прицел, и замер, выцеливая нечто, что двигалось прямо на них. Тварь, поднявшая гнездо двигалась, не касаясь земли, на высоте полуметра, растопырив конечности с длинными, острыми словно бритва костями, и скрипя на ходу словно несмазанный механизм.
На дистанции в сто метров, искатель начал стрелять, поливая несущуюся к ним тень, сталью. Сначала пулями, затем опустошил кассету гранатомёта, и когда до врага оставалось буквально десять метров, один за другим разрядил все пять картечных патронов шестого калибра, стреляя в башку твари.
Звонкий щелчок пустого затвора, и автомат упал куда-то в сторону, а метнувшееся к искателю конечность, острую словно коса, и такое же кривую, встретил тяжёлый нож-кукри, с лезвием длиной в локоть.
Только сейчас девушка разглядела тварь, что была похожа на богомола, с косами — руками, и колыхающейся вокруг костистого тела полупрозрачной серой оболочкой с рваной бахромой.
Парные ножи искателя звенели, сталкиваясь с плотью монстра, высекая из металла искры, но каждый удар заставлял Виктора чуть отступать назад.
Сдвинувшись в сторону, девушка вскинула автомат, и содрогаясь от отдачи, влепила длинную очередь целясь прямо в голову существу. Казалось пули не приносят никакого ущерба твари, останавливаясь в нескольких сантиметрах от тела, и падая на землю, но богомол, отпрянул назад, и из-за его спины вдруг резко ударил длинный хвост с раздвоенным жалом на конце.
Она уже начала сдвигаться в сторону, но всё равно не успевала, и тяжёлый резкий удар не пробил бронежилет но отбросил девушку на десяток метров в сторону, впечатав спиной в толстое дерево.
Мгновенной задержкой Виктор воспользовался в полной мере, подскочив ближе и отбив одну из конечностей локтем, вогнал правый нож в голову твари на половину длины клинка. От удара, та свела все четыре глаза в кучу, скрипнула особенно громко, и сдохла, сложившись внутрь себя, словно походный стаканчик.
Очнулась девушка от того, что Виктор, раскусивший жемчужину, крепко прижался губами к её губам, языком протолкнул капсулу ей в рот, и чуть плеснул воды.
— Глотай.
Девушка сделала глоток, закашлялась, и сразу же, изогнулась в болевом спазме, с воем затряслась, словно в припадке, и через несколько секунд, затихла, расслабилась, глядя в одну точку.
— Сейчас, сейчас. — Искатель плеснул водой на ладонь, и растёр её по лицу. — Полежи немного, сейчас всё пройдёт. Это с первака так вставляет. Дальше будет полегче. — Везучая ты. — Пока девушка приходила в себя, искатель уже подтащил свой рюкзак, и сидел с сигаретой чутко слушая и осматривая окрестности. — Этой Каркуше, одинокий искатель на один клык. А вдвоём мы её нормально расписали. Самое гадское, что лута с неё совсем нет. То есть летает такая тварь, которую завалить сложно, по округе, а поднять с неё нечего. Просто раззор какой-то.
— А ты всё о деньгах? — Девушка со скрипом перевернулась на живот и встала на четвереньки, собираясь подняться на ноги.
— Мы, ваша светлость, самофинансируемая организация. — Пояснил находник не поворачивая головы. — Нам ни патронов, ни снаряги, за так, не привезут. Только обмен, только хардкор. И чем твой товар жирнее, тем глубже нарез, который ты оставляешь в заднем проходе контрагента. А за хороший товар, тебе и лучшую снарягу, и мины на заказ, и вообще всё что пожелаешь. Вот когда праздновали день варенья Корня, так мы ему десяток финалисток конкурса Мисс Мира, заказали. Причём с полным сервисом. И недорого кстати обошлись. Посёлок тогда неделю гулял. А девки улетали счастливые, словно на вечеринке нефтяных шейхов побывали. Ну оно и понятно. Наши мужики не жмоты, не то, что эти денежные мешки. Так что девчонки и отдохнули, и заработали немало и рассказать будет чего.
Девушка наконец встала, и чуть пошатываясь подошла к своему рюкзаку.
— Э, нет. Это я сам понесу. Ты только ствол бери, да держись ко мне поближе. — Виктор внимательно посмотрел на спутницу, и кивнул. — Нормально. Через пару часов будешь как новенькая. А потом, я тебе успокоительного дам, и баиньки положу.
— А успокоительное-то нахрена?
— Так после этого алого жемчуга, такой ураган в башке и в гормонах, что, если не тяпнуть двухсотку, да не пошалить конкретно в кровати, крышу вообще унесёт словно взрывом. Будешь чумная ходить пару дней. А оно мне надо?

Глава 4

То, что мы так и не нашли во вселенной признаков разумной жизни ещё раз доказывает, что она есть. Ибо никто действительно разумный не будет общаться с представителями расы сделавшей всеобщим идолом деньги.
Константин Циолковский. Из письма к Эйнштейну.

Седьмая аналитическая группа, проработав собранные материалы по объекту «Гость», и по Особой Охраняемой зоне «Пятно», пришло к выводу, о нежелательности полного уничтожения и зачистки биообъектов Пятна. 
Материалы, поступающие оттуда имеют уникальную структуру и уже значительно продвинули Российскую науку в нано и фемто технологиях, и исследовании новых перспективных лекарств. 
Также представляется перспективным применение полного судебного иммунитета для всех проживающих на территории ЗАТО «Посёлок», и закрепление этого статуса в законодательном порядке, как это сделано для депутатского корпуса, судей и прокуроров. Но только на территории Пятна и Посёлка. Это с одной стороны развяжет руки жителям посёлка для борьбы с антисоциальными проявлениями со стороны гостей посёлка и выходящих из Пятна сталкеров. 
Полагаем, что практику дозированного пропуска на территорию Пятна расширять не следует, и нужно ограничиться цифрой тридцать — пятьдесят человек в месяц. Несмотря на почти полную гибель сталкеров, некоторым всё же удаётся выбраться, что создаёт дополнительную нагрузку на полицейских Отделов по борьбе с незаконным оборотом биоматериала. 
Группа считает, что нужно иметь канал обратной социализации людей живущих в ЗАТО «Посёлок», так как это даст возможность исследовательским группам работать в спокойной обстановке и изучать изменения происшедшие в людях… 
Командир группы, полковник Сидорович, А.В.  

Западная Сибирь. Особая охраняемая территория, «Пятно». 
Двигаясь след в след, они дошли до окраины городка, и пошли вдоль улицы с полуразрушенными домами, от которых, как и от деревьев, шёл неяркий, но ровный свет, словно от тусклой лампы. В городе что-то всё время негромко шумело, шкворчало, и гудело, но Виктор, который шёл каким-то замысловатым маршрутом, обходя известные только ему места, был спокоен, и спутница искателя не дёргалась.
Здание школы было практически полностью развалено, если не считать остатков стен спортивного зала, и столярной мастерской. А в маленькой, покосившейся будке, Виктор аккуратно отодвинул толстый лист железа, и разрядив несколько мин, с натугой хекнув поднял тяжёлый люк запасного выхода школьного бомбоубежища.
По скобам длинной лестницы, девушка спустилась сама уже вполне придя в себя.
Подсвеченный тусклым светом автономного источника, внизу был широкий коридор, с рядом дверей, часть из которых была распахнута настежь, а часть закрыта.
— Убежище было предназначено для трёхсот пятидесяти человек, но успели добраться сюда человек сорок. Ну, собственно здесь они и остались. Фильтры недолго сдерживали ядовитую химию. А я уже обживал по-новому.
— А куда делась эта химия?
— Ну временами накатывает. Но там вариантов нет. Нужно бежать сквозь облако, зажав во рту как минимум пару капсул антидота. А противогазы эти… баловство одно. Химии Пятна достаточно маленького участка кожи чтобы впитаться и убить человека минут за десять.
В третьей от запасного хода комнате была устроена спальня на две койки, накрытые полиэтиленом от пыли, а в следующей маленькая кухня с газовой горелкой, и набором посуды.
Быстро приготовив горячий чай и наделав бутербродов, Виктор накормил гостью, уложил спать, и сделав ей укол седативного препарата, лёг сам, мгновенно заснув.
Утро началось в восемь часов, и наскоро обтеревшись гигиеническими салфетками, и поправив снаряжение, осторожно полезли на поверхность. Первым шёл Виктор, и сдвинув плиту которой был прикрыт вход, внимательно осмотрелся. На первый взгляд всё было тихо. Херово поле, в пятидесяти метрах вело себя спокойно и кроме исковерканного асфальта ничем себя не проявляло. На старой лёжке Рыжих демонов на соседней улице, тоже было тихо, а это означало, что или в лёжке остались лишь щенки, или стая подалась в более сытые места. Внимательно всё осмотрев ещё раз, искатель бросил коротко «вылезай» и поднявшись сам, замер возле дыры, внимательно осматривая пространство кругом.
Это было уже самое пятно, но конечно далеко не центр посёлка, где всё было куда веселей. Что там творилось мало кто знал, потому, что даже вот в такие спокойные дни, доходили до центра единицы, а возвращались лишь исключительно везунчики, вроде Кривого Пашки, у которого после прогулки по центру, помутилось в рассудке настолько, что тот перестал разговаривать, а лишь улыбался, глядя на окружающее пространство. Но, в посёлке по этому поводу не сильно переживали, ибо дураком Паша был всегда, но вот болтливости у него сильно поубавилось, от чего всем стало только лучше.
Время было восемь тридцать, но до следующей точки — схрона было целых полтора километра и следовало поторопиться.
За разваленным магазином, и автомастерской, улица уходила чуть в сторону, и расширялась до вполне приличной площади, центр которой поднимался метра на два вверх, и плавно опускался по краям, образуя что-то вроде низкого холма.
Виктор двинулся по узкой дорожке между горкой и кирпичной стеной, покрытой чёрным остеклованным слоем.
— Там что-то есть? — Спутница искателя несколько нервно кивнула на поднятие, и поправила автоматный ремень.
— Есть как не быть. — Виктор усмехнулся, — Можно сказать наша знаменитость. Херово поле. Там под землёй что-то вроде грибницы, и от неё вылезают такие… ну в общем щупальца. — Он улыбнулся. Только похожи они на орган человеческий, ну очень сильно. Потому и Херово поле. И по краям типа сторожевых щупалец, они в общем не опасные. Но если что-то приблизилось метров на десять, то вылезают боевые. Вот те — точно как болты. Только плюются кислотой. Похоже на белые шарики, размером с теннисный мячик, и поскольку боевых щупалец несколько тысяч, идёт такой поток кислоты… Местная живность их обходит сотой дорогой, а людишки, особенно те, что без проводников суются, сразу в жирную гарь. — Он рукой провёл по стене здания показывая собравшийся на пальцах жирный нагар. — Вот в такую.
— Что-то ты слишком спокоен, для такой засады.
— Так по зиме, когда самые морозы, народ сюда пробирается, да поднимает щупальца эти. Ну а на морозе они дубеют, и обламываются. Тогда их и собирают. А к июню они только-только отрастают. На метр или более, и вылезают лишь в случае критической угрозы всей грибнице. Можно даже пройтись по центру, если есть желание. А вообще, пятно зимой, и оно же летом, это две больших разницы, как говорит Ицхак Соломонович. — Взгляд искателя вдруг замер, и он поднял руку в предупреждающем жесте, и скинул автоматный ремень с плеча. — За мной!
Пройдя через дыру в стене, они вернулись назад, и поднявшись по частично обвалившимся перекрытиям на второй этаж, залегли у оконного проёма.
— Так. — Виктор скинул рюкзак и оглянулся на спутницу. Давай Леночка, накручивай глушак, и ползи в дальний угол. Будешь оттуда гасить цели первой очереди. Что это пояснять не нужно?
— Нет. — Лицо девушки как-то изменилось, и искатель внимательно посмотрел ей в глаза. — Точно Елена.
Наконец шум, издаваемый автоколонной услышала и Лена, и приведя оружие к бою, устроилась так, чтобы находиться в глубине помещения, но видеть всё что находилось на дороге перед площадью.
Первым появился бронированный Ягуар, с крупнокалиберным пулемётом на крыше, но в центр не поехал, остановившись метрах в десяти от края. За ним притормозил грузовик, так что середина и хвост колонны выпадал из поля зрения.
Из машины вышел коренастый мужчина в бронекомбезе и глухом шлеме, и сделав жест ладонью подозвал к себе того, кто стоял в тени грузовика.
— Мать твою марсианку. — Негромко произнёс Виктор, узнавая лицо одного из искателей посёлка — высокого светловолосого мужчину в потёртом чуть линялом комбинезоне и известного под прозвищем Коряга, за кривоватую походку, и манеру растопыривать пальцы во время разговора. — Так вот кто продался. — Он рассмеялся, достал из кармашка разгрузки магазин, помеченный широкой алой полосой, и вставил его в автомат.
Выстрел через мощный глушитель был похож на кашель. Мгновенно пролетев двести метров, пуля, снаряжённая чистым стальным мхом, ударила сталкера в голень, и детонировала, оторвав ногу по коленный сустав.
Адский крик расколол тишину городка, и воющего от боли проводника, солдаты мгновенно утащили под прикрытие бронированного борта грузовика, а остальные грамотно залегли настороженно поводя стволами.
Крутанулась башня на Кугуаре, и дробная очередь крупняка ударила по стене дома выбивая огромные ямы в кирпичной кладке.
— А вот так? — Виктор сместился чуть вправо, и выстрелил гранатой в центр грибницы и раскрошенный в щебёнку асфальт взметнулся фонтаном грязи и обломков камня.
Сразу же из земли полезли длинные толстые отростки с характерным утолщением на конце, и зашевелились в поисках цели. Несколько сотен боевых эффекторов мгновенно превратили площадь в живое море.
У кого-то из солдат ожидаемо не выдержали нервы, и длинная автоматная очередь сыпанула прямо по колыхавшейся клумбе инопланетных фаллосов.
— Саечка за испуг! — Негромко произнёс Виктор, когда выскочившие из земли боевые щупальца изогнулись вопросительными знаками, наклонившись в сторону автоколонны, и выдали каждый по длинной очереди белёсых шаров, которые долетая расплёскивались по цели покрывая металл дерево или живую плоть сплошным покровом пузырящейся и шипящей смеси.
Кугуар и десяток солдат рядом, мгновенно превратились в грязную жижу, а грузовик и ещё десяток бойцов, стоявших чуть дальше стали дружно дымиться, шипя и уменьшаясь в размерах, воя на все голоса словно собачья стая на случке.
— Теперь ходу отсюда!
Так и не сделавшая ни одного выстрела Елена, под хоровой крик заживо разлагающихся наёмников подхватила свой рюкзак и быстро накинув на плечи, сиганула прямо со второго этажа, мягко спружинив, и не выпуская автомат из рук. Затем был бег по каким-то закоулкам и развалинам, а остановились они, лишь отмотав метров триста в небольшом покосившемся домике, который когда-то был частный дом, лишившийся крыши и всех деревянных построек, и пола оставив только деревянную коробку.
— Странный запах… — Девушка внимательно оглянулась на стены, покрытые голубой стекловидной массой и повела носом. — Как будто илангом тянет.
— Старая лёжка Колпака. — Искатель усмехнулся. — Так-то они устраиваются надолго, но это место ему чем-то не приглянулось. Ну а Колпак — тварь серьёзная, шестая категория опасности, так что здесь довольно спокойно. А насчёт парфюма, это да. Вон за ту слизь, что на стенах по весу серебром платят. Но это пусть мальчишки зимой собирают. Мы же с тобой люди уважаемые, серьёзные, и за «серебром» не полезем. Наша добыча — «бриллиант», «платина» и только совсем от тоски «золото». — Он мягко прошёлся по комнате прислушиваясь и принюхиваясь, и присев в углу вытащил из набедренных ножен простую финку с деревянной рукояткой, и стал аккуратно снимать грунт, слой за слоем обнажая неярко светящийся шарик размером с мячик для настольного тенниса.
По мере того, как земля закрывавшая шарик откидывалась в сторону, тот начинал светиться всё ярче и ярче, пока его яркость не сравнялась с маленькой лампочкой.
Руки Виктора, двигаясь осторожно словно у хирурга, срезали кусочки земли постепенно подбираясь к тонкому жгутику, который словно пуповина уходил от шарика вниз.
— Кстати довольно редкая штука. — Он, не отрывая взгляд от находки убирал в сторону комочки земли и всякий мусор обнажая шарик, висевший на тонком стебельке словно цветок. — Симбиотичное колпаку то ли животное то ли растение… — Достав из кармана разгрузки узкий пенал, вытащил скальпель, и сняв с лезвия защиту, одним точным движением срезал стебель под шариком, подхватив его левой рукой. — Вот так и никак не иначе.
Елена посмотрела на всё ещё светящийся шарик в руке искателя.
— А если иначе?
— Тогда яма диаметром в двадцать метров. — Виктор широко улыбнулся, и подмигнул девушке. — Это такая своеобразная граната. Сносит всё к чертям. Первое время после отделения от основы, взрывается очень слабо хотя вещество довольно чувствительно, а через несколько часов, можно хоть молотком лупить. — Искатель аккуратно положил находку в контейнер, который достал из разгрузки и спрятал обратно. — Но если предварительно обработать, затем сильно нагреть, да после детонировать сжимающим зарядом, то всё.
— Что значит «всё»? — Девушка склонилась над поникшим хвостиком растения.
— Историю с островом Ребун помнишь?
— Это когда японцы собрали весь свой флот? — Она усмехнулась.
— Так вот, в Цирконе был лишь один такой мячик. Один мячик, и в радиусе двух километров ничего. Ни кораблей, ни людей, ни самолётов. И ударная волна, была слышна аж во Владивостоке, а в Корсакове даже стёкла кое-где побило. Зато всё так чистенько и экологично аж душа радуется.
— Ага. Ты это японцам расскажи.
— Так рассказали уже. — Виктор негромко рассмеялся. — Рассказали и показали, объяснив, что всему Большому Токио потребуется три ракеты, несущих по одному шарику, а у нас их десятка три. А может и больше. И Китай нам только спасибо скажет, ибо к японцам у них такой длинный счёт, что хватит обмотать всю Японию траурной лентой три раза. Но самое главное, что?
— Что? — Девушка удивлённо подняла бровь.
— Что за эту вот горошинку, нам с тобой дадут с армейских складов всё что пожелаешь, и даже более. — Пояснил Виктор. — Вот захочешь ты к примеру малый ракетный корабль в личное пользование. Причём вместе с оружием. И на, тебе, дорогой товарищ. Только границу России не пересекай. А если вдруг пересечёшь, то все проблемы и боезапас за твой счёт. Или вот к примеру бронепоезд. Тебе не нужен бронепоезд? — Переспросил Виктор. — Занимательная вещь скажу я тебе. И за грибами съездить, и от хулиганов отбиться.
— Рисуется мне фееричная картина. Лето, вечер, народ на променаде, и я по трамвайным рельсам на бронепоезде-кабриолете. — Девушка рассмеялась.
— Я чувствую близость твою к познанию дзена пятна. — Виктор поднял указательный палец вверх, и они синхронно улыбнулись.
— Так. — Находник посмотрел на наручные часы. — Сейчас девять двадцать. Здесь задерживаться не будем, так как время дорого. Обедаем уже у меня в норке, а там посмотрим. — Он аккуратно высунулся из окна и огляделся. Метрах в двухстах, там, где развалины магазина примыкали к останкам детского сада, прошла плотная группа рыжих демонов, но судя по всему, демоны возвращались с кормёжки, поскольку тащили на себе длинные чёрные тела песчаных червей, и ни на что больше не отвлекались. Чуть ближе, метрах в ста, но с другой стороны, на улицу вылез Паук-череп, и завтракал, отщипывая куски железа от разбитого КАМАЗа, а совсем рядом, буквально в полусотне метров, из-за угла трёхэтажного неплохо сохранившегося здания, вывернула группа людей в количестве полтора десятка голов, и настороженно поводя автоматными стволами, оглядывалась. Одеты были парни в однотипные бронекомбезы польского производства которые в России прозвали «Прощай родина» или «Do widzenia ojczyzna», а на лицах, почему-то были надеты противогазы, хотя ни одна из фильтрующих систем, от химии Пятна защитить не могла в принципе. Но за годы жизни, у Виктора сформировалось мнение о том, что каждый развлекается как может, пока не мешает лично ему, и не испытывал никакого желания бежать куда-то и кого-то там учить. Тем более что сталкеры были все с шевронами Западно-славянской федерации, к которой в России было ну очень неоднозначное мнение.
Группы подобные этой запускали с дальних КПП, по согласованию с руководством Особой Территориально-производственной Зоны, собирая таким образом статистику выживания и проводя какие-то свои исследования.
А паук, почувствовав возможные изменения в меню, бросил обгладывать невкусную железку, и поспешил к свежему мясу. Мясо, конечно совсем не устраивал такой расклад, и оно начало весело палить в паука из калашей, и бросаться мелкими осколочными гранатами М67, которые остались на складах федерации ещё со времён НАТО.
Таким калибром и такими гранатами паука можно было только раззадорить, что и удалось сделать. Паук, положительно оценил предварительные ласки команды сталкеров, и в бодром темпе поковылял к будущему обеду, а Виктор, вздохнув что не сможет посмотреть представление до конца, повёл Елену через второй выход, во двор, откуда можно было пройти на параллельную улицу, и оттуда уже выйти к зданию дворца культуры, и парку культуры.
Под канонаду боя, набиравшего обороты, Елена и Виктор, проскочили к зданию, выходившему на параллельную улицу и замерли в тени арки перед полусгнившим Москвичом стоявшем на дороге, оглядываясь перед броском.
Шелест со стороны полуразрушенной автозаправки, был едва слышен, но Виктор тут же вскинул вверх сжатый кулак.
— Вихрь. Давно его не было видно. Негромко произнёс он, и раскрытой ладонью махнул вниз, показывая Елене что нужно пригнуться. — Так. Дорога перекрыта, а значит нужно идти напрямую. Он сдвинулся в сторону давая ей посмотреть, и Елена, чуть высунувшись из арки, напрягая зрение увидела, что дорогу от стены до стены домов перегораживает почти совершенно прозрачное нечто в чём, неторопливо крутились какие-то обломки и обрывки. Создавалась видимость, что шальной ветер, закрутил вихрь среди домов подняв в воздух всякий мусор.
— Локальная мобильная аномалия. Перемалывает всё в пыль. — Пояснил Находник. — Теперь только через болото. Он кивнул в сторону бывшей детской площадки, в полусотне метров от них, теперь выглядевшей как асфальтовая площадка с пробивающимися кое-где островками зелени. — А болото — это серьёзно. Это не херово поле. — Он задумался и в этот момент прозвучал грохот взрыва. Обернувшись Виктор увидел, как паук с оторванными лапами сучил культями по земле, а сталкеры подошедшие на дистанцию в десять метров, кинжальным огнем добивали зверушку.
Видимо парни сумели как-то подсунуть под паука мощную взрывчатку, и взрывная волна оборвала ему все конечности.
— Это очень хорошо. — Виктор скинул рюкзак на землю, и открыв одну из боковых молний, достал блестящий цилиндр диаметром в десять сантиметров и высотой в двадцать. Сорвал наклейку на торце, и вдавил до хруста кнопку под наклейкой. Подождав пока устройство не пикнет, отошёл назад, и разбежавшись изо всех сил метнул его вперёд.
Крутанувшись в воздухе, устройство упало почти в самый центр детской площадки.
Полежав полминуты, устройство отщёлкнуло ножки, встав вертикально, звонко хлопнуло и через полминуты над ним возник светящийся голубой вращающийся шар, с узнаваемыми очертаниями материков.
— Я о таком артефакте даже не слышала. — Елена достала из кармашка прибор наблюдения и посмотрела на шарик.
— А это не артефакт. — Находник усмехнулся. — Это наше, родное. Оперативно — техническое управление конторы делает. Изделие сто сорок пять бэ «Манок».
— И кого он привлекает? — Спросила Елена не отрываясь от телескопа.
— Сейчас увидишь. — Виктор хмыкнул, и повернулся в сторону сталкеров ЗСФ который как раз добили паучка, и добывали с него лут, распахав ножами на запасные части. Как раз в это момент, манок издал короткую мелодичную трель, и командир отправил пару бойцов на разведку, и двое, довольно грамотно двигаясь и прикрывая друг друга прошли вперёд и увидели манок.
Паучка к этому времени уже разобрали и рассовали по рюкзакам, и вся группа подтянулась ближе, словно не замечая Вихря, который крутился в каких-то двухстах метров от них.
Разведчики осторожно подошли ближе, и один из них попытался поднять манок, но устройство, воткнувшее в землю специальный раскрывающийся якорь, можно было выдернуть только с огромным комом земли. Затем они потянули вдвоём, и в этот момент болото проснулось. Выглядело это так, словно что-то мелькнуло в воздухе и ни людей, ни манка, ничего. Только асфальт, трава и обрезки труб, торчащие по всей площадке.
Сталкеры постояли минут пять видимо на что-то надеясь, и пошли по улице прямо на вихрь.
— Так. Теперь со всей дури бежишь за мной и не оглядываешься. — Виктор коротко оглянулся на девушку. — Бежим!
Словно две тени они метнулись по направлению к площадке, и пройдя по краю, остановились у стены, полуразрушенной девятиэтажки.
Совершенно не запыхавшийся Виктор, мгновенно развернулся и вскинул автомат ожидая атаки, но всё было тихо.
— Болото, оно жрёт немного, но пока не схарчит свою порцию, на него лучше не заходить.
— Заплатить за свой проход чужими жизнями? — Елена хмыкнула.
— Это не бал джентльменов, девонька. Это филиал ада на земле. — Виктор усмехнулся. — Тут нет правил хорошего тона. Случись им рассчитаться за проход нашими жизнями, они бы не церемонились. Да и рассчитался я только за твой проход. Потому как я сам, вполне мог взобраться по стене дома, и оттуда обойти болото. Так что отставить сопли и самокопания. Командир приказал прыгать, и ты прыгаешь. А я, на том свете рассчитаюсь. Если конечно он есть. А то у меня в последнее время очень серьёзное подозрение что господь нам отвёл ад здесь и сейчас.

Глава 5

Не нужно ждать монстров из космоса. Настоящие, беспощадные и кошмарные монстры вокруг нас.
Стивен Хокинг. Тайные записки астрофизика.

Начальнику 3 (специального) отдела Оперативно-Технического управления ГРУ ГШ МО. 
По информации поступившей по аварийному каналу от резидента 138, на территорию Особой Охраняемой территории «Пятно», через КПП 8 (Карповка) проследовала группа ЧВК White water, с документами «Специального исследовательского отдела ООН» и разрешением на проведение исследования Пятна от Академии Наук РФ и МО РФ.
Запрос в секретариат ООН, подтвердил, что такие документы выдавались и подписывались, но группа учёных ещё находится в Москве на согласовании программы исследований в АН. Разрешение на проход через КПП 8, подписывал ст. опер. дежурный по ООТ ген/м-р Охрименко А.И, и подтверждал п-к Субботин А.Л. по каналам оперативной связи. При этом досмотр не проводился на основании распоряжения ген/м-р Охрименко, переданного на КПП, по закрытому каналу сетевого документооборота.
В настоящее время группа ЧВК White water, находится внутри Пятна, и не может быть пассивизирована. Приказом ст. опер. дежурного ген/л-та Кумина, ко всем КПП, выдвигаются подразделения усиления из состава 17-й гвардейской ОДШБ.
Ген/м-р Охрименко А.И, и п-к Субботин А.Л. задержаны и пребывают в камерах следственного изолятора гауптвахты военной комендатуры штаба ВВО г. Хабаровск. Проводятся дознание.
Оперативный дежурный ОТУ ГРУ МО России, полковник Харитонов. 6 июня 2086 года, 8.35 мск. 

Западная Сибирь. Особая охраняемая территория, «Пятно». 
Очередной схрон находника находился во дворе, который образовывали три двухэтажных дома, ещё сталинской постройки. Гараж по какой-то прихоти автовладельца собранный из бетонных плит, имел достаточно мощные ворота, а самое главное своеобразную комнату под гаражом, куда можно было попасть через замаскированную дверцу в смотровой яме.
— Слушай, а какой резон в том, чтобы залегать в такие вот ямы? — Спросила Елена, попивая чай подогретый на плитке, работавшей на жёлтых тепловых кристаллах.
— Резон есть. — Виктор вздохнул. — Мы тут, в пятне чужие. Чужие всем. Запахом, видом и прочим. Ты ещё учти, что действительно боевые создания не активны. Люди сейчас сражаются с поварами, писарями и ремонтниками, тогда как основная военная сила находится в спячке. Но если их серьёзно потревожить, из земли полезет такое… мы тут все наплачемся от горя. Один Кинг-Конг чего стоит. — И увидев непонимание на лице Елены, пояснил. — Это образина такая. Ростом в пять метров, с длинными верхними лапами, и более короткими, но тоже очень подвижными нижними. Головы, можно сказать нет, какой-то нарост на плечах с глазами. Как-то такая вот дура пришла к посёлку, так только с пятого попадания танковой пушки мы эту тварь упокоили. Если не приведи господь встретим это здесь, мы с тобой просто покойники. Но я видел тварей и покруче Кинг-Конга. И вот чем мы дольше здесь мелькаем, тем больше привлекаем внимание, и на раздражитель стягиваются разные тварюшки. Сначала мелкие, потом крупнее и крупнее, и в теории можно дождаться да хоть «Змея Горыныча». Так что нужно время от времени исчезать из поля внимания Пятна, чтобы вроде как обнулить интерес здешних жителей. И для этого лучше уйти куда-нибудь под землю. Хотя бы на пару часов, а лучше часов на пять. Да и для внимательности это полезно. Очень тяжело находиться на полном взводе многими часами. Можно и расслабиться в неподходящий момент. А здесь — это смерть.
— А ты зачем здесь? — Лена заглянула в глаза Виктору.
— Ну, во-первых, я всё ещё на службе. — Виктор усмехнулся. — Помогаю нашим ребятам доставать нужный биоматериал или просто ориентирую в обстановке. Так что я здесь потому что Родина ждёт, что каждый из нас выполнит свой долг. Но Ворон честный мужчина. И в звании поднимает, и, если проблемы какие возникали на Большой Земле, сразу решал.
— А как получилось, что ты в Пятне как рыба в воде? — Задала Елена давно мучивший её вопрос.
— Ну не рыба конечно. — Находник усмехнулся. — Скорее лягушка. Но первые пару лет у меня вся добыча уходила на лечение. Иной раз собирали буквально из кусков. И это ты учти, что просто пистолетную пулю я переношу на ногах. Ну если конечно не в голову. Лез постоянно чёрту в глотку вот и выхватывал. Причём несмотря на то, что парни мне очень подробно рассказали, что где и почём. Так что я был избавлен от ошибок новичков, вроде фонариков, ноктовизоров, или не приведи господь раций. На такое приползает посмотреть половина Пятна.
Потом очень важно вступать в бой только тогда, когда что-то тебе реально угрожает. Если будешь палить во все стороны без разбору, для начала останешься без боекомплекта, а после придут разные существа посмотреть, что за ковбой завёлся в здешних местах.
Вообще правил здесь очень много, и их даже запомнить все не так просто. Но сделать так, чтобы они стали частью твоего ежедневного поведения ещё сложнее. Тут за пять лет знаешь сколько народа прошло, через обучение? Находниками не стали, это да, но боевые кондиции здесь быстро растут.
— Да, а со стороны выглядит так что живёт горстка людей, таскает всякий хабар.
— Все, кому надо, конечно, правду знают. — Виктор усмехнулся. А не знают так сложить два и два — совсем просто. Где бы мы добывали патроны, снаряды, да даже запасные части и само оружие? А найти учителей сюда? И не простых, а знающих пять — шесть предметов каждый. Школа-то маленькая совсем. Если бы был преподаватель на каждый предмет, то учителей стало больше чем учеников. Да хоть вносить в базы учёта народившихся и умерших, выдавать документы и всё такое. А санаторий на юге, где мы можем отдохнуть и увидеть других людей? А служба натурализации, которая обеспечивает всех, кто захочет уехать на большую землю, жильём, работой, документами и прикрытием.
Да, мы делаем нужное и важное дело, но что мешало нашим начальникам нагнать сюда висельников и всяких отщепенцев, и делать почти то же самое, заваливая пятно трупами.
— Это как? — Удивилась Елена.
— Да вот так. Тому же плевальщику даже один человек слишком много. Убил оттащил в овраг, и будет там сидеть неделю пока не переварит. Да так можно всё пятно накормить, и даже не слишком дорого встанет. Может человек сто, ну сто пятьдесят за раз. И собирай материал не хочу. Понятно, что людоедство и паскудство, но вот американы так делают и ничего. Нагоняют мексов и нигеров в дешёвой броне, типа для сбора материалов, а из них выживает ну может процентов пять. А вот после этой бойни идут уже настоящие сборщики, потому что у инопланетных тварей желудок не бездонный.
— Ты тоже только что так сделал.
— Так да не так. — Виктор улыбнулся. — У меня давние счёты с Западно-Славянской Федерацией. И они очень далеки от окончательного расчёта. Пусть спасибо скажут, что я их там вообще не положил всех рядком. Но Пятно этого не любит.
— Ты о нём говоришь словно о разумном существе. — Лена зябко поёжилась.
— Я напоминаю, что не про всех людей можно сказать что они разумны, но вот Пятно… — он задумался. — Оно точно разумно. — Он помолчал. — Ты же видела Каркушу? Так вот это порченая, неправильная Каркуша. Правильная не в рваной серой бахроме, похожей на толстую паутину, а в чём-то похожем на серебристый тюль, и двигается, бесшумно, сложив свои косы за спину. Такая однажды проехала мимо меня в десяти метрах и словно не заметила. Понимаешь, иногда мне кажется, что мы для Пятна словно санитары. Выбиваем дефектные особи, причём к обоюдной выгоде. А в свою очередь Пятно подбрасывает нам всякие ценные вещи, и утилизует наш мусор. Так и живём.
— Как же тогда гибнут искатели? — Лена поставила чашку на стол, и подумав начала вытаскивать из вещмешка рационы. Раз уж они застряли, следовало подкрепиться.
— Ну, ради справедливости, следует сказать, что в последние пару лет гибнут наши ребята довольно редко, и уж не чаще тех же альпинистов. Всех случайностей не предусмотреть и не отследить. Но вот в прошлую зиму, когда шарахнуло под сорок в пятно ходили даже подростки. Понятно, что под охраной взрослых. Но вот кому скажешь, что у нас дети делают, в обморок бы упал. Но мы их особенно за шиворот не держим. Иначе будут партизанить, а это вот совсем плохо.
Вообще не только Пятно живое. Посёлок он тоже живой и по-своему разумный. Мы тут все вместе и гибель одного сильно бьёт по остальным.
Допив чай, Виктор поставил чашку на стол, и открыв неприметный лючок в стене, начал крутить штурвал, поднимая перископ, который шёл внутри вентиляционной трубы проложенной ещё старым владельцем. Компактный перископ ему спроектировали и сделали на оптико-механическом заводе, а установить пришлось самому повозившись пару дней. Зато он давал возможность оглядеться вокруг, не покидая безопасной зоны, и вот как сейчас увидеть окончание схватки наёмников из Уайт Уотер, и бойцов ЗСФ. Конечно у шестерых не было никаких шансов против семи десятков, и уже через пять минут американцы потрошили багаж покойных сталкеров, но не заинтересовавшись останками паука, отошли оставив тела с оружием и боеприпасами прямо на асфальте.
Ещё через минуту, сильно поредевшая автоколонна из пары бронированных джипов и двух грузовиков проследовала по улице Ленина на север. Туда где находился центр Пятна и бункер.
Дзержинск был небольшим городом. Вытянутый вдоль края реликтового болота, всего-то шесть километров из конца в конец по длинной стороне и буквально пару километров в ширину. Так что ездить в городке было особенно некуда. Тем более там, где можно запросто нарваться на инопланетную тварь, или что ещё хуже на участок физических аномалий. Таких, например, как «Солнечный зайчик» Пятно света, хаотично двигавшееся по земле и оставляющее после себя пепел и прах.
Но машины ехали, со скоростью пешехода и при этом не наматывали на колонну толпы тварей. Что само по себе уже интересно.
Но нет. Вот следом проскочила стая рыжих демонов, между домами мелькнула семья шорков, и надо полагать, что твари покрупнее тоже не пропустят этот праздник. И это сразу вносило в график передвижения определённые изменения. Пятно, даже после выброса было плохим местом для прогулок. Но когда есть такой мощный раздражитель как несколько десятков человек, да ещё на шумном транспорте, был шанс проскочить огородами вообще не встретив сложностей.
— Отставить отдых. — Виктор сложил ручки перископа, и начал крутить штурвал втягивая его в дымоход. — Двинемся за этими придурками. Пройдём как по проспекту. — Он обернулся и посмотрел на спутницу. — Риск тоже есть, но зато быстро проскочим пару опасных мест.
Вышли как раз вовремя чтобы увидеть хвост стаи песчаных червей, спешивших на общий праздник.
Виктор сразу повёл Елену в сторону забирая влево от проспекта Ленина, на улицу Покорителей Космоса.
Ранее труднопроходимый участок, где жила целая семья пауков, был пуст, и внутренне усмехнувшись находник миновал гнездо, собранное из кусков дерева, пластика, и кучу рваного железа, натасканного паучками на зиму. Было очень соблазнительно прихватить пару яиц из кладки, но времени разбираться с хабаром не было совсем.
Лена шла сзади, грамотно двигаясь в полной готовности к открытию огня, и прикрывая спину, и Виктор впервые задумался над тем, что зря в своё время отказался от напарника, предпочитая ходить в одиночку.
Следом за паучьим домиком была большая, почти три на три метра колония Стального мха, которая учуяв двух людей начала беспокойно двигать иглами, но они были слишком далеко, и мох недовольно гудя втянул стрекательные иглы.
— Голодный. — Виктор усмехнулся и достав из подсумка сухарь, бросил его так что тот лёг в метре от колонии, но мох даже не дёрнулся.
— А чего так далеко? — Поинтересовалась Елена. — Видишь, не достаёт.
— У него радиус поражения три метра. — Виктор улыбнулся. — А что не хватает, так понимает, что на приманку придёт что-то пожирнее чем сухарик. Вот и ждёт. Так. Теперь собрались. Впереди ещё одна колония только на этот раз на старом ларьке. — Он прошёл вперёд, повернул за угол, и впереди, между двумя осыпавшимися пятиэтажками стал виден небольшой ларёк, торговавший раньше цветами и фейерверками. Внешний вид ларёк сохранил, точно такой же как был, когда на него упали споры колонии. При наличии хорошей оптики можно было разглядеть даже ценники на букетах и петардах, и замершую навсегда фигуру продавщицы, с цветочной кадкой в руках. Обычно где-то рядом был Петрович — полупрозрачная синеватая тень в форме мужчины с рюкзачком на спине, и на самокате, правда колёса самоката не касались земли, а сам Петрович, постоянно колыхался под действием ветра будто занавеска.
Он постоянно объезжал квартал, и был совершенно безопасен, если конечно не подходить близко. Всех приблизившихся он аккуратно объезжал, и неспешно удалялся, оставив за спиной остывающее тело с остановившимся сердцем и кровью, превращённой в густой кисель. Рядом с ларьком он обычно останавливался, наклонялся к окошку, и от получаса до часа стоял согнувшись, словно разговаривал с продавщицей, и после вновь удалялся на самокате, летящем в десяти сантиметрах над землёй.
Ларёк обогнули, пройдя вдоль развалин дома на противоположной стороне улицы, и вошли в небольшой сквер, когда где-то метрах в пятистах от них сначала громко громыхнул залп из крупнокалиберных ружей, гулко застучал крупнокалиберный пулемёт, а после всё разгораясь, начался бой.
— Ну вот. А то я уже волноваться начал. — Виктор кивнул, и посмотрел на наручные часы. — Надеюсь их хватит хотя бы на час. — Он ещё раз внимательно осмотрелся, и пошёл по улице Мира, которая упиралась в Советскую, огибая центральный городской парк, где собственно и находился самый центр Пятна.
Шли быстро, по центру улицы, обходя лишь глубокие промоины в асфальте и ямы, где могли жить «копальщики», песчаные черви и много кто ещё. По мере их продвижения, звуки боя постепенно смещались по правой стороне оставшись где-то за спиной.
В этом районе уже не было высотной застройки. Лишь частные дома и редкие двухэтажные здания различных городских служб. Частный сектор за редким исключением вторжения не пережил. Деревянные избы рассыпались в прах а от каменных домов остались лишь коробки без крыш. Иногда правда попадались дома где перекрытия были сделаны из бетонных плит, но там как правило гнездилась всякая вредная живность, очень любившая сталкеров захотевших отдохнуть под крышей. Но выброс и смелые парни из Белой воды, почти полностью вытащили ресурсы Пятна, и, если двигаться быстро, можно было проскочить между парком и заводской территорией, которую все находники обходили как можно дальше. Огромные подземелья когда-то секретного завода, были битком набиты тварями, и не убогими как на поверхности, а волне полноценными, так что даже одиночный песчаный червь становился вполне серьёзным противником.
Кадры, снятые скоростным дроном которого запустили исследователи из одной серьёзной конторы, показали пространство, где остались стоять только бетонные корпуса, а весь металл включая станки и склады сырья, исчез в неизвестном направлении.
Попыток проникнуть на территорию завода было несколько, и даже Виктор пару раз попробовал сделать это, но едва унёс ноги. Но рядом с забором не появлялась обычная живность Пятна, поэтому там вполне можно было проскакивать.
Поэтому по дороге, двигались с максимальной осторожностью, стараясь не шуметь, и вообще быть ниже ростом, и более прозрачным.
Дорога протоптанная рабочими завода вдоль монументального пятиметрового бетонного забора, была настолько широкой, что свободно мог проехать грузовик, а деревья и кусты на расстоянии двадцати метров от забора изничтожили ещё в тридцатых годах, когда здесь собирали химические снаряды. Поэтому пространство просматривалось до самого поворота до которого было метров семьсот. Время от времени из-под забора вылезали тонкие плети с ещё более тонкими усиками по всей длине, замирали, едва заметно шевеля волосками, и так же беззвучно уходили под землю.
— Если почувствуешь или увидишь, что это тебя коснулось — сразу падай, и лежи ветошью. — Негромко говорил Виктор чутко следя за всем что происходит вокруг. — Они вниз очень плохо гнутся. — Находник поднял сжатый кулак в сигнале «Замри» и Елена сразу же остановилась. Прислушавшись уловила едва заметный звук, словно кто-то шоркал тапочками, и уже хотела спросить, что это, но Виктор уже скидывал автоматный ремень, и выдернув из зажима на рюкзаке большой барабанный магазин, положил его перед собой, встал на колено, достал из рюкзака десяток гранат, и два одноразовых пенала с гранатами «Дымка», и вынув из пенала жемчужину, закинул в рот.
Глядя на приготовления напарника, Елена тоже поменяла магазин на дисковый пулемётный, и проверила остальное снаряжение.
Она не успела увидеть, в какой момент, из-за поворота выскочила маленькая собачонка, бежавшая по дороге смешно семеня лапками и беззвучно тряся колокольчиком на ярко-алом ошейнике. Собачонка была чёрненькой с рыжими пятнами, и молча открывала рот, блестя тёмными глазами.
Елена опустила ствол и улыбнулась, уже открыв рот чтобы весело пошутить на тему страшных врагов, как Виктор открыл огонь. Бил сначала одиночными, а когда собачка подбежала ближе щёлкнул переводчиком огня, и стал стрелять короткими очередями, время от времени пуская гранату, которая отбрасывала собаку назад, но словно, не замечая пуль и осколков, она вскакивала на лапы, и продолжала бежать вперёд.
Елена тоже открыла огонь, стреляя короткими, а когда Виктор крикнул: — Пустой! — разрядила весь гранатный пенал, и добавила длинной очередью, добивая магазин.
За это время находник успел сменить магазины в автомате и в гранатомёте, и когда Елена выдохнула: — Пустая! — Снова включился в бой.
До собачки оставалось метров пять, когда она присела на задние лапы, широко раскрыла пасть, которая оказалась неожиданно большой и ощетинилась в сторону людей толстым пучком щупалец. Но Виктор, ждавший именно этого момента, успел воткнуть в глотку, гранату с чёрной маркировкой, и с грохотом взрыва, голову твари разнесло взрывом в клочья.
И сразу же на глазах безголовая псина, начала дрожать, теряя резкость, превращаясь в мутное белёсое облако, которое быстро растаяло, и вместо мелкой шавки, на дороге лежало вытянутое трёхметровое тело, с узкой развороченной мордой, похожее на борзую, только с чёрной кожей с алыми прожилками, испятнанной глубокими ранами.
— Ну, вот. Теперь ты познакомилась с ещё одним порождением Пятна. Для уверенного поражения, нужно примерно две сотни моих патронов, или десяток гранат. Кто зовёт шоркой, кто адовой гончей, но тварюшка неприятная. Особенно тем, что принимает облик мелкой живности, и те, кто не знают, подпускают её близко. А там, она выпускает щупальца, которые парализуют, пробивают кожу и мясо, впрыскивают кислоту, которая растворяет плоть и минут за пять высасывает человека словно яйцо, оставив только сморщенную оболочку. За раз может пообедать сразу пятью людьми. Или, что гораздо хуже впрыснуть зародыши шорков в тело, и человек умирает в жутких муках. — И глядя на несколько смущённое лицо девушки улыбнулся. — Да, ладно. Я, когда первый раз увидел, тоже чуть не позвал её. Ладно что сообразил, что в таком месте как Пятно, ничего знакомого и привычного быть не может в принципе.
Остаток пути до фальшивой «Автобазы Сельхозтехника» на территории которой находился главный въезд в бункер, они преодолели без особых проблем. Из наземных сооружений в бункере уцелели лишь четыре полукруглых бетонных капонира, в трёх из которых должны были находиться зенитно-ракетные установки воздушного прикрытия, а в том, что стоял с самого краю, собственно и находился въезд в подземелье. Ещё на территории стояла пара кирпичных корпусов, где располагалась внешняя охрана бункера. Всё остальное, было разрушено и вычищено до бетонного основания, так, что наверху не было даже мелкого мусора.
Шорки — в это время находились в стадии поиска партнёра, и резвились на территории лесного массива, куда выходили запасные выходы из подземного сооружения. А в бункере находились лишь сторожевые твари, матки, и совсем крошечный молодняк.
Двигаясь неслышно словно тени, Виктор и Елена подошли к задней части ангара, и забросив верёвку с кошкой, Виктор быстро, словно циркач, взобрался вместе с рюкзаком наверх, а через минуту, втащил Елену.
Пройдя по крыше и дойдя почти до самой кромки, находник скинул рюкзак, и постелив под себя пенку, поставил свой монструозный автомат на сошки.
— Можно достать еду, и устроить обед. — Не глядя на спутницу произнёс он. — Теперь ждём.
— А чего ждём? — Не удержалась от вопроса Елена.
— Тех, кто полезет в алый портал вместо тебя. — Находник обернулся к девушке и улыбнулся.

Глава 6

Крупный калибр придумали плохие стрелки.
Старшина Номоконов, Семён Данилович.

Новости дня.  
В Берлине, проходят массовые выступления, организованные партией «Истинная Германия», под лозунгами «Долой мигрантов», и «Оставим нашим внукам, свободную страну». Полиция не вмешивается, обеспечивая лишь порядок, и защиту демонстрантов от радикальных групп мигрантов и натурализовавшихся граждан Германии в первом поколении. 
Несмотря на воинственные настроения мигрантов, уже отмечен рост заказов на чартерные рейсы, из Германии и Австрии в странны Средней Азии, и Средиземноморского бассейна. 
Пока реэмиграция не достигла значительных величин, но с ростом погромов в арабских кварталах, она будет только нарастать, а с учётом того, что армия заняла безусловно позицию коренных жителей, процесс не будет долгим. 
Лондон вновь попал в сводки новостей, с массовыми облавами полиции к которой присоединилась армия, в поисках источников распространения нового полусинтетического наркотика получаемого из Лазурной пыли, которую добывают в Американской Зоне Катастрофы. Наркотик получивший название «Лазурь», вызывает эйфорию, половое возбуждение, и повышает остроту ощущений, поэтому пользуется особым успехом в среде пансекуалов и адептов Церкви Свободы. 
Тем временем в Рио-де-Жанейро продолжаются бои между отрядами банд Красная команда, Первая столичная команда, и Третий отряд. 
Дело дошло до штурмовой авиации, и танков. Массовые пожары в фавелах не тушат так как пожарники не могут пробиться к местам пожаров сквозь баррикады. Счёт раненых и убитых уже перевалил за сто тысяч, и быстро растёт. Также много раненых и убитых среди правоохранителей и военных штурмующих фавелы, так как у бандитов совершенно неожиданно оказалось тяжёлое вооружение. Крупнокалиберные пулемёты, пушки и броневики. Напомним нашим зрителям, что волнения в Бразилии начались после того, как правоохранители захватили и сожгли самую крупную партию наркотиков за всё время существования местной полиции, на сумму более чем в десять миллиардов новых юаней. 
Медиапул Новое Время. Новости. 7 июня 2086 года.  

Западная Сибирь. Особая охраняемая территория «Пятно». 
За час они успели не только поесть, но и немного отдохнуть, лёжа на крыше нагретой солнцем которое едва — едва пробивалось сквозь защитный купол Пятна.
Преследователи ворвались на площадку фальшивого автохозяйства на броневике и грузовике, как видно оставив остальной автопарк по пути. Осталось их от силы человек двадцать, и многие щеголяли повязками и рваными дырами в броне и одежде.
Коряга тоже был здесь, передвигаясь на костыле, из палки, примотанной прямо к бедру, и опираясь на другую палку. Он, подошёл к командиру наёмников тяжело припадая на раненую ногу, и коверкая английские слова, произнёс.
— Там, вон. — Он рубанул рукой, — въезд в бункер. Двери открыты. Я свой договор выполнил.
— Да. — Командир группы, высокий, светловолосый, широкоплечий и моложавый мужчина лет сорока, в новеньком бронекомбезе, и с укороченным AMG-55 на плече, кивнул, не меняя выражения лица. — Только мы ещё договаривались что вы нас выведете отсюда, и только пройдя ваш КПП, мы на обратном пути рассчитаемся. Хотите спрыгнуть, мистер Коряга?
— Да зачем я вам? — Вполне натурально удивился искатель. — Да ещё раненый. Только вас буду задерживать. Обратно пройдёте через лес, и шестой КПП. Там на выходе вообще никого не проверяют, а лес пустой. Ну, пока пустой. Через пару дней там будет не пройти.
— Вы, русские вообще не любите соблюдать контракты. — Наёмник покачал головой. Но, хорошо. Можете подождать нас здесь. Всё равно деньги получите только после того как мы пройдём контрольный пункт.
Споро и организованно, солдаты стали вытаскивать рюкзаки, как видно подготовленные заранее, надевать их, подгонять лямки и проверять оружие.
Через десять минут, вся группа зашла в ангар, и судя по звукам двинулась к дверям, оставив Корягу возле машин.
Ещё минут десять Виктор слушал пространство, затем беззвучно прополз по крыше до края ангара, осторожно отодвинув кусок пластика заглянул в дыру, усмехнулся, вернулся к Елене и приблизив губы к её угу прошептал:
— Оставили наблюдателя в створе двери. Значит не ушли, а стоят на пандусе на первом развороте. Может нас ждут, может ещё чего. Не будем разочаровывать людей. — Он усмехнулся, и движение его губ Елена ощутила так явственно словно видела лицо перед собой. — Сейчас тихо спускаемся с крыши и идём к третьему запасному входу.
Елена молча кивнула и показав пальцем на оставленные машины и свои глаза нарисовала в воздухе вопросительный знак.
— Это сейчас.
Виктор подполз к краю ангара, и вытащив из кармашка разгрузки пенал, раскрыл его. Там в мягких отсеках из мягкого пористого пластика лежали стеклянные шарики, и выбрав из десятка разноцветных шаров синий, аккуратно закрыл пенал, вернул в карман разгрузки, а тот что вытащил, примерившись, метнул под ноги Коряге, который стоял у дверки Кугуара, смотря в сторону ворот.
Тонкое стекло хрустнуло от удара об бетон, жидкость вылилась из колбы, мгновенно вскипела и облако зеленоватого газа накрыло человека, который только и успел что повернуть голову.
Теперь на два часа, Коряга превратился практически в статую, способную только моргать и едва заметно шевелиться, а значит не сможет подать сигнал спрятавшимся наёмникам даже если услышит, как уходят Виктор с Еленой.
Находник сначала опустил Елену на тросе, затем спустился сам, и освободив верёвку, свернул её в бухту, спрятал, и практически беззвучно пошёл вперёд.
Один из многочисленных запасных входов в убежище, находился в двухстах метрах от главного, и внешне, представлял собой обычный канализационный люк. Но, со скрытым замком. И ход под люком вёл не в коллектор, а в небольшое помещение из бетонных колец, откуда через дверь, они попали на узкую, металлическую, винтовую лестницу.
Закрыв тяжелую дверцу за собой на засов, Виктор вытащил пару химических фонарей, хрустнул сминаемым пластиком, дождался пока он разгорится, закрепил его в зажиме на плече, подал один Елене и пошёл вперёд.
Сваренная из нержавеющей стали, лестница была в полном порядке, несмотря на потёки воды на стенах и металле.
— Спускаться будем долго. — Предупредил находник. — Лестница ведёт на нижний технический этаж. Весь комплекс был рассчитан на долговременное выживание людей и здесь есть пассивная система удаления воды. Иначе всё подземелье давно бы затопило. Насосы-то не работают, да и нечем те насосы питать. А так, всё что просачивается сверху и по стенам, по водоносным слоям, уходит через дренажку, глубоко вниз в подземные полости. Так что здесь, относительно сухо. Сухо и тихо. Здесь что главное? Главное не шуметь, и вести себя скромно. И уж точно не стоит размахивать стволом.
— А наши генералы всё разрабатывают оружие для зачистки Пятна.
— Дебилы. — Виктор покачал головой. — Мы здесь шастаем только потому, что с ручным оружием и фактически без защиты. Вот поэтому американцы и прорвались. Но уже через пару дней, здесь будут разгуливать такие твари, что будут рвать броневик словно бумагу. Живность пятна очень рациональна. Например, та же каркуша, если она не порченая, никогда не будет гоняться за тобой, и атакует только если преграждаешь ей путь. Со стаей шорков можно запросто разойтись краями, если конечно там, у них, нет молодняка, которого нужно учить бою. Знал бы о таком пришествии, я бы с тобой поехал в Пятно на танке, и на месяц-полтора здесь любого сталкера встречали бы такие твари…
— У вас и танк есть?
— И не один. — Усмехнулся Виктор. — Пять штук Т-178, и один танк прорыва Т-184. Заправленные и с боезапасом. Есть шанс что пригодятся. Вот с год назад примерно, накат такой был… Мы от испуга чуть артподдержку не вызвали. В трёхстах километрах от Посёлка, стоит ракетный полк, и рядом полк штурмовой авиации. По пятну они конечно ударить не смогут, купол не пропустит, но по окраине посёлка очень даже запросто. Но тогда бы мы лишились домов на всей северной части. Для ракетчиков и авиации плюс — минус двести метров вообще не расстояние. А там такое месиво было… Одних колпаков только десятка два. В общем забили мы их конечно. Но боезапас почти весь ушёл, а рыжие демоны так прорвались к самим домам. Даже дети настрелялись по самое нехочу, когда лупили через бойницы нижних этажей. Гильзы из домов на тачках вывозили. Конечно адреналина хлебнули вёдрами. Зато биоматериала собрали… на пару больших грузовиков хватило.
Но урок вынесли. Теперь если припрёт сможем детей эвакуировать. Сделали тоннель километровый а там в капонире машина прорыва на базе грузовика — стотонника и десяток боевых роботов сопровождения.
— А остальные?
— Остальные должны уйти в капсулы безопасности, которые находятся под каждым домом, и надеяться, что стальное яйцо со стенками из стали толщиной в тридцать сантиметров не расковыряют до того, как штурмовая авиация и ракетчики, превратят посёлок в выжженное плато.
— Так себе план. — Фыркнула Елена.
— Будет план лучше — приходи на поселковый совет. — Ответил Виктор. — Мы двери ни перед кем не закрываем. Но учти, что нам такие планы обычно свёрстывают специалисты-фортификаторы. А там такие зубры, что и против инопланетных захватчиков что-то придумают.
Прямо на стене лестничной шахты были написаны отметки глубины, и когда Виктор дошёл до цифры 250, написанной красной краской от руки, то остановился, и подождав Елену негромко произнёс:
— Так. Мы сейчас где-то в районе внутренних коммуникаций нашего маленького ада. Про нас никто не знает, и лучше если не узнает, как можно дольше. За оружие по любому поводу не хвататься. Огонь только по моей команде. Сейчас добрые самаритяне из Уайт уотер, оттянут на себя сторожевых особей шорков, и это ну просто роскошный шанс пройти к порталу не замочив ног. Я честно говоря больше рассчитывал на бойцов из ЗСФ, но они слились на промежуточном финише. Но всё равно, обратно скорее всего, пойдём с шумом. Шансы выбраться конечно не нулевые, но не слишком велики, особенно после того, что тут устроили американцы.
Лестница заканчивалась уперевшись в бетонный пол, где был врезан круглый люк, на больших стальных петлях. Виктор смахнул пыль с люка, и пощёлкав ручками механического цифрового замка, начал крутить ручку в углублении люка, втягивая запорные стержни, и когда внутри люка что-то щёлкнуло, взявшись двумя руками потянул крышку на себя.
За люком сверкнуло отражённым светом, и спустившись по короткой лесенке, они оказались в системе осушения бункера.
Виктор снова закрыл дверцу за собой, покрутив ручки замка, сменил код на двери, и кивнув Елене двинулся вперёд, хлюпая водой что текла по дну шахты.
— Вода чуть пованивает, но чистая. Можно пить без фильтра. — Предупредил находник. — Сейчас мы с тобой пройдём дренажкой до зала, откуда можно добраться до Красного портала кратчайшим путём, и подождём наших друзей из солнечного пиндостана. Надеюсь у них будет хотя бы пара человек, которые смогут войти в портал.
— Нам и одного хватит. — Буркнула Елена.
— Это тебе хватит. — Виктор вздохнул. — А мне тоже хочется немножко синего пепла. Иногда возникает ситуация, когда жемчуг не спасает. А синий пепел, он же тело можно сказать заново строит. Если были какие болезни до этого, или просто старость, то раз, и снова как огурчик, и даже лучше. Генный оптимум. Слыхала?
Елена молчала долго. Минут десять ей понадобилось чтобы сопоставить все факты, и она с коротким смешком спросила:
— Это потому меня так штормит от тебя?
— Да. — Виктор не оборачиваясь кивнул. — Уж не знаю, как это дело чувствуют женщины, но после пары случаев, я общаюсь только с теми, кто только за деньги, и не лезу ни в какие отношения.
Они вновь замолчали, бредя в тёмном тоннеле, едва освещённом химическими фонариками.
— А правду говорят, что у каждого от Пятна, свой дар? — Спросила Елена.
— Ну, и да, и нет. — Виктор помолчал. — У кого-то и правду дар, а у кого проклятие. У Корня, например, телепатия. Вот я это даром никак не назову. Он чувствует настроение всех, кто стоит рядом, слышит проговариваемые вслух слова, видит образы. И от этого никак не закрыться. Постоянно слышать, что о тебе думают другие… Вот, например, дама улыбается, а в голове у неё всякие нехорошие слова, по твоему поводу. Или какой-нибудь малолетний засранец, молчит, но про себя шлёт тебя в дальние дали. Так-то мы всегда догадываемся, что там у собеседника в голове. А тут и догадываться не нужно. В общем так себе дар. Или у нашего дока — Серёги Бармина, который чувствует боль человека, с которым находится рядом. Правда, он кроме этого как-то умеет видеть внутрь человека, сращивать мышцы и сосуды, так, что лечит без скальпеля. Но, тоже подарок с запашком. И так у всех.
— А у тебя что? — Спросила Елена, не надеясь на ответ.
— Ну первоначально изменились мышцы, плюс кости, плюс сухожилия — Я первое время стеклянной посудой вообще не пользовался, да и сейчас предпочитаю сталь. Всё просто в руках крошилось. Арматуру — пятнаху, на кулак наматываю, словно проволоку. Ну ещё слышу хорошо.
— А что в противовес?
— А это и есть. — Виктор коротко хмыкнул. — Слышу, как у людей бурчит в животе, слышу, как гудит селезёнка, или ухает сердце. Причём не своё. От своего шума я как-то отстраиваюсь, а именно чужое. Но всё решается хорошими затычками в уши. Так что я отделался лёгким испугом. Вот у нашего оружейника Гури, у него особый дар. Он видит словно рентген. Любые внутренние трещины, и повреждения, причём даже самые мелкие. Может в голове воспроизвести движение любого механизма. Но и тут всё не слава богу, потому что видит также чего у человека внутри. Ну, вместе со всякими интимными подробностями, например, как и во что превращается еда.
Так-то дар Пятна есть у ста тридцати пяти человек. Кто-то стал лучше слышать, кто-то видеть и так далее. Но вот так, чтобы изменения были по всему телу — только у меня. Но опять-таки, я, наверное, единственный кто во время катастрофы был практически в самом эпицентре. Я тогда оттащил парней в укрытие, а сам вернулся за Лёшкой Суворовым, который остался нас прикрывать. Не знал, что его к тому моменту уже разорвали на куски. А от места падения всё расходилось словно круги на воде. Что-то было как волна из мелких молний, что-то было похоже на облако из сухой краски, а что-то как плоские слоистые облака из чего-то прозрачного. И всё это кололось, толкалось, заставляло болеть зубы и кости, а что-то вовсе выворачивало наизнанку от рвоты. Думал с ума сойду от таких приходов, но как-то выбрался.
— Выбрался и двоих вытащил. — Заметила Елена.
— Сильно им это помогло. — Проворчал находник. — Оба сейчас в биоцентре под круглосуточным наблюдением.
— Уже нет. — Произнесла Елена. — Меня, когда готовили, просили передать, что их перевели в закрытый город, а скоро вообще выпустят. Правда оба под списание в отставку, но с одной пенсией не оставят. А если бы не ты, то оба уже взошли бы травой. Сколько вы там сидели?
— Пять часов на крыше торчали. — Виктор вздохнул. — Высадились ещё до падения, и с крыши девятиэтажки видели весь армагеддец от начала до конца. Четыре стационарных камеры, пять дронов с камерами, спутниковая связь, тактическая… светились как лампочка в ночи. Всё передавали картинку в штаб. Как вообще смогли столько продержаться, непонятно. Но на отходе, мы уж всё собрали. От демонов, и шорков, до Колпака со свитой.
Коридоры казались нескончаемыми. Каждые двести метров от пола дренажного тоннеля, вверх поднималась металлическая лестница, упиравшаяся в люк с большим круглым колесом, и цифровым замком.
Он остановился возле очередной такой лесенки, приложил палец к губам, призывая к молчанию, и беззвучно словно призрак поднявшись по лестнице, коснулся ухом дверцы. Постоял так с закрытыми глазами, и кивнув начал крутить кодовые барабаны замка, внимательно прислушиваясь к их звуку. Когда последний едва слышно щёлкнул, высвобождая блокировку запора, взялся двумя руками за штурвал, который приводил в действие замок, и опустил крышку люка, осторожно высунувшись из дренажного тоннеля.
Технический уровень, когда-то был наполнен шумом механизмов и гулом жидкостей, идущих по трубам. Здесь был установлен экспериментальный необслуживаемый реактор, на двадцать мегаватт, со сроком эксплуатации десять лет, но живность пятна очень быстро сожрала металл реактора, и радиоактивные стержни, так, что от самого реактора осталась только зал, где отчётливо фонило радиацией, но не было ни единого кусочка металла кроме обглоданных остатков труб, уходивших в бетон.
Виктор вылез в коридор, который опоясывал реакторный зал, и из которого можно было попасть и в другие помещения технического этажа, а пройдя буквально сто метров подняться на складской этаж.
Здесь в коридоре всё было чисто как не было, наверное, и в первый день начала работы. Пол, потолок и стены были покрыты стеклообразной массой, сверкая в свете, который испускали пятна светящегося мха. Другой живности не было ни видно и не слышно, сколько бы Виктор не прислушивался, и дождавшись пока Елена поднимется, закрыл люк на замок.
— Так. На всякий случай. Код всех дверей, через которые мы проходили — восемь, семь, шесть, пять, четыре. Этой тоже.
Виктор медленно пошёл вперёд, держа оружие наготове. Метров через двадцать, они уткнулись в полуоткрытую дверь, за которой находился насосный зал. Находник начал осторожно открывать дверь, но она неожиданно легко распахнулась, и они оба оказались перед сплошным ковром из сотен одинаковых маленьких собачек, с алым ошейником на котором висел крошечный колокольчик.

Глава 7

Единственная доступная нам реальность этого мира — наше полное его непонимание.
Альберт Эйнштейн, из переписки с Владимиром Ульяновым.

Невозможно перечислить все беды, что пришли к нам вместе с решением мирового правительства о полном и безоговорочном подчинении человечества и превращении людей в скот, послушный любым приказам. 
Чудовищная инсценировка падения на землю космического тела лишь звено в цепи преступлений мировой закулисы. Теперь нам предлагают поверить в то, что это не порождение безумных экспериментов земных учёных, а якобы нечто пришедшее из глубин космоса, хотя и ребёнку известно, что ничего живое не может существовать в безжизненном пространстве. 
Чудовищные создания тайных лабораторий вот-вот расплодятся по всей Земле, не оставив места для людей, и загнав их в резервации, оставив властвовать лишь кучку опьянённых властью олигархов. 
И здесь очень важно сказать о роли России в новом переделе мира. Страна, которая всегда завоёвывала другие народы, и уничтожала их, страна, побеждённая во второй мировой войне, и не сделавшая выводов от проигрыша, вновь грозит всему миру. Они не допускают международные исследовательские группы в так называемую «Зону падения», они самовольно распоряжаются ценнейшим биоматериалом, и продолжают ограничивать доступ международных организаций к общепланетному достоянию — планетарным минеральным ресурсам, находящимся на их территории. 
Список преступлений режима можно было бы продолжить, отрицанием двухсот восьмидесяти гендеров, и гонениями на лиц с индивидуальными сексуальными особенностями. 
Безусловно всё что делается в России есть проявление заговора против человечества, и желания поработить его окончательно. 
Ненависть к государственному образованию, которое своим существованием угрожает самому понятию Демократия, должно стать неотъемлемой частью всего прогрессивного человечества, креативных и думающих людей всей планеты Земля! 
Нью-Йорк Таймс Редакционная статья. 7 июня 2086 года.  

Небольшой зал, примерно пятьдесят квадратных метров, был заполнен копиями собачки, павшей в самый первый день вторжения, и послужившей матрицей — репликантом образа для всех боевых особей. Если бы первым крупным биологическим объектом который встретила боевая особь шорков, была бы например свинья, то по Пятну разгуливали бы сотни смертельно опасных хряков. Но домашняя питомица Чапа, пала первой, породив бесконечное тиражирование своего образа.
Четыре входа, один из которых находился перед Виктором и Еленой, были когда-то с мощными стальными дверями — гермозатворами, но теперь в проходах не было видно даже металлических петель, а дверь, через которую в зал зашли находник со спутницей, оказалась изрядно обглодана, и держалась исключительно на былой репутации.
У дальней от Находника стены, где раньше был стол дежурного и сейф теперь лежала куча чего-то неопрятно-серого, но в коридорах, было пусто.
Для Виктора шорки в помещении рядом с реактором были шоком куда большим чем для Елены. Он полагал, что радиация отпугнёт их, и весь энергетический блок, будет свободным от пришельцев. Отсюда был прямой проход в техническую шахту, которая шла вертикально через все уровни бункера, и откуда можно было подняться на административный уровень, где и находился портал. Но теперь, глядя на сотни шорков под ногами, он понимал, что расчёт был в корне неверен.
Шорки, беззвучно раскрывали пасти, трясли головами как настоящая собачка и даже мотали шеей на которой болтался молчаливый колокольчик, но что-то здесь было не так. Виктор, вглядываясь в колыхающийся ковёр из шорков неожиданно для Елены присел и осторожно взял в руки одну из собачек, и сразу же её камуфляж поплыл, стал растворяться и вот уже в руках у находника смешно шевелило лапками крошечное существо неизвестного вида, похожее и на мелкую собачку, и на новорожденного кота. Существо тыкалось носом в ладонь и шевелило усиками, которые вылезли из мелкой, ещё беззубой пасти.
— Это же малыши. — Елена забросила автомат за спину и аккуратно присев, тоже подняла на руки пушистый комочек, который в её руках сразу принял истинный облик, принявшись облизывать ладонь своими усиками словно языком. — Господи, мне же никто не поверит. — Прошептала она, когда детёныш гончей лежавший у неё в ладонях, от поглаживания животика вдруг заурчал, и плеснул из брюшка мелкими брызгами, обдав Елену с головы до груди, терпко пахнущей жидкостью.
— Меня кажется обсикали. — С коротким смешком произнесла Елена, и услышала в ответ:
— Меня тоже. — Виктор хмыкнул. — Какое счастье что это не кислота, и не ядовитый агент. Но какая же мощная эмпатия у мелких. Даже я поддался. — Виктор с улыбкой встал, и держа на руках детёныша шорка стал поворачиваться к Елене, когда серое нечто, лежавшее у стены вдруг начало проявляться словно изображение на фотобумаге, пока не стало видно, что вся эта куча высотой полтора и длиной в четыре метра — огромная матка шорков, с медленно вылезающим из пасти жгутом тонких чёрных щупалец в палец толщиной.
Глаз у матки не было, и ориентировалась она исключительно на слух и благодаря чувствительным волоскам на щупальцах, которые улавливали запахи.
Щупальца осторожно касались мелких шорков и на кончике чёрного жала быстро набухала вязкая прозрачная капля размером с куриное яйцо. Малыш засовывал щупальца прямо в каплю, и выпив её, тут же сворачивался клубком, и затихал.
Виктор и Елена стояли неподвижно словно превратившись в камень. Несколько десятков щупалец, уже достигли задних рядов, и приподнявшись на уровень рук людей, осторожно коснулись, шёрстки малыша, и тот сразу раскрыл пасть, потянувшись вверх, и коснувшись капли, начал впитывать её, чуть дрожа тельцем. Ещё одно начало кормить шорха лежавшего на руках у Елены, а ещё пара застыла у губ людей, словно раздумывая кормить их или нет.
— У тебя жемчужина во рту? — Негромко спросил Виктор, глядя как на кончике чёрного хлыста набухает янтарно-жёлтая капля с тонким цветочным запахом.
— Да. — Тихо на грани слышимости выдохнула Елена.
— Пей, и сразу клади жемчужину между зубов, но не раскусывай. Если пойдёт конвульсия, или анафилактический шок, ты её сама раскусишь. — Произнёс находник, коснувшись языком вязкой капли зажмурился и вытянув губы трубочкой втянул в себя жидкость, которой оказалось буквально на пару глотков.
И уже валясь на пол, от сильнейшего сонного действия питательной смеси, успел только изогнуться так, чтобы не упасть на Елену, уже свернувшуюся клубочком, в руках которой продолжал спать тёплый шерстяной комок.
Проснулся он от того, что мелкий шорк в его руках, активно щекотал его своими крохотными усиками, и выбирался наружу.
Виктор осторожно опустил малыша в кучу братьев, приподнялся и обернулся на Елену, которая сопела совсем рядом в обнимку с детёнышем, который тоже начинал шевелиться. Остальные его родственники довольно попискивая сползлись в большой пушистый комок, появляясь оттуда-то хвостом то мордочкой.
Находник осторожно разбудил спутницу, и жестами показав, что нужно следовать за ним, обошёл шевелящуюся кучу вдоль стены, вышел в коридор.
Зал шахты нижнего технического уровня, был совершенно чист от стоявших там когда-то приборов и механизмов, но к счастью лестница была из бетона, хотя и её явно пытались погрызть.
Рядом с боевыми особями никто не селился, поэтому лестница была пуста, и лишь прислушавшись к коридору куда вели дверные проёмы, можно было расслышать шуршащие ритмичные звуки, которые вопреки общему мнению издавали не лапы гончих, а трение наспинных бронепластин под тонкой кожей.
— Как тебе вообще могла прийти в голову мысль заставить меня это выпить? — Негромко ругалась Елена.
— Всё просто. — Виктор, шедший впереди мельком оглянулся и подмигнул девушке. — Риск конечно был, но не сказать, что особенно большой. Мы с ними биологически совместимы. Они едят нас, а мы едим их, и я, как-то завалив одного из шорков притащил мясо в посёлок, и оно оказалось очень вкусным. Кроме того, мы вовсю потребляем разные железы местной живности и от этого одна польза и никогда не было вреда. И очень сомнительно чтобы совсем крохотных детёнышей кормили чем-то сильнодействующим. Скорее всего чистый белок плюс углеводы. Такой себе заменитель земного материнского молока. Облитые детскими выделениями мы пахли как они. Но если бы мы отказались есть, действия матки непредсказуемы. А так, как видишь, мы проскочили место, где могла сложиться боевая группа втрое большего размера. Я честно говоря не тороплюсь проверять боевые кондиции матки адовых гончих. Но что-то мне говорит, что нас бы схарчили в момент. А так — у нас появилась узкая щель, в которую мы проскочили. Собственно, всё искательство здесь в Пятне это умение находить такие щели и проскакивать в них. Иначе не выжить. Тут нужно быть не резким и быстрым, а тихим, тонким, плоским, и желательно прозрачным, чтобы быстро теряться в складках местности. Представь себе, чтобы было если бы мы встретили не одну каркушу а пару? Там бы и остались. Хвала местным богам, что они парами не ходят. А вот шорки, те очень даже бегают стаями. Но не сейчас. Сейчас у них месяц свадеб. Пары носятся по лесу, и радостно трахаются. А как самка почувствует, что яйцо оплодотворилась, сразу бежит вниз, к матке, где отдаёт яйцо, и снова бежит наверх, к своим мужикам. Но к счастью, их плодовитость низка, а жизненный цикл очень короткий. И зимой мы обычно собираем в этом лесу пластины с истлевших тел шорков, из которых делают броню. А иначе мы бы тут захлебнулись, отбиваясь от бесконечных стай этих чёртовых гончих.
Он поднялся на ещё одну ступеньку, и сделал предупреждающий жест ладонью останавливая Елену. И в ту же секунду, здоровенная гончая, высотой метра в полтора в холке, вошла через дверной проём, и словно торопясь проскочила мимо прижавшихся к стене людей, мимолётно мазнув длинным хвостом по их ногам.
— Тебе что вообще никогда не бывает страшно? — Спросила девушка, когда смогла перевести дыхание и унять бешено стучащее сердце.
— Что за глупость? — Виктор посмотрел на спутницу. — Страшно до одури. Я же не деревяшка. Просто не даю страху командовать собой. Ну и умею держать лицо. Но зато мы с тобой теперь знаем, что не интересны боевым особям, и можем относительно спокойно ходить по коридорам. А это очень важно. — Виктор улыбнулся. — Слышишь? — Он показал пальцем вверх. — Парой уровней выше идёт бой. Это наши потенциальные покойники рвутся отдать свою жизнь во благо всемирной демократии по версии европиндосов. Но мы же не будем мешать?
— Я бы даже помогла. — Лена скупо улыбнулась. — Есть у меня пара неоплаченных счетов.
— Ну вот и славно. — Виктор кивнул. — Административный уровень этажом выше. Теперь полная боевая готовность. Любой человек кроме меня, для тебя враг, и цель для поражения. — Говоря, Виктор скинул на пол свой рюкзак, и распахнув один из подсумков которые были приторочены прямо к бокам рюкзака, достал большой «бубен» помеченный чёрным крестом, и поставил его вместо того что стоял в автомате. Проверил гранаты в разгрузке и прочее снаряжение включая ППШ — 70 — пистолет-пулемёт штурмовой стрелявший теми же патронами что и автомат — 14.5 на 50 мм.
Дождавшись, когда Елена закончит проверять своё снаряжение и оружие, кивнул, и взяв автомат к плечу, пошёл вперёд.
Поднявшись на административный этаж, повернули направо, и через пять минут Виктор уже заглядывал в зал совещаний, где, наверное, уже никогда не соберутся люди для решения своих вопросов, как минимум потому, что в самом центре зала, вертикально висел серебристый диск, опоясанный словно пламенем косматой алой каймой. Как ни странно, дверь в зал была вполне в порядке, а вся мебель была измельчена в мелкую пыль, и лежала на полу словно грязный снег. И только вокруг портала в радиусе пяти метров было чисто, словно кто-то вымыл пол.
Виктор скинул рюкзак с плеч, поставил на пол и оглянулся на Елену, не спускавшую взгляд с портала.
— Ну, вот. Одна из легенд Пятна — Алый портал. — Находник, прошёлся по залу. — Сцена определена, нет только декораций. — Он подошёл к противоположной стене, и утопив последовательно четыре скрытых кнопки, сдвинул фальшпанель в сторону. Под тонким листом металла стала видна ещё одна дверь, ведущая в соседнее помещение.
Центр управления всем подземным комплексом имел не только аварийные выходы, но и специальный шлюз, через который должны проходить люди в случае проникновения в убежище отравляющих или биологически активных веществ. А кроме того, там была и совсем небольшое помещение, резервная аппаратная, до которой не добрались шорки, очень любившие грызть железо. Все двери в комплексе управления были сделаны из керамического композита, который успешно противостоял зубам инопланетных тварей, и громко скрипнув петлями, кусок стены, сдвинулся достаточно чтобы люди смогли протиснуться внутрь.
Здесь не было тварей Пятна уничтожавших любую электронику и пожирающую металл, так что и система видеонаблюдения, и экраны были на месте, а кода находник подключил изотопный источник, который находился этажом ниже, всё заработало.
Виктор и Елена и обосновались, сняв рюкзаки, и даже разогрев чай, на крошечной плитке, которую питали кристаллы, добываемые в Пятне.
ЧВКашники ворвались в центр управления бегом и стреляя вдоль коридора длинными очередями. К удивлению Виктора, было их аж восемнадцать человек. Выглядели бойцы «не очень» разорванные в клочья бронекомбенизоны, пустые подсумки, и многочисленные повязки наложенные прямо поверх одежды.
Когда последний забежал внутрь, все дружно навалились на двери, закрывая тяжёлые задвижки, и через пять секунд в коридоре было не протолкнуться от сторожевых гончих, которые отличались от боевых, более толстой бронёй, относительно короткими и толстыми лапами, и круглой головой с глазами, глубоко утопленными в костяных щелях.
Шорки не стали биться в закрытую дверь, а тщательно обнюхав её, убежали оставив для контроля трёх особей, не сводивших взгляд от дверей.
Виктор наблюдал за ними и за американцами, неторопливо щёлкая селектором камер, осматривая через них, огромный подземный комплекс.
Самые большие изменения произошли в Главном сборочном, где до падения собирали ракеты среднего радиуса поражения и монтировали тактические ядерные боеголовки.
Цех полностью лишился станков и оборудования, но в центре его, громоздилось нечто, вокруг которого суетились сотни существ разного размера, подносили какие-то штуки, вспыхивали огни, и вообще шла явно осмысленная деятельность.
Вернувшись наконец к американцам, запертым в командном центре, Виктор увидел, что те, достали из рюкзаков нечто, и собирают его, из деталей разного размера.
— Знаешь, что это? — Негромко спросила Елена.
— А как же. — Виктор хмыкнул. — Широко известный в узких кругах TacticalAtomic Demolition Munition. Ядерный подрывной заряд средней мощности. А как для нас, так вполне себе большой. Около двадцати пяти килотонн в тротиловом эквиваленте. Начинка комбинированная из америция и плутония. Выходит, они не за биоматериалом припёрлись. Они просто хотят, чтобы здесь было как у них на Среднем Западе. Радиоактивно-биологическая помойка средней интенсивности.
— А почему не взорвали на поверхности?
— Да нашему бункеру двадцать пять килотонн, как слону дробина. — Виктор усмехнулся. — Только на нижние уровни нужно заряд доставить. Но и так, выхлоп будет не очень. До Завода не дойдёт. Но порталу, я думаю, каюк. А вот это совсем лишнее. Да и шорков побьёт. А они здесь нужны. Потому что без них мы захлебнёмся в синих и рыжих демонах, и Колпаках. В общем тут своя экология, и не нужно сюда лезть.
Виктор проверил автомат, пистолет в кобуре, подтянул ремешки бронежилета и поднял стекло бронешлема.
— Значит так. Если что — возвращайся той же дорогой, и не тяни. Через пару дней здесь в Пятне будет не протолкнуться от тварей от шестого до десятого уровня опасности.
— А ты?
— А я разберусь с этими козлами.

Глава 8

Даже собираясь в лавку за хлебом, ты должен быть готов встретить свою судьбу.
Иван Сусанин. Тайные записки полупроводника.

На запрос 901 от 3 июня 2086 года, сообщаю.  
Проведёнными исследованиями точно установлено, наличие во всех свежих биоматериалах в качестве основания ДНК животных полностью совместимых с земным генофондом. Несмотря на модификации, иногда очень существенные, в целом генокод созданий «Пятна» вписывается в рамки понятия «управляемая эволюция». Существуют несколько вариантов мнений о том, как этого удалось достичь в такие короткие сроки, но в первые часы вторжения группы Синих демонов и ряда других существ, имели совсем другой генный набор, и представляют собой действительно инопланетную фауну. Но в течении года, генный набор претерпел коренные изменения полностью сменившись на комбинации земных исходных ДНК. 
Кроме биоматериала на исследовании находятся образцы наноботов всех известных в настоящее время вариантов, поступающих из Пятна. Суть и принципы функционирования нанофабрик разных уровней изучаются, но в связи с отсутствием механизмов изучения пико и фемто уровня, не будет полным и ограничится внешним описанием. 
Директор Федерального исследовательского центра фундаментальных основ биотехнологии РАН Института биохимии им. А.Н. Баха, Академик РАН, Сергиенко  .

Западная Сибирь. Особая охраняемая территория «Пятно». 
Внутренние двери в подземелье, были рассчитана на открытие с двух сторон. Звери конечно не могли лапами провернуть круглый штурвал. Зато это мог сделать Виктор.
Выйдя из резервного центра управления, он прошёл служебными коридорами к главному входу в зал, перед которым стояла тройка сторожевых особей шорков.
Прекрасно понимая, что три машины для убийств разорвут его быстрее, чем сможет сказать хоть что-нибудь, он тем не менее зажав свои страхи в кулаке, пошёл вперёд.
Огромные чёрные звери, с широкими алыми прожилками по коже, вначале резко обернулись на находника, но почти сразу же потеряли к нему интерес.
Несколько ошалев от того, что происходило, Виктор подошёл к дверям, и открутив запорный штурвал, резко повернул рычаг и дёрнул двери на себя открывая гончим путь.
Самым умным и самым быстрым оказался командир наёмников. Зная об алом портале только слухи и домыслы, он решил рискнуть и рыбкой нырнул в серебристое зеркало перехода. Остальные солдаты последовали за ним, и гончие, терзавшие три окровавленных тела, отбросили ещё живые обрубки, когда зал практически опустел.
Виктор осторожно зашёл за ними, и оглядевшись, решил помочь умирающим, тоже закинув их в зев портала. А шорки, оббежав зал, и убедившись, что врагов больше нет, удалились, громко шурша костяными наростами под кожей.
Через десяток секунд, из портала вывалилась прямоугольная упаковка шаров размером с куриное яйцо, заполненных синим порошком.
— Концепция изменилась. — Виктор оглянулся на вошедшую в зал Елену, присел к пакету и стал рассматривать, не касаясь. — Раньше людей просто выплёвывало назад, и они истлевали прямо здесь. — Пояснил находник. — Зрелище было не для слабонервных. А сейчас вон как. Чистенько и гладенько. Как в аптеке. Но нам же лучше. — Виктор поднял пакет, и переложил в сторону. — Пятнадцать капсул по сто граммов, за восемнадцать гуманоидов. Это значит полторы тысячи спасённых людей. Математика конечно людоедская, но не мы это начали.
Он сходил за рюкзаком и оставив в операторской часть груза, уложил добытые капсулы в прочные кейсы, в которых лежали мины, и уложив их в рюкзак, стал подгонять лямки, и перетасовывать снаряжение по подсумкам, откусывая время от времени от куска вяленного мяса.
Вообще-то Находник рассчитывал на сталкеров Западно-Славянской федерации, которых и впустили-то для отвлечения инопланетной живности. Те, насколько стало известно разведке, целенаправленно шли к Бункеру, и учитывая резкое снижение активности Пятна, могли даже добраться до входа в подземный комплекс. Но встреча с наёмниками из Уайт уотер, переменила все планы.
Сейчас Виктор уже понимал, насколько глупо было пытаться пройти через реакторный комплекс, и насколько им круто повезло. Но любые планы в Пятне стоят дешевле бумаги, на которой написаны. И видимо недаром он пил за Удачу, и она от него не отвернулась в нужный момент.
Подойдя к бомбе, находник увидел, что взрыватель ещё не вставлен в гнездо, а значит, кроме небольшой радиации, заряд не опасен.
Сама атомная мина весила немного — двадцать килограммов вместе с детонатором, но биологическая защита догоняла вес заряда до двух сотен. К счастью, это был лишь свинец, так что вытащив цилиндр самого заряда, Виктор крутанувшись вбросил его в зев алого портала, а следом закинул детонатор, и кожух биозащиты.
На самом деле, он ходил к порталу не раз и не два, и особенно часто в первый год, когда в подземелье завода было пусто. Несколько раз из чистого любопытства, вдвоём с Корнем, и «Толстым» Владом. Они бросали в зев портала разные металлы, лили воду и разных животных, ну и конечно запускали особо отличившихся сталкеров. Например, один деятель решил взять в заложники поселкового доктора, и потребовать ценный хабар. Как он собирался покинуть посёлок, и пробиваться через блокпост и КПП, выясняли поселковые особисты, а после, гражданина завели в Пятно, и кинули в Алый Портал. Так собственно и была получена первая партия Синего пепла.
Что это такое, как его применять и что в итоге получится, установили биологи из подмосковного Зеленограда, и они же рассчитали дозировки и сопутствующие медикаменты.
Вторую и третью, партии жители Посёлка уже не отдали государству, а с помощью своих же поселковых фармацевтов превратили в ценнейший медикамент, спасавший жителей городка, находников и залетающих время от времени учёных и военных.
Пепел не только восстанавливал жизнедеятельность организма после любых повреждений, но и позволял отращивать утерянные конечности. Правда требовалась уже не одна, а две и более доз препарата. Так вытащили трёх бойцов, прибывших на стажировку из Учебно-Боевого Центра «Ладога», нескольких учёных, и бессчётное количество раз детей и взрослых.
Но полгода назад была израсходована последняя доза, и Виктор уже прикидывал как половчее пробраться к порталу, чтобы получить необходимое сырьё, когда в Посёлке нарисовалась Елена, с рекомендациями от генерал-полковника Воронова.
Это явление сразу решило все колебания, и запустило механизм давно готовящейся операции. И только появление американцев, несколько изменило ситуацию.
На вбрасываемый металл, Алый портал не реагировал никак кроме титана, нескольких редкоземелов, и тяжёлых металлов. В ответ из портала вываливались небольшие капсулы с разными веществами и дозами наноботов. Оранжевые капсулы с белыми точками полностью меняли зубы у человека на новые, отросшие естественным образом, и устраняли все травмы костей. Светло-голубые с волнистыми полосками восстанавливали волосяной покров, и так далее.
Виктор не ждал никаких особенных чудес от портала в ответ на заброшенную бомбу, поэтому звякнувшая на полу упаковка размером с трёхлитровую банку, с белыми капсулами даже удивила его. Белые капсулы полностью снимали все последствия радиоактивного облучения, и сметались корпорацией Росатом, словно ураганом. Их обычно добывали из синих демонов. В грудине демона в том районе, где у человека располагается печень, у демонов могло быть от двух до пяти шариков размером с ноготь большого пальца, заполненных белёсой перламутровой жидкостью.
Но вот такого, чтобы вывалилась целая упаковка, ещё не было. Виктор кивнул Елене, которая просочилась в зал, и поднял прозрачный пакет.
— Что это? — Девушка склонилась над подарком от Пятна.
— Белые жемчужины снимают все последствия радиоактивного заражения у человека. — Виктор рассматривал упаковку. Обычный с виду прозрачный пластик, Пакет длиной сантиметров в двадцать, толщиной меньше пяти сантиметров и шириной в ладонь, был плотно заполнен белыми перламутровыми шариками. — Это портал выкинул в ответ на американский сувенирчик.
— А с Синим пеплом что будем делать? — спросила Елена.
— А то и будем делать. — Виктор пожал плечами. — Одну капсулу заберёшь с собой, а остальное я припрячу. У нас всякое бывает. Вот с год назад Лётчик ноги лишился в схватке с Колпаком. И быть бы ему инвалидом если бы не Пепел. А так, за три месяца выросла новая нога, лучше старой. Да и почти все болячки ушли.
Ты хоть осознаёшь по какому краю мы прошли? И ещё ничего на закончилось. Эта бравая банда, что впёрлась в Пятно, словно в собственный сарай, уже подняла особей от шестого до десятого класса опасности, и это я ещё очень осторожен в оценках. И куда пойдут боевые особи Пятна? Ну конечно же на посёлок. Люди живут под постоянным прессом потери здоровья и жизни, и отдавать их шанс, я не собираюсь.
— Я не об этом. — Елена смутилась. — Это же огромные деньги.
— Это когда ты их продаёшь. — Ответил Виктор, подтягивая лямки похудевшего рюкзака. — А захоти ты купить тот же пепел, и никаких денег не хватит. Вот олигарх захотел спасти своего сына. И что? Смог он купить лекарство? Нет. Пошёл на поклон к Ворону, а тот уже послал пару отморозков решить вопрос. И цена этого лекарства не миллиард которые тебе пообещали, а жизнь кучи людей, включая нас с тобой. Так что бери своё, и лети за длинным рублём. — Виктор протянул девушке прозрачный шарик с порошком синего цвета. — И помни. Расслабиться сможешь только тогда, когда сдашь груз и получишь деньги.
Из бункера выбирались тем же путём что и пришли, лишь обойдя матку с маленькими шорками, и так же через канализацию попали на лестницу аварийного входа.
Остановив Елену жестом, Виктор беззвучным шагом обошёл ангар перед которым всё ещё стояли машины Уайт уотер, и ждал, присев на подножку броневика Михаил Сумский по прозвищу Коряга.
— Ждёшь? — Находник встал так, чтобы расплывчатый солнечный диск был за его спиной. — Они не придут, Коряга.
— Что ж, стоишь, Сыч. Стреляй. Это же ты меня… там у Херова поля…
— Я. — Виктор кивнул, и забрал автомат, лежавший у Михаила на коленях, разрядил, отбросил в разные стороны магазин и оружие, затем точно так же поступил с пистолетом, и вытащив из подсумка гранаты, отшвырнул далеко в кусты. — Конечно надо бы тебя пристрелить. Земля будет чище. Но я просто оставлю тебя здесь. Выйдешь — твоё счастье. Не выйдешь — не судьба. Только через посёлок не ходи. Не нужно. Люди могут вспомнить всякие непонятки, что случились после твоего появления. Например, как пропал Сокол, который вышел в Пятно аккурат за час перед тобой, или ещё что. Так что мой тебе совет. Выбери другой КПП.
Виктор спихнул Корягу на землю, с подножки и тот упал на бок. Заглянув в Кугуар, обернулся на Елену.
— Залезай. Поедем с комфортом.
— Почему эта? — Спросила Елена когда подошла ближе. — Паладин тяжелее, но броня у него толще.
— Каюк Паладину. — Виктор кивнул в сторону грузовика. — Масло вон, всё на бетонке. Он, не обращая внимания на лежащего на бетонке человека, сбросил с плеч рюкзак, и закинул его на заднее сиденье. — Пять — десять минут, и заклинит. И хорошо если в тихом месте. А если наоборот?
Елена тоже сбросила свой рюкзак, и переступив через Корягу, кинула его поверх рюкзака Виктора.
Двигатель, схватился сразу, и чуть прижав педаль, находник вывел машину из ворот, и поехал вдоль стены, по дороге по которой они пришли сюда, но затем свернули налево, и поехали по северной части города объезжая центр Пятна.
— Сейчас уйдём на тропу между болотом и городом, и по ней попробуем объехать город.
Елена сидя справа от Виктора, успевала смотреть на дорогу и вокруг, замечая и шныряющие по улицам стаи демонов, червей, и парочку тварей похожих на паука из серебристых шаров разного диаметра. Большинство провожало автомашину взглядом и только некоторые пытались преследовать, но быстро отставали.
— Чёрт! — Виктор резко крутанул руль, и машина влетела в небольшой переулок между домами. — Живая волна. Ей нас превратить в блин вообще пара пустяков.
Проскочив по двору, и снеся по пути остов проржавевшего насквозь автомобиля, выскочили на улицу, которая шла вокруг Комсомольского пруда, выехав на Университетскую, где и повстречали огромную тушу неторопливо крушившую чудом уцелевший двухэтажный кирпичный дом. Монстр прозванный искателями Кинг-Конг, поднял небольшую голову и с неподдельным интересом посмотрел на выскочивший к нему автомобиль.
— Твою жешь! — Виктор вдавил педаль, и проскочив в каких-то десяти метрах от чудовища перегородившего дорогу, был вынужден свернуть в сторону Пятна. — Ну пошла жара.
— Могу встать за рычаги. — Предложила Елена, имея в виду установленный на крыше броневика модуль с 57 миллиметровой пушкой.
— Не, отмахнулся Виктор, крутя баранку. — Баловство это всё. Только зря суетиться. Не возьмёшь эту образину таким калибром. Шорка — да. Его запросто. Только вот сейчас время тварей посерьёзнее.
С хрустом ломаемых костяных пик, отстрелялся по машине паук-очкарик, провожая машину хоботком своей пушки, но быстро потеряв врага из виду, замер, словно выключенный. А Кугуар, проскочив до перекрёстка Гвардейской с 8 линией, снова свернул, потому что навстречу ему уже спешили «Чертовы черепашки». Плотный панцирь похожий на черепаший, только с десятком длинных гибких ног, и пятью зубастыми пастями, торчащими из середины верхней части. Существо пяти метров высотой двигалось очень быстро и несмотря на то, что Виктор давил на газ, расстояние между ними сокращалось.
— А вот теперь, давай к пушке.
Извиваясь словно ящерица, Елена переползла на заднее сидение, и встав в полный рост, крутанула орудийную башенку наводясь на черепашку.
Пушка рявкнула, выпуская короткую очередь осколочно-фугасных снарядов, и черепашку отбросило в сторону, оторвав одну из голов и часть ног. Что очень не понравилось твари, и она, словно получив дополнительное ускорение ринулась догонять машину. Вторая очередь легла точнее, и самое главное, бронебойный снаряд, который был снаряжён в ленту каждым пятым, попал в панцирь разорвав его в клочья.
Тем временем Виктор метался по улицам прорываясь к известной ему цели, пока не остановился у подножья девятиэтажки на Кирова.
Здание, несмотря на выбитые кое-где стёкла и общий неряшливый вид, стояло крепко, и загнав броневик на площадку перед подъездом, и распахнув дверцы, накинул лямки рюкзака, сцепив их на животе чтобы не сползали и убедившись, что спутница экипировалась, качнул головой на подъезд.
— Бегом!
Пропустив Елену вперёд, быстро пошёл следом за ней по лестнице наверх, щедро оставляя за собой мины и растяжки.
Часть дверей была распахнута, часть закрыта, но кроме ветра, который врывался через разбитые стёкла в здании никого не было. Только на восьмом этаже им попался паук, неторопливо пожиравший холодильник, стоявший в коридоре, но длинная очередь четырнадцатимиллиметровых пуль разорвала его в клочья.
На крыше, покрытой растрескавшимся битумом, Елена сразу увидела нечто крупное как вертолёт покрытое брезентом, раскрытую чашу спутниковой связи, и пара чемоданчиков рядом.
— Распаковывай. — Виктор кивнул на аппарат, а сам подошёл к ящикам, открыл их и стал быстро подключать разъёмы, надел на голову гарнитуру.
— Здесь, ноль сто сорок пять, дельта, август. — Произнёс он, дождавшись ответа оператора. — Прошу на связь абонента двадцать пять два ноля, омега, июль… Корень, здесь Сыч. Слушай сюда. В пятне формируется большой накат. Где-то на десятку. Предупреди всех, особенно на КПП, и увозите детей. Я видел двух кинг-конгов, крокодила, и десятка полтора жаб. Уверен что это не всё. Удачи тебе! Спасибо. Конец связи. — Виктор быстро собрал аппаратуру, накрыл её брезентом, который сняла Елена, и обошёл свой транспорт.
Вертолёт — конвертоплан «Оса» предназначенный для диверсионных операций, мог взять на борт всего пять человек, но зато садился вертикально, и был надёжен словно стальной лом. Тем не менее, Виктор за прошедшие годы, много раз поднимался к нему, проверяя машину, и приносил канистры с топливом заполняя баки доверху.
— А как мы полетим? — Поинтересовалась Елена которая уже загрузила в машину их вещи. — Купол же?
— Купол он не до земли. — Пояснил Виктор, проверяя машину, простоявшую на крыше пять лет. — Мы тогда этого не знали, иначе ушли бы все. А так, пришлось выбираться пешком. Но купол стоит очень рационально. Словно зонтик, он покрывает Пятно от самого верха до границы в двадцать метров. Ты же когда входила купола вообще не почувствовала. Это потому что его от верхушек деревьев до земли нет. Так что мы можем как минимум долететь до границы купола, и далее идти пешком. Но я чего-то вообще устал бегать. — Виктор включил зажигание, и услышав тонкое пение разгоняющейся турбины, кивнул. — Всё равно Пятно уже разбужено, и хуже мы не сделаем. Так что и обратно будем добираться с комфортом.
Внизу, что-то грохнуло, затем ещё раз, и из окон подъезда выходивших во двор донёсся вой раненых синих демонов.
— Ну этим, развлечения хватит надолго. — Виктор покачал моторными гондолами, поставил их в положение «взлёт», и плавно толкнул рычаг газа вперёд, отрывая машину от крыши. И сразу же на форсаже набрав скорость, взял курс на западную границу города откуда они и попали в Дзержинск.
Пчёлка быстро разогналась до маршевых четырёх сотен, и город только мелькнул под ними размытой тенью, когда Виктор положил машину в пологое снижение и убрал скорость до сотни, развернув двигатели вертикально вверх, и почти упав к земле, прошёл над песчаной дорожкой вздымая тучи пыли, и только миновав забор автохозяйства вновь повёл Пчёлку вверх.
До Посёлка долетели минут за сорок, и сманеврировав над главной площадью, Виктор аккуратно притёр машину к земле.
— Серега! Открывай ворота! — Закричал Виктор, складывая крылья с моторами в парковочное положение, и стал толкать Пчёлку к «Чипку», где уже раскрывали широченные ворота, ведущие в подземное убежище.
— У нас останешься? — Спокойно спросил владелец «Чипка», меланхолично глядя на Виктора с подругой.
— Не, Серёг. Мы к себе. Накат будет такой, что каждый ствол будет в тему. — Виктор подхватил свой рюкзак, и уже сделал шаг к своему дому, но остановился. И хлопнул себя по лбу ладонью. Во. — Он достал из кармашка разгрузки пакетик с желтухой.
— А чего второй не вколол? — Удивился тот.
— Мы на каркушу нарвались, и она Ленку зацепила. Ну я ей с горя алую жемчужину в рот вкинул. После такого, сам понимаешь, всё остальное на уровне гомеопатии.

Западная Сибирь, Закрытое административно-территориальное образование «Посёлок» 
Попав домой, Виктор первым делом, переоделся, включил кухонный автомат, и стал освобождать подсумки от содержимого, чтобы закинуть его в стирку.
Елена уже ничуть не красуясь, скинула на пол всю одежду, зашла в душевую, вымылась и переодевшись в куртку и брюки из своей сумки тоже села освобождать карманы.
— Удачно сбегали. — Произнёс Виктор, — И хабар принесли, и сами живы. — Он принёс из прихожей два больших пакета из толстого пластика, и покидав в один туда всю одежду, броню, разгрузку и даже опустошённый рюкзак, завязал горловину.
— Держи. — Он протянул второй пакет Елене. — Накат отобьём, сдадим всё в стирку. А сейчас — давай поедим. А то у меня с этой беготнёй в желудке просто вакуум образовался.

Глава 9

Армия — это то место, где всё уже сделано, но работы ещё полно.
Надпись найденная на руинах казармы 6 легиона Рима.

Начальнику дивизиона специальных операций (SAD) Национального центра разведки ЦРУ  
Генералу Хадсону.  
Сообщаю что в ходе проведения операции «Равенство», на территорию России была доставлена группа, состоящая из наёмников White water, под командованием военнослужащего дивизиона SAD капитана Райнера. Группе был передан специальный тактический боеприпас Tactical Atomic Demolition Munition, для уничтожения центра инопланетной активности на территории России. 
Связь с группой была потеряна сразу после её входа под купол, но в условленное время группа не вышла на связь. Дистанционные замеры радиации, показали естественный для данной местности фон. 
Системы визуального спутникового контроля не показали выход из-под купола ни одного из транспортных средств группы. За время наблюдения под купол вошло двое опознать которых сверху не представилось возможным из-за бронешлемов на голове. Русская группа покинула Зону на летательном аппарате малого класса «Оса». Таким образом можно уверенно предположить, что у русских на территории активности есть опорная база с различными транспортными средствами. 
Группа капитана Райнера очевидно потеряна, и операцию эвакуации нужно сворачивать. 
Начальник 2 отдела майор Санчес.  

Западная Сибирь. Особая охраняемая территория «Пятно». 
Многие миллионы нитей, сенсорных окончаний, большого «Я», смотрели, слушали и обоняли огромную территорию, которую люди прозвали «Пятном». Большое «Я», даже знало почему оно называлось не Зона. В Сибири, с этим словом, были плохие ассоциации. Перехватывая интернет, телепрограммы, радиопередачи и даже шифрованный поток военных, «Я», легко понял земные языки, вникая в суть того, что называлось «человек».
В момент приземления Большое Я было разорвано земным оружием на три части, а ещё чуть позже две из трёх уничтожены оружием на основе делящихся материалов. Плохо было то, что пострадал Главный и двигательный отсек, а хорошо, что центральный, где был производственный комплекс пострадал совсем не фатально. И вот теперь он пусть и медленно, восстанавливал свою функциональность.
Первая волна сервисных модулей, уцелевших после падения, были на основе прежних запасов биоматериала, но по мере выхода их из строя, пришлось замещать основу на ту, что была на земле. И в дело пошли Зёрна. То, что изменяло суть любого существа, его генокод и даже способ размножения.
Позже, биомодули частично стали заменяться механическими модулями, но это только потому что в месте падения была обнаружена рудная жила позволявшая получать сталь хорошего качества, и некоторые металлы. Но всё равно, катастрофически не хватало биологического материала, не хватало, металлов и энергии. Частично проблему удалось решить, впитав делящиеся материалы, из реактора, который оказался на месте падения, забрав сталь и алюминий из городка и завода, и начав выращивать биомассу в подземных коридорах. Но всё равно этого хватит лишь на остов будущего «Покорителя». Да ещё и из вброшенных зёрен верхнего уровня, проросло лишь одно. Зерно Главного Оружейника, с потенциалом Командира. Остальные зёрна были убиты вместе с носителями, очень часто просто варварскими методами исследований и лечения. Зачем спрашивается нужно было направлять на Зерно пучок протонов? Результат пять погибших включая носителя. Но будущий оружейник оказался очень качественным материалом и сбежав от так называемых врачей, перебрался поближе к Большому Я.
Он ходил в Пятно довольно часто, и первое время посещал зону портального перехода из пространства Земли, во внутреннее пространство Большого Я. Приносил с собой металлы, биоматериал, и смотрел на то, что «Я» выбрасывало через портал в ответ. Таким образом оно пыталось наладить какую-то коммуникацию между Оружейником, и собой, пока восстанавливался главный коммуникационный центр, но человек словно игнорировал все подсказки.
И вот теперь, человек принёс очень ценный металл, биоматериал и вновь покинул зону перехода, а Большое «Я», снова перешло в ждущий режим. Оно умело ждать.

Западная Сибирь, Закрытое административно-территориальное образование «Посёлок». 
Виктор с Еленой успели даже почистить оружие, когда система оповещения выдала сигнал о приближающейся волне.
К счастью, фора в два часа которую дал Виктор, была использована с толком. Были подняты разведывательные беспилотники, и всё пространство между Дзержинском и посёлком взято под плотное визуальное наблюдение. Кроме того, перед основной заградительной линией, установили дополнительные минные поля, из инженерных боеприпасов, по сто, двести и пятьсот килограммов взрывчатки, изменённой оружейниками посёлка. Поэтому даже Горыныч — шестиногий, трёхголовый монстр высотой в двенадцать метров, действительно очень похожий на сказочного персонажа, был расплющен в фарш встречным взрывом двух пятисоткилограммовых мин.
Каждый взрыв превращал в пыль десятки особей, и до первой заградительной линии дошли только самые мощные и крупные монстры. Там в километре от посёлка во вкопанных в землю вертикально, толстостенных стальных трубах диаметром в метр, и длиной в десять метров, находились осколочные мины направленного действия, которые выстреливались из трубы небольшим пороховым зарядом, взлетали над землёй на несколько метров и взрывались, выкашивая стальной картечью всё живое на в узком секторе на расстоянии пятьсот метров. Стальные шарики, разогнанные до пяти тысяч метров в секунду, прошивали броню даже самых мощных созданий Пятна.
Но и пострелять пришлось от души, так, что после команды «отбой тревоги», дроны — уборщики до утра стаскивали пустые гильзы в мусорные ящики.
Утром, за Еленой, прилетел вертолёт с десятком спецназовцев из Центрального Аппарата, и Виктор, неловко обняв девушку, неожиданно даже для себя, коснулся губами её щеки.
— Будешь проходить мимо — заскакивай.
В ответ девушка, извернулась словно ящерка, встала на носки и вытянувшись в струнку впилась губами в его губы и замерев так на несколько секунд, с сожалением на лице оторвалась, и резко повернувшись заскочила в вертолёт.
Натужно гудя турбинами, машина оторвалась от земли, и улетела, а Виктор вздохнув, пошёл в командный центр посёлка, где собирался командный состав на подведение итогов.
Кроме генерала Петра Михайловича Коренева, главврача Посёлка Сергея Бармина, главного оружейника и механика Гури Кавторадзе, присутствовал главный связист и электронщик — Владимир Машкин, и ещё полдесятка важных для жизни посёлка людей, включая хозяина Чипка Сергея Коновальцева.
Все уже чинно сидели по своим местам, когда вошёл Пётр Михайлович, и его первый зам — Владислав Алексеев, негромко произнёс:
— Товарищи офицеры.
Все встали, приветствуя старшего по званию, даже Гури Кавторадзе, который никогда не носил погоны Российской армии, и Витя Машкин, когда-то гордо носивший звание ефрейтора.
— Так. — Корень сел за свой рабочий стол, и веером разложил принесённые с собой документы. — Биоматериала собрали сто восемнадцать тонн. Из него тонну сверхценного, идущего по «особому списку». Наш баланс по этой партии три миллиарда восемьсот миллионов рублей. А в целом на счетах посёлка положительный баланс в четырнадцать миллиардов сто восемнадцать миллионов, с хвостиком. Будем заказывать шестьсот тридцатые артавтоматы?
— Не. — Главный оружейник посёлка покачал головой. — После них только фарш. Вот если только пятидесятисемимиллиметровые пушки, с телеуправлением, и подкалиберными снарядами. Поставим в башнях на отметке в полторы тысячи, и перед ними управляемое минное поле.
— И нам бы кабель, бронированный для дальних сенсоров. — Подал голос электронщик. — Один хрен будем в керамические трубы укладывать, но химия у Пятна больно агрессивная. Оболочку обычного кабеля сгрызает на раз.
— Так нет больше таких дождей. — Произнёс медик Посёлка.
— Экспериментировать будем? — Насмешливо спросил Владимир Машкин.
— Не будем. — Медик кивнул, понимая справедливость слов специалиста по связи.
— Гури, по обороне всё?
— Ну не знаю. — Поселковый оружейник задумался. — Может для вящей уверенности чуть расширить фланги. А то, в этот раз едва не обошли слева.
— Так. — Корень, быстро набросал на листке резолюцию, и отложил его в сторону. — Тогда на тебе список мероприятий, и расчёт средств. И не забудь требование на боеприпасы. А то мы уже к неприкосновенному запасу подошли. Я сделал заказ от себя, но нужна подробная заявка чего и сколько.
— Сделаю. — Кавторадзе кивнул.
— Теперь, вы, Сергей Валентинович. — Генерал посмотрел на поселкового врача. — У вас как с расходниками и прочим?
— Пока в норме, но хотелось бы ещё пяток Алых жемчужин, на всякий случай. А то вот паук-очкарик костяной стрелой угодил прямо в амбразуру, и подранил Вику Самойлову. Пришлось вскрывать там всё до костей, и шить послойно. А это кроме того, что сложно и долго ещё и весьма травматично для организма.
— Виктор Сергеевич? — Корнев посмотрел на находника.
— Алых не дам. У самого нет. — Он развёл руками. — С последнего выхода притащил белых, да синего пепла чуток.
— Добыл-таки, чёрт удачливый. — Восхищённо сказал медик. — А нам хоть что-нибудь дашь?
— Всё отдам, Серёга. — Виктор полез в рюкзак и вытащил упаковку где не хватало двух капсул. — Вот тринадцать штук синих, и ещё сколько-то там белых. Я их не считал и не вскрывал. — Он положил обе упаковки на стол генералу.
Корень, который точно знал, как из портала выпадает синий пепел, покачал головой.
— Сыч, ты монстр.
— А я что говорил? — Начальник всех складов и распорядитель запасами посёлка Влад «Толстый», улыбнулся.
— Но, товарищ генерал-майор, мне кое-что нужно. — Виктор положил на стол перед Корнем список отпечатанный на принтере. — И это только попробовать.
— Хрена себе у тебя заявки. — Глаза генерала слегка округлились.
— Так отдайте Росатому белые капсулы. — Предложил Виктор. — Нам-то они совсем ни к чему. Ну вот полтора десятка лежит у дока, уже года три без движения. И что? Солить их? А так и людям поможем, и свои проблемы решим.
— Росатом — это тема. — Корнев задумался. — Ладно. Если что выйдем через минобороны. Думаю, у них тоже есть запрос на лекарство от облучения радиацией.
— Вот. — Виктор кивнул. — Грузовики у них, а металлы у атомщиков. А остальное можно деньгами.
— Нахал. — Фыркнул Пётр Михайлович. — Хотя, да. Тут даже на первый взгляд штук триста капсул. За такое, они нам должны все десять Уралов загрузить золотом до скрипа осей. Ладно. Тринадцать капсул Синего Пепла, это можно сказать десятилетний бюджет всего посёлка, так что будут тебе твои железки. Ещё пожелания есть?
— Да, товарищ генерал-майор. — Виктор подал второй листок.
— Хренассе. — Глаза у главы поселковой администрации стали совсем круглыми. — Ну я конечно попробую… Но вот так, сразу пообещать не могу. Они же только-только на вооружение поступили.
— Да что там такое? — Гури Кавторадзе даже привстал с места.
— А желает товарищ подполковник не много ни мало, а многофункционал среднего класса — боевой робот «Партнёр» — девять СДК. — Корнев с задумчивым лицом почесал в затылке едва покрытом короткой стрижкой совершенно седых волос. — И нужно ему этих машин аж пять штук, и… Что? — Он поднял совершенно ошалелые глаза на Виктора. — Малогабаритный реактор? Витя, ты там что затеваешь?
— Я, Петр Михайлович, хочу вообще убрать накаты на нас, и вообще перенести контроль внутрь города. Поставить так сказать добычу сырья на промышленные рельсы. Шанс невелик, но он есть. — Виктор помялся. — Уловил я что-то. Такое ощущение, что что-то там, в Портале готово меняться на металл, и всякое разное. Так что, если ещё и добавите к общему списку последний пункт, будет очень неплохо.
Когда совещание окончилось, Толстый подошёл к генералу, и вопросительно посмотрел на бумаги, оставленные Виктором.
— И чего он там хотел последним пунктом?
— Да ерунда. — Корень тяжело вздохнул. — Вообще раз плюнуть. Это был сарказм если кто не понял. Слыш, Влад, он просит всего-то два десятка смертников. Ну приговорённых к смерти или к пожизненному.
— А ты? — Влад поправил на лице очки с простыми стёклами.
— А что я? — Петр Михайлович опять вздохнул. — Пригонят конечно. Ты понимаешь, что в любой другой стране, тут бы стояла уже очередь из смертников. Американы вон, чистят своё Пятно толпами мексиканцев и негров, и всё нормально. Понимаешь, боюсь, что от всего этого на нас полезет что-то вообще запредельное. А что если там в пятне что-то такое строят, от чего нам всем писец придёт? Витька конечно мужчина обстоятельный и просто так ничего не делает. За пять лет, мы тут друг друга как облупленных знаем. Но опаска есть. Как не быть.
— Знаешь, чем он мне за жемчуг отдарился? — Влад улыбнулся, полез в карман, и вытащил прозрачный шарик, заполненный синим порошком.
— Так. Девке, этой он отдал капсулу, да тебе одну, и мне тринадцать, стало быть всего пятнадцать штук. А это значит минимум пятнадцать рыл, он в этот портал закинул. — Генерал покачал головой. — Кроме десятка из Славянской Федерации, и парней из White water, там никого не было. Так что я ставлю на американцев. Да, силён, ничего не скажешь. Генерал задумался. — Ладно. Иди, там с парнями начинай готовить склады к приёму боеприпасов. К вечеру конвой придёт. Там двести тонн снарядов и патронов, да плюс инженерное имущество. Так что, всё должно лежать по полочкам.

Москва, Хорошёвское шоссе, здание Главного разведывательного управления. 
В аппарате Главного Разведывательного управления Генштаба Министерства обороны, даже на технических должностях служили серьёзные люди, а в спецназе ГРУ, таких было девяносто процентов. Но генерал-полковник Воронов, руководил совсем законченными отморозками, или выражаясь языком профессиональных психологов — хорошо социализированных психопатов. Но даже на этом непростом фоне, подполковник Макаров, выделялся довольно сильно. Человек мог пролежать трое суток в гнилом арыке, чтобы очередной бородач получил свою пулю, а после уйти через Бадахшан, и Китай, проявившись только на пороге Российского посольства в Пекине. Или, например, подвесить человека за шею, а когда его начали разыскивать все, включая полицию сопредельных государств, покинуть страну на яхте олигарха, причём не в качестве наёмного матроса, а гостя.
Из трёх групп, посланных в зону крушения, уцелело лишь пять человек. В их числе тогда ещё майор Макаров, и два его товарища, которых он вынес буквально на себе, протащив пять километров. За ним числилось много таких деяний, после которых люди отправлялись на пенсию, чтобы всю оставшуюся жизнь бороться с накатывающимися кошмарами.
Посылая его за Синим Пеплом, генерал понимал, что если и есть у кого шанс пройти через сотни агрессивных и трудно убиваемых зверей, заселивших старый бункер, то только у Виктора Макарова. И теперь, держа в ладони синий шарик, и глядя на старшего лейтенанта Елену Таланову которая судя по задорному румянцу и огоньках в глазах, уже не собиралась на погост, а была вполне здорова, генерал ещё раз похвалил себя за правильное решение.
Не отпуская старлея, генерал набрал номер Иванченко, сын которого всё ещё лежал в коме, под аппаратом искусственной вентиляции лёгких.
— Саша? Воронов беспокоит. Да, мы достали то, что ты просил. Три порции твои, как и договаривались… — Генерал помолчал, слушая рокочущий голос владельца заводов и газет. — Не суетись. Не хватит трёх доз, дам ещё. Ты главное свои обещания выполни. Я сейчас отвезу исходное вещество в лабораторию, и сразу же заберу препарат. Его там же расфасуют по ампулам. Присылай человека или сам приезжай, и сразу отдам тебе три штуки. Не хватит — для тебя будут лежать ещё две. Но насколько знаю, с трёх ампул, у людей даже позвоночник отрастает.
Генерал положил трубку и посмотрел на девушку.
— Сама как? На службу вернёшься, или на вольные хлеба? Тебе по решению ВВК вообще-то даже пенсия положена.
— Не знаю. — Елена мотнула головой. — Всё как-то в раздрае. Когда уходила, вроде всё было понятно. Дойти любой ценой, и обеспечить Василису. А вышло всё по-другому. Меня словно игрушку положили в карман, донесли до места, и отнесли обратно. Я там со всей своей подготовкой была просто багажом. Красивым пятном на рельефе. А там… всё другое. Как другая планета. Люди, земля, небо… Даже запахи.
— Ладно. — Генерал улыбнулся. — Давай, пока в отпуск, на тридцать суток, а там будем решать. Если что, учти, что в тридцать восьмой группе есть вакансия, и в учебном центре. Ну и в оперативных подразделениях, сама знаешь, всегда нехватка специалистов.
Елена вышла в жаркое московское лето, и оглянулась. К счастью перед визитом к генералу ей хватило ума переодеться в парадную форму, и теперь выйдя в город она уже не выглядела белой вороной после столкновения со стаей чёрных ворон.
Неожиданно подал голос её смарт, пролежавший в сумке всё время похода по Пятну.
— Елена Таланова? — Мужской голос выразительный и звучный. Таким на совещании выступать. — Вас беспокоит помощник Александра Игоревича Иванченко Пётр Субботин. Мы бы хотели с вами встретится в любом удобном для вас месте и в любое время.
— Да хоть сейчас. — Буркнула Елена.
— Отлично! — Судя по голосу мужчина действительно был счастлив что она может его принять. — Вы сможете прямо сейчас подъехать в ресторан Пушкин? Я предупрежу, и вас проводят прямо ко мне.
— Еду.
Через пять минут шустрое московское такси уже несло Елену в центр, на Тверской бульвар, и ещё через двадцать минут она входила в полумрак ресторана, а к ней спешил солидный мужчина в светлом костюме.
— Екатерина Николаевна. — мужчина коротко поклонился. — Референт Александра Игоревича Иванченко Пётр Владиславович Субботин. Можете меня называть просто Пётр.
— Ну, что вы. — Елена которая всё это время была чуть на взводе, сразу успокоилась, как снайпер, который вышел на позицию. — Петр Владиславович и никак иначе. Боюсь вы старше даже моего покойного батюшки.
— Как изволите. — Референт подвёл её к столику, за которым уже сидела черноволосая девушка в очках. — Младший референт Ольга Соломоновна Таль. — Представил её помощник Иванченко. — А это наша гостья. Ну что же. Предлагаю пока заказать кофе, и начать. — Референт сел, и взял со стола папку. — Согласно поручению Александра Игоревича, финотдел зарезервировал для перевода вам один миллиард рублей. Все налоги будут уплачены нашей стороной. Как вы желали бы распорядиться этими средствами?
Из ресторана она вышла в некотором обалдении, так как до последнего не верила, что Иванченко выполнит своё обещание. Ну сунут в зубы пару миллионов и гуляй старлей. Ни в чём себе не отказывай. А олигарх не только выплатил деньги до копейки, но и поручил опекать своему отделу референтов, которые сразу же предложили решение квартирного и прочих вопросов. И даже предлагали охрану, к чему Елена отнеслась с юмором. Криминал в Москве практически вывели.
Всё это время генерал Воронов внимательно читал рапорт, написанный Виктором Макаровым, и листал фотографии которые делал встроенный в разгрузку плёночный фотоаппарат с механической протяжкой плёнки, часовым механизмом и возможностью сделать снимок принудительно. Конечно так в кадр многое не попало, но то, что осталось на плёнке заставляло шевелиться короткий ёжик седых генеральских волос. Особенно кадр бегущей комнатной собачки, и затем то, во что эта собачка превратилась.
Ну, да. Можно было сто раз прочитать про адовых гончих, и даже посмотреть рисунки, сделанные по воспоминаниям выживших, но вот снимок — это совсем другое. Как писал Ильич, — «Объективная реальность, дана человеку в ощущениях его, которая копируется, фотографируется, отображается нашими ощущениями, существуя независимо от них».
А ещё был длинный список чего этому неугомонному подполковнику нужно, где стояла подпись генерала Корнева, а значит решение в посёлке принято.
— Ладно. — Генерал кивнул, и поднял трубку телефона правительственной связи. — Михаил Егорович? Дай мне Росатом. Кого? Да хоть генерального директора. Вопрос? Скажи ему: «Белый жемчуг». Который не из моря, а который из Пятна.

Глава 10

Лучший вид готовности — это готовность к любым переменам.
Николай II

На основе рапортов, поступающих от учётной наблюдательной станции, можно сделать уверенный вывод о снижении биологической активности «Зоны присутствия». Так, сократилось в пять раз присутствие существ тип R-5, P-2, N-1, 2, 4. Полностью исчезли существа типов с I до A, всех видов. 
Сбор биоматериала уже не представляет коммерческого интереса, а только как поддержание ведущихся исследований. Кроме того, отмечено существенное падение уровня радиационного заражения, и в текущее время все проходы по «Зоне присутствия» выполняются без радиационной защиты. 
По данным разведки такая же ситуация обстоит на Китайско-Индийской границе, но в большей степени. Крупные биологические объекты полностью исчезли и в основном территория падения инопланетного объекта населена мелкими животными не представляющими никакой опасности вооружённому человеку. Единственное отличие от зоны в США — это присутствие радионуклидов в почве, от чего остаточный фон излучения в десять — пятнадцать раз превышает норму. Но и там он быстро снижается. Добыча биоматериалов и веществ инопланетного происхождения и там практически закрыта. 
В отличие от Американской и Китайской зон падения, таковая зона в России, продолжает быть богатым источником биоматериалов, список которых постоянно расширяется из-за появления новых ранее не известных веществ. Также не замечено снижение агрессивной активности и в целом, имеется даже слабая тенденция к увеличению как по количеству биоматериала, так и по его качеству. 
Начальник аналитической группы 28. Объединённого комитета начальников штабов.  
Полковник Питер Денкварт  

Москва. 
Гендиректор Росатома Сергей Егорович Степанян, в буквальном смысле прилетел, воспользовавшись вертолётом, и уже через пять минут, с выражением абсолютного счастья на лице держал на руках пакет с капсулами осторожно прижимая к себе словно ребёнка. Работа с радиоактивными материалами конечно делалась в защите и была обставлена сотнями инструкций и регламентов, но за всем уследить невозможно и люди постоянно попадали под жёсткое излучение в миг теряя здоровье. Кроме того, были сотни организаций где тоже работали с излучением, и частенько люди попадали под действие радиации.
В текущий момент в госпиталях Росатома лежали около ста пятидесяти человек с лучевой болезнью разной степени, и белые жемчужины — это шанс для людей вернуться в нормальную жизнь.
— Это просто невозможно. — Он посмотрел на Воронова. — Товарищ генерал, как мы можем отплатить за это?
— Да уж можете. — Генерал подал гостю листок со списком. — Вот это всё требуется нашим людям в Пятне. Доложили, что с высокой долей вероятности смогут наладить поставки препаратов и нанокомплексов, в том числе и по вашей тематике.
Гендиректор, который кстати тоже имел генеральское воинское звание присел к столу, и вынул из кармана ручку.
— Так. Редкоземелы и тяжёлые металлы, включая уран, и прочее, дадим, но охрана ваша. Сами понимаете. Такое без охраны не возят. Реактор… — Сергей Егорович задумался. — Можем поставить модульного типа, он вроде РИТЭГА, но мощности сильно побольше и тоже необслуживаемый. Но, это времянка. Там топлива всего на пару лет. Делали для одного космического проекта.
— Пара лет в наших условиях, это очень много. — Генерал кивнул.
— А вот это — многофункциональные боевые роботы среднего класса, это вообще не по нашей части.
— Это я дам. Такого добра на складах завались. Для десантуры больно тяжёлый, для линейных частей слишком сложный, а для спецназа слишком заметный. Вот и работают в основном на охране границы, да сторожат склады. А больше сами на складах пылятся.
— Можем всё доставить в контейнерах прямо к КПП возле Посёлка, или если дадите пропуска привезём в сам Посёлок. — Степанян погладил ладонью пакет с капсулами. — А если ещё лекарство привезёте, то мы для вас мобильную АЭС соберём. Уже под существенную нагрузку, а не это недоразумение.
— А персонал?
— Зачем? — Удивился директор Росатома. — Там стоит современная автоматика. Если его не ломать, то он и не сломается. А если что, он сам заглушит реакцию, и вот тогда уже нужен будет наш специалист, чтобы заново всё запустить. — Он помолчал, задумчиво постукивая ручкой по столу. — Думаю через неделю, максимум две, груз привезём. Всё будет в четырёх стандартных контейнерах. Повезём из Железногорска. Туда пусть ваша охрана и подтягивается.

Западная Сибирь, Закрытое административно-территориальное образование «Посёлок» 
В посёлок кавалькада грузовиков не поехала, да и негде было развернуться пяти семидесятитонным многоосным тракам. Так что их повели в обход посёлка и поставив грузовики в ряд прямо на объездной дороге, а водители и охрана уехали на автобусе, который привели с собой.
Через десять дней пришла колнна из десяти новеньких трёхосных десятитонных Уралов, с робокомплексами боевого взаимодействия «Василёк» и тоже встали в ряд, словно на параде.
«Васильки», вооружённые парой крупнокалиберных пулемётов и пятью небольшими ракетами, могли не только стрелять, но и таскать тяжести, для чего у них была специальная пара рук. Работали роботы на топливных элементах превращая авиационный керосин в электричество.
Но в следующий рейд, Виктор пошёл один, прихватив с собой лишь стандартный комплект снаряжения и пару металлических отливок. Из урана, и из титана весом по сто килограммов каждая. Осу, на которой он выбирался из Пятна увезли, пригнав взамен новую машину «Ольха М». Тоже четырёхместную, с внушительным грузовым отсеком, и дальностью полёта в четыреста километров.
Несмотря на то, что последняя волна была две недели назад, живность Пятна ещё не восстановилась, и по территории шастали многочисленные находники из Посёлка. А вот чужаков не было совсем. После прорыва на территорию американской диверсионной группы структура охраны была полностью пересмотрена, и военные инженеры начали возведение сплошной линии защиты, которая будет отсекать Пятно от гражданских дорог и беспокойных людей. Причём заграждение двойное, из бетонных стен высотой в шесть метров, автоматическими турелями между ними, минными полями, и многочисленными датчиками. Плюс боевые роботы, включая летающих, и злые, хорошо вооружённые мужчины на БТРах.
Всё это появилось в результате совещания в высших эшелонах, когда парочку генералов за малым чуть не растерзали прямо там на месте экзекуции.
В результате армия которая отвечала за режим на «Особо охраняемой территории» решила, что им такие заходы совсем не нравятся, и развернулась во всю ширину, подогнав даже зенитно-ракетные комплексы, и включив небо над Дзержинском и Посёлком в зоны приоритетного контроля радиолокационных станций.
Теперь на особо охраняемую территорию можно было попасть только через один единственный КПП, откуда шла дорога на Посёлок, и к Дзержинску, а документы на проезд каждый раз подтверждались в Москве через закрытый канал спутниковой связи.
Как результат, в городе сразу стало намного тише, и спокойнее, потому что монстры из пятна конечно были опасны, но самой опасной тварью на планете оставались хомо сапиенсы.
Конвертоплан легко взмыл в воздух, и даже не забираясь на высоту, Виктор направил машину к городу, летя в сотне метров над вершинами деревьев. Ему вообще нравилось летать на низкой высоте, где очень остро чувствовалась скорость. Но расстояния в ООТ такие, что особенно не разгонишься, и проскочив триста километров за сорок минут, находник поднырнул под край щита, и направил машину прямо на фальшивое автохозяйство, где находился вход в бункер. Он уже не боялся побеспокоить живность Пятна, потому что, потратив такое количество биологического материала, оно будет восстанавливать численность монстров как минимум несколько месяцев, чем и воспользовались все искатели Посёлка. Конечно, можно было нарваться и здесь, но, кто не рискует, тот не гуляет по Гарлему.
Виктор посадил машину прямо на крышу ангара, где находился въезд в подземный комплекс, проверил снаряжение, и накинув на плечи верёвочную сбрую, в которой был закреплён урановый слиток, пошёл ко входу в аварийный тоннель.
Верный принципу не менять то, что работает, он снова прошёл под землёй к шахте где располагалось энергетическое хозяйство, и поднявшись на уровень к маленьким шоркам, вошёл к пищащему и визжащему комку пушистых малышей, и какое-то время играл с ними почёсывая пузики и перебирая нежную шёрстку. Как и в прошлый раз, матка, проснувшись накормила всех малышей, но Виктора уже не обнюхивала, а только коснулась лица кончиком щупальца, выдавила на кончике его душистую, пряную каплю, которую он, слизнул, и сразу же улёгся у стены, чтобы не упасть на пол как в прошлый раз.
За время его отсутствия Алый Портал никуда не исчез, и только пол, где раньше лежали сугробы из опилок, стал чистым словно его только что вымыли.
Находник поставил слиток на пол, и присел рядом, переводя дух. Он конечно был сильнее любого человека на земле, но тащить на спине сто килограммов веса плюс оружие и боеприпасы, непросто даже для его изменённого организма.
Чуть отдохнув, он начал было отвязывать верёвки, но махнул рукой, и закинул груз в портал прямо как есть.
Ожидание не было долгим, и секунд через тридцать, из зева портала вывалилось целых три упаковки белых капсул.
Виктор коротким путём поднялся наверх, к своему летательному аппарату, и забрав титановый слиток, спустился вниз. Шорки, у которых время гона уже подходило к концу, сновали по всему подземелью, но Виктора практически игнорировали, иногда правда задевая телами проходя мимо.
Титановая болванка тоже была воспринята благосклонно, выдавив взамен десяток Алых жемчужин и большую упаковку капсул бледно-фиолетового цвета, на которой штрихами была изображена голова шорка. Намёк более чем прозрачный. Виктор суть послания понял сразу. Но оставался большой вопрос, как попробовать действенность препарата? Ведь если подойти к шорку, а вещество не сработает, то это будет последнее что сделает экспериментатор.
Это был самый короткий визит Виктора на территорию Пятна. Через час после посадки Ольхи на крышу ангара, он уже поднял машину в воздух, и взял курс на Посёлок.
За те пару месяцев пока поселковые фармацевты, и исследователи разбирались с фиолетовыми ампулами, Виктор перетаскал в Пятно кучу разных металлов, собрав добычи больше чем собирали искатели Посёлка за все пять лет существования аномалии.
В конце так осмелел, что подогнал к бункеру сначала Урал с электростанцией, а затем и гружённый слитками грузовик. Затем день возился, подключая кабель к системе питания бункера, и дальше уже спускал слитки на лифте, перемещая их с помощью малогабаритного подъёмника.
Брать кого-то в помощь не хотел, потому что рисковать своей жизнью это одно, а вот чужой — всегда сложно. Но в итоге справился, и теперь поселковый склад, просто ломился от разнообразных капсул.
И в очередной раз встал вопрос о переводе Посёлка под полную опеку государства. Высокие начальники обещали златые горы и кисельные берега, а взамен просили сущие пустяки — всё что добудут искатели.
Генерал Корнев спорить не стал, а просто увеличил цену на продаваемые капсулы ещё на двадцать процентов, как он всегда делал в ответ на предложение самим залезть в финансовую и организационную клетку.
Но если раньше всё как-то само собой успокаивалось, то сейчас вдруг начал разгораться скандал. И когда он достиг максимума, выплеснувшись на совещании у президента страны, ГРУ, а затем ФСБ, метнули на стол главному несколько интересных документов о связи радетелей за возвращение в лоно государства заблудших искателей, с разными разведками, счета в иностранных банках, и как вишенку на торте — документ о праве собственности на землю под бывшим городом Дзержинск, где владельцем числилось Министерство обороны, передавшее её в долгосрочную аренду ЗАО Посёлок.
В общем бунт увял, толком не развернувшись, но в очередной раз подсветив агентов влияния иностранных государств, что уже в ближайшее время скажется на их карьере, и общем самочувствии.
Пока взрослые дяди играли в свои игры, Посёлок преображался. Дома стоявшие ближе к центру поднялись на уровень вверх, чтобы иметь возможность обстрела поверх башен других домов, а трёхэтажный Чипок прирос на целых два этажа, где разместилась гостиница с номерами для командированных и тех кому нужно было побыть в узком коллективе, командный центр, переехал на пятый этаж, и заменил пушку на крыше установкой со спаренными автоматическими пушками АК-630, способными в одиночку остановить волну средней интенсивности.
Строители работали словно на ударной стройке, и к ноябрю всё было закончено. Виктор к этому времени перетаскал в портал почти весь металл, и даже привезённых смертников, которых было всего тридцать человек, хотя слово человек к ним вряд ли было применимо учитывая список содеянного. Поэтому находник в несколько рейсов перевёз их в Пятно, и сбросил никчёмные жизни в переработку, получив взамен сотни шансов на выживание для людей.
Несмотря на то, что на рынок пошли не штучные поставки инопланетных лекарств как ранее, а уверенный ручеёк, цены на них не падали, а только шли вверх, потому что в стране было полно больных кому требовалась такая помощь. А оплачивали всё это олигархи, покупавшие одну дозу за фиксированную плату в двести миллионов новых юаней.
В декабре ударили сильные морозы, и вся живность Пятна попряталась по щелям, делая возможным относительно безопасные прогулки по пятну, чем и воспользовался Виктор, который на пару с Толстым перетаскал в бункер новую партию металла.
Теперь уже не было нужды каждый раз проходить через шорков, тем более что малышей там уже не было, а новые зародыши, которые вылупились из яиц, только подрастали в чреве матки. Содержимого фиолетовой капсулы было достаточно чтобы обрызгать одного человека жидкостью с резким полынным запахом, и шорки сразу теряли к нему любой интерес.
Пятно менялось и менялось быстро. Куда-то делись твари, которые ранее буквально наступали друг другу на пятки. Остались лишь пара десятков песчаных червей, десяток банд рыжих и синих демонов, и один — единственный колпак, за которым искатели открыли натуральную охоту, поспорив на миллион рублей, кто его завалит первым. Вся остальная живность была разорвана в клочья стаями шорков, которые теперь бегали по почти по всему городу.
Менялись люди. Постепенно из искателей и находников стало уходить ожесточение схваток с живностью Пятна, уступая исследовательскому интересу, и попыток установить какие-то правила совместного существования. Хотя тварей всё ещё побаивались, но когда пару раз шорки вступили в бой на стороне людей, вот тогда действительно начало «отпускать». Конечно всегда был шанс нарваться на физическую аномалию вроде того же Вихря, или Живой волны, но с таким же успехом можно попасть под упавший с крыши кусок льда.
Изменялся и Виктор, который часто приходил к Алому порталу не для того, чтобы вкинуть очередную партию металлов, а пытаясь разобраться в том шелесте и звуках, которые время от времени слышались из глубины пространственного пробоя. Шёпот был едва слышен, но временами он разбирал в нём связные слова или даже фразы. Но постепенно звук становился всё громче, и в первых числах апреля, когда Виктор смог почти без усилий расслышать бесцветный мужской голос, повторявший словно заведённый одну и ту же фразу: «Командный центр, запрашивает контакт с главным оружейником. Для осуществления контакта, переведите взгляд вверх не поднимая голову, и произнесите вслух „контакт разрешаю“».
— Контакт разрешаю. — Произнёс Виктор хотя и чувствовал себя при это довольно глупо. Но сразу же в поле зрения развернулась сетка словно на лобовом стекле истребителя. Надписи все были на русском, так что он присел в уголке разбираясь с тем, что ему показывали.
Портал был очерчен зелёной каймой, и стоило сфокусировать на нём взгляд, как система выдала «Активный переход во внутреннее пространство. Статус 100 % функционала». Наверху была длинная зелёно-жёлтая полоска под которой значилось «Восстановление оперативной готовности», и было там примерно половина. И только «Коммуникационный центр» мог похвастаться семидесятипроцентной готовностью.
Виктор вытянул руки перед собой, и увидел, как их тоже очертило зелёным: «Главный оружейник. Функциональные конечности. 100 %».
Любование своими руками прервала боевая особь шорков, вошедшая в зал. Гончая подошла к порталу, и засунула туда голову.
Виктор ожидал, что сейчас вместо головы шорка портал выплюнет очередную ампулу, но вместо этого животное вынырнуло наружу и посмотрела прямо в глаза Виктору. Потом заскочила в портал целиком и через тридцать секунд выскочила обратно.
Смысл этой пантомимы был ясен. Его явно приглашали пройти через портал, но организм был категорически против. Ещё были живы воспоминания как оттуда вываливались люди, истлевающие заживо и как, пропадали десятками, выбрасывая вместо себя капсулы с синим порошком.
Гончая нетерпеливо свистнула и переступила лапами.
— Да и хрен с ним. — Виктор закинул за спину автоматный ремень, и шагнул сквозь плёнку портала.

Глава 11

Настоящее искусство войны это не про то как выигрывать битву, а про то, как не проигрывать войну.
Сунь Цзы секретные стратагемы.

Крупнейшие аукционные дома буквально взорвали новый сезон выставив на торги целый спектр новейших препаратов добытых в самом центре Сибири, на руинах падения инопланетного звездолёта. 
В списке все извечные проблемы человечества от облысения и импотенции, до полного восстановления двигательной активности и выращивания утерянных конечностей и даже полного обновления организма. 
Покупателями предложат десятки наименований капсул с описанием какую именно болезнь человеческого организма она может вылечить полностью, бесследно и без побочных эффектов. Каждая капсула снабжена сертификатом соответствия с печатями аукционного дома, и Министерства Обороны России, а также фотографиями места, где был добыт препарат, и маленькой фигуркой монстра, из которого он был получен. 
Но Кристис, не был бы самим собой, если бы не предложил особенность, которая будет доступна только на его аукционах, а именно именная фотография русского искателя, (сталкера) добывшего лекарство, с его автографом. 
Сотбис не желая отставать в этой гонке, предложила свой эксклюзив, а именно осколки и обломки инопланетного корабля, на которых крупнейшие мировые художники изобразили космических монстров, и конечно же настоящей жемчужиной торгов станут ампулы с препаратом, получаемым из так называемого «Синего Пепла». 
Препарат способный в буквальном смысле вернуть к жизни любого неизлечимо больного человека, а из старика сделать человека в расцвете сил, торгуется на мировых площадках по цене начиная от 200 миллионов юаней за дозу, и выше. 
Aesthetica Magazine 28 марта 2089 года  

Мембрана портального перехода была чуть упругой, но пропустила Виктора без усилий. Через мгновение он стоял, чуть зажмурившись от яркого света и оглядываясь на решётчатой площадке, в огромном зале, низ которого уходил в темноту, верх был в метрах двадцати над головой, а боковые стены в трёх сотнях метров. Задняя часть помещения, до которой был как минимум километр была не очень хорошо видна из-за ферм и технологических площадок, а между ними, почти во весь размер зала находилась странная решётчатая конструкция похожая на полуразобранную или не до конца собранную подводную лодку. Удлинённый, перевитый шлангами трубопроводов и кабелей остов — скелет, вокруг и на котором суетились многие сотни знакомых Виктору созданий. Буквально в полусотне метров, три Каркуши вырезали в металле отверстие сложной формы, а стоящий рядом пятиметровый Колпак, с длинными руками, которые заканчивались острыми словно ножи когтями, и головой с вытянутым затылком, действительно напоминающей колпак, посверкивал плазмой на кончиках когтей, что-то делая с трубопроводом.
Всё это находилось в глубине земли на месте подземного завода, и кое-где можно было разглядеть остатки перекрытий и оборванных коммуникаций, свисавших по стенам.
— Корабль приветствует Главного оружейника. — Раздался в производственном гуле рокочущий голос, исходивший от небольшого, в кулак шарика серого цвета, висевшего в воздухе. — В отсутствии капитана корабля, навигатора и старших офицеров, все полномочия переданы старшему по званию.
— Нормально так. — Виктор покачал головой. — Ну ты хоть покажись, а то как вообще с тобой разговаривать?
— Желаешь придать конкретный образ виртуалу?
— Ну пусть будет мужчина лет шестидесяти, в полувоенном френче. — Виктор рассмеялся, увидев возникшего перед собой сухощавого остролицего мужчину напоминающего Дзержинского, в английской форме без знаков различия, только с бородой от Николая второго. Образ висел в воздухе, но слева уже подплывала платформа, которая встала точно под ноги проекции.
— Прошу. — Мужчина сделал жест рукой, и даже посторонился, пропуская Виктора на платформу. — Я отвечу на любые твои вопросы, но сначала, как у вас раньше говорили — ликбез. — Мужчина улыбнулся. — Корабли класса Покоритель, были созданы расой телгор для дальней разведки и организации форпоста самого низкого, шестого уровня. Комплекс биокибернетический, то есть в случае авариных ситуаций корабль может создать ремонтно-восстановительные и боевые модули необходимого профиля из имеющейся в запасе биомассы или из таковой на месте приземления.
— Вот ты и насоздавал… из людей, живших в посёлке. — Хмуро обронил Виктор.
— А нехрен было пуляться атомными ракетами. — Тут же ответил мужчина. — И как только попали? От первых двух вроде увернулись, а эти…
— А нехрен было сваливаться как тёща на новогодние праздники. То чем тебя сбили — ракеты «А» триста тридцать пять, с искусственным интеллектом, маневрируют на гиперзвуке. В общем шансов у тебя не было.
— Возможно. — Аватар корабля кивнул. — В результате корпус разорвало на три части. Головной отсек, где располагалась команда, средний отсек, с производственным и оружейным комплексом, и корма, где находились энергетические установки, двигатели и комплекс пространственного пробоя. К большому сожалению, и головная часть и корма подверглись атомному удару, в результате которого весь экипаж, и энергетика были уничтожены, а остатки корабля рассеяны по площади. Согласно «красному протоколу» спасения, для приземления производственного блока был выбран участок с железной рудой и большим количеством биоматериала.
Так как вся команда и основной управляющий центр погибли, его функцию взял на себя управляющий центр производственно-боевого комплекса.
Мною сразу же были рассеяны капсулы модификации высших существ под задачи комплекса и корабля в целом. Из двух десятков зёрен командира, и сотни зёрен других специализаций прижилось пять. Хороший процент приживаемости кстати. — Аватар улыбнулся. — Но к сожалению, четыре зерна были обнаружены вашими учёными и подвергнуты разрушающим методам изучения. Два зерна разрушились вместе с носителями и лабораториями.
Ещё при падении были сброшены капсулы с автономными охранными и производственными модулями. Но в результате радиации от ядерного взрыва, несколько модулей было повреждено что и стало результатом агрессивного поведения продуцируемых существ. К счастью время жизни автономного модуля без подпитки всего пять — шесть лет, так что они сейчас фактически не представляют опасности. Но я дал команду аларсам чтобы они ускорили выбывание дефектных созданий. Так что через год, город можно заселять снова.
Всё это время платформа медленно плыла вдоль остова корабля, и даже навскидку было видно, что ни завтра ни через год корабль не взлетит. Если вообще сможет это сделать.
— Биомодули закончили аварийную программу, и их производство сворачивается. То есть на место выбывающих биологических единиц встают кибернетические. Они проще ремонтируются, и изменяются под текущие задачи, и их производственный цикл куда короче.
— И теперь мы будем воевать с роботами? — Виктор покачал головой, рассматривая проплывающие под ногами конструкции.
— Нет. — Аватар корабля отрицательно мотнул головой. — Войны больше не будет, если конечно вы сами не захотите этого. Она и случилась — то в силу разрушенных информационных каналов между уцелевшим комплексом и автономными модулями. У меня и без этого крайне ограничены ресурсы, и тратить их на бесцельную бойню, глупо.
Платформа с негромким гудением отвернула от корпуса, и подлетела к дыре в стене, в которой угадывался обрезанный заводской тоннель из бетонных секторов.
— Пока ядро нового коммуникационного центра находится в самом защищённом месте бункера — под бетонным противоатомным куполом. — Пояснил мужчина, двигаясь над полом словно привидение. — Но вот уже скоро, будем переселять его в корабль, как только закончат посадочное гнездо, и ретрансляторы. Сейчас связь осуществляется в аварийном режиме, через излучатели пушек.
Метров через сто, показалась знакомая Виктору дверь в кабинет директора завода, и стоило проекции подплыть ближе как она с шелестом пневматики открылась.
После катастрофы Виктор был здесь один раз, правда зашёл в бункер через «чёрный ход», но до места, где сейчас собирали корабль, пройти не смог, едва успев сбежать от двух Каркуш.
Мебель, обстановка и даже старый потёртый ковёр на полу, сохранились. И только вместо телевизора, была сплошная чёрная поверхность во всю ширину и высоту боковой стены, на которой в разных местах включались картинки сборочной площадки, и городских пейзажей.
Аватар корабля подплыл к стулу, изогнулся и опустился так, как будто сидел, показав рукой на директорское кресло.
— Если ты принимаешь командование производственно-восстановительным комплексом, я могу предложить несколько полезных вещей. — Аватар улыбнулся. — Усиление зерна до статуса Капитан, и полная обучающая программа без изъятий, какие обычно случаются при посеве зёрен в неразвитых мирах. Командные права для всех модулей, которые вообще коммуницируют с центром управления, ну и конечно доступ к регенератору в приоритетном порядке. Хотя… аватар улыбнулся. — Команды всё равно нет, так что ты единственный претендент.
— И что потребуется от меня? — Виктор посмотрел на проекцию, которая чуть переливалась разными оттенками цвета. — Насколько я могу судить, ты прекрасно справляешься. К тому же чтобы управлять любым хозяйством нужно знать его, а у меня с этим явный пробел.
— Капитанский обучающий комплекс как раз позволяет решить эту проблему. — ответил аватар. — Что касается моего управления, то всё не так просто. Я технический исполнитель. Я не могу найти решение если его нет в моей базе данных. И хотя она очень велика, но каждая авария это в чём-то уникальная история. Думаю, если бы мы наладили контакт в первый день, то к сегодняшнему моменту корабль был бы построен и я улетел отсюда к всеобщему удовольствию. Кроме того, есть разделы знаний, которые скрыты от меня, и доступны лишь капитану. Эту защиту от излишней самостоятельности искусственного интеллекта придумали мои создатели и обойти её я не могу. Нужные мне разделы удаляются из памяти быстрее чем я их могу скопировать, а любое вмешательство в аппаратную структуру моего мозга его тут же уничтожит.
Виктор помолчал, переваривая информацию.
— И всё же я тебе не верю. — Он пристально посмотрел в глаза голограммы хотя и понимал всю глупость этого поступка. — Тебе нужна помощь, но я не уверен в том, что ты не сделаешь из меня придаток к вашей машине. Ну, например, избавив от тела, оставив лишь мозг. Также я не уверен в том, что ты ограничишься только сборкой корабля и не попытаешься сделать что-нибудь плохое с Землёй после отлёта. Например, оставишь особо мощную бомбу здесь, и она расколет наш шарик пополам. Ещё я думаю, что ты врёшь относительно ремонта, и вполне в состоянии справиться сам. Иначе любая авария в мирах где нет разумной жизни приводила бы к потере корабля. Я ничего не забыл? — Виктор задумчиво посмотрел на потолок.
— Если ты ждёшь каких-то особенных гарантий, то их у меня нет. — Мужчина развёл руками. — Но возможно раскрытие обучающих и информационных закладок в зерно, снимет часть вопросов?
— Нужно влезть в какую-то установку или ещё что-то?
— Зачем? — Аватар громко рассмеялся. — Произнеси вслух или про себя «Обучающий комплекс», затем дай команду на распаковку, и получай удовольствие. Да, чтобы не возникало вопросов по поводу обучения, сделай это где-нибудь у себя дома. Всё же пару дней придётся полежать.
Насколько справедливо было пожелание аватара, Виктор осознал, когда, залёг у себя дома, предупредив правда Корнева и Толстого о том, что будет испытывать новую капсулу. Пять суток его крутило и валяло в бреду, где причудливо переплелись его собственные страхи, образы монстров Пятна, и воспоминания прошлой жизни.
Очнулся резко и как-то весь, готовый бежать и что-то делать.
Рядом с кроватью стояли два сервисных робота. Один с полотенцем в лапах, а второй со стаканом воды.
— Рада вашему пробуждению. — Донёсся с потолка голос Алисы. — Состояние организма в целом в пределах нормы.
Не двигаясь, Виктор привычно проверил себя. Нигде не болело, не тянуло и вообще подмывало вскочить и пробежаться. Тем не менее Виктор продолжая лежать, начал ревизовать голову. Стоило прикрыть глаза, как в поле зрения словно включился огромный экран, где появлялись визуальные образы и текст.
Новые знания улеглись очень правильно, словно ещё одно образование. Внутренняя структура кораблей расы телгор и ещё нескольких других рас, оружейный комплекс, и всё что к этому относится, включая двигатели, энергоустановку, и даже способы подбора экипажа, и требования к офицерам. Стоило в сознании коснуться какого-либо раздела, сразу в памяти всплывали все подразделы или уже готовая информация, но не в виде текста и картинок, а как бы в виде воспоминаний, и навыков. Например, Виктор будто вспомнил шероховатую поверхность ручек комплекса ручного наведения, хотя никогда в жизни не касался их.
Знаний было много. Виктор лишь пробежался по главным разделам, и это у него заняло почти час. Но куда больше интереса вызвали блоки «Общая история», и «Военная история», где рассказывалось о становлении телгор, о войнах за жизненное пространство, и источники легкодоступной энергии, под которой подразумевалась не энергия термоядерной реакции или распада ядра, которой во вселенной было очень много, а лишь источники того, что в Истории называлось ахор. Ахора во вселенной тоже было много, но вот легкодоступного, и свободно трансформируемого в любую другую энергию — не хватало, и за источники шла постоянная война между десятками рас. В одной из таких схваток и пострадал «Покоритель» под длинным номером и с собственным именем «Киркователь» что Виктор для себя перевёл как «Забойщик».
Получив тяжёлые повреждения в бою с тремя кораблями расы лагор, едва дополз до Земли, где его и добили наши российские зенитчики.
Проекция корабля была прорисована серыми, зелёными и алыми линиями, причём зелёных было очень мало, а вот всего остального и прежде всего серого больше всего. Отсутствовал полностью двигательный отсек, многочисленные блоки и целые участки в производственном модуле, и почти полностью головная часть с отсеком управления.
Оставалось лишь восхититься мощью корабля, который сумел относительно мягко посадить центральную часть, а после переместился в подземелье по частям, начав полноценный ремонт.
И вот с последним всё было не очень хорошо. Смотря длинные столбцы списка недостающих материалов и производственных мощностей, Виктор порадовался что у корабельного мозга нет головы, потому что даже у находника возникало желание схватиться за неё. Но через несколько минут, задача заинтересовала его. Распутывая производственные связи и комплексы, он находил и отмечал прямо на плане узловые точки, мешающие восстановлению комплекса, и составлял свой список необходимых материалов.
Почти закончил, когда в поле зрения возникла надпись: «Модификация тела тип „Капитан“ произведена». И снова словно из памяти всплыли все тонкости данного процесса, включая всё то, что с ним уже произошло.
Неприятно было узнать, что он пользовался от силы десятой частью того, что имелось в комплексе «Главный оружейник». В рукопашную с тем же Колпаком конечно не сойдёшься, но вот оторвать голову шорку, было запросто. Комплекс модификации тела предполагал такую мощь что убить носителя становилось весьма непростой задачей, с которой правда легко справились американские военные шарахнув по месту падения тремя атомными ракетами. Но если вычеркнуть из списка подобные аргументы, всё остальное, могло лишь ухудшить самочувствие капитана, но не очень сильно. Высшие офицеры могли зайти для ремонта в работающий ядерный реактор или искупаться в кислоте, но конечно взрыв тонной бомбы в непосредственной близости никакому телу не пережить.
В общем абсолютной неуязвимости опять не было.
— Ну и хрен с ним. — Ворчливо произнёс Виктор, и поднялся с кровати.
Роботы сразу стали менять постельное бельё, а он, вымывшись в душе, и надев спортивный костюм вышел на улицу, где у него рядом с домом была маленькая спортивная площадка.
И вот тут он явно увидел разницу между прежней модификацией и новой. Он одной рукой легко выжал двухсоткилограммовую штангу, и пару десятков раз подтянулся на турнике на левой руке держа в правой гантель в пятьдесят килограммов.
И это было приятно. Виктор ещё попробовал таскать всякое железо и стучать по макиваре которую ему заменяла толстостенная труба, обмотанная пеньковой верёвкой, но по всему выходило, что капитан может легко надрать всю команду по одному или всем вместе.
Но с ремонтом нужно было что-то делать. И ему очень не хотелось доверять информацию каналам связи. Так что он позвонил по связному телефону в Москву, и условленной фразой запросил прямой контакт.
Ответ пришёл буквально через десять минут. Тётушка жаловалась, что совсем не выходит из дому, и просила его приехать как можно скорее.
Корень как старший по званию в посёлке, был в курсе особых отношений Виктора с руководством Главного разведуправления, и сразу же организовал ему вертолёт от блокпоста до Красноярска, откуда уже можно было добраться до Москвы.
Никаких торжественных мероприятий он не планировал, так что оделся в чистую форму без знаков различия, кинул сумку с дорожными вещами на сиденье, и через час уже катил в сторону блокпоста.
Поскольку Виктор не выезжал с территории очень давно, то и блокпост тоже видел в последний раз пять лет назад. Но за это время ситуация изменилась принципиально. Вокруг Пятна построили две высоких стены из бетонных плит, между которыми было полсотни метров пустого пространства, простреливаемого роботизированными пулемётами, плюс по внешней части стены, полоса отчуждения в пятьсот метров по которой сновали охранные роботы. Сам же выезд был отсечён толстыми плитами и прикрыт многочисленными автоматическими пушками, торчавшими из наплывов на стене, и на верхнем краю стены.
По требованию дежурного, Виктор вышел из машины, подошёл к окошку в стене, и сунул документы.
— Товарищ полковник. — Раздался голос дежурного. — Что-нибудь из биоматериалов особого списка, оружия или боеприпасов везёте?
— Нет. Я налегке. — Виктор улыбнулся. — Даже без ножа.
Загудели приводы сканера, и лейтенант уткнулся в экран, где отрисовывалась внутренность квадроцикла.
— Да, всё верно. — Офицер вернул документы. — Вертолёт за вами уже прибыл. Машину можете оставить прямо там на взлётке, мы потом отгоним. Счастливого пути.
— Спасибо. — Виктор кивнул, коротко откозырял бросив ладонь к обрезу кепи, сел в машину и дождавшись пока раздвинутся тяжёлые стальные ворота выехал наружу.
Москва встречала его мелким весенним дождём, и ещё не растаявшими до конца сугробами. Заехав в свою двухкомнатную квартиру, оставленную на попечение Квартирно-Эксплуатационной части Генштабовского ХозУправления, буквально на полчаса чтобы переодеться, с трудом влез в брюки, и надевая китель, затрещавший по швам, понял, что в этом он точно никуда не поедет. За пять лет его и так немалые габариты увеличились так, что в старой форме, его просто не пустят в здание. Поэтому пришлось отправиться в ателье, где на него быстро подогнали форму и перенесли награды.
Центральное здание на улице Гризодубовой, было как всегда полно народу. Военный народ спешил, проходя по коридорам и переходам комплекса, не очень обращая внимания на полковника в новенькой, необмятой ещё форме. Раз человек здесь, значит имеет право. А забот и своих хватает.
К счастью его начальник не сменил точку дислокации, и подождав в приёмной буквально пять минут, Виктор вошёл в большой генеральский кабинет.

Глава 12

Переправа — апофеоз управленческой мысли. На переправе меняют лошадей и телеги, меняют маршрут, пытаясь пересечь реку поперёк, хотя в большинстве случаев следовало бы сменить кучера.
Михаил Кутузов.

Третья в этом месяце, акция Гринпис против распространения по Земле инопланетных биоматериалов состоится в Антверпене. Европейские эко активисты, протестуют против единоличного российского контроля над опасным и ценным сырьём, добываемым путём геноцида инопланетных созданий. 
— Мы не можем смотреть спокойно как русские получают преимущество над миром в то время, когда вся планета, все мыслящие люди обеспокоены экологической ситуацией, и выживанием человечества! — Скандируют участники демонстрации. 
— Мы не позволим России единолично принимать решения относительно важнейших мировых ресурсов, сказала в интервью нам активистка Грета Тунберг третья — внучка знаменитой экологической активистки прошлого. — У нас должно быть право контроля и распоряжения всеми ресурсами планеты, включая Россию. Мы будем добиваться отмены запрета работать на территории России, и готовы кроме слов, перейти к делу. Проблемы, которые будут возникать на различных объектах в России — только первые цветы, которые взойдут на нашем поле ненависти! 
Смотрите расписание акций протеста на нашем сайте. 
Der Spiegel 7 апреля 2089 года.  

Москва. Ул. Гризодубовой 76б. 
Разговаривали с генералом долго. Виктор выкатил весь список чего и сколько требовалось для Пятна, сразу объяснив, что такое количество разных металлов нужно для получения новых препаратов и стабильных поставок Синего пепла. Но генерал-полковник Воронов сразу выхватил суть из вороха информации.
— Не оставит он нам сюрприз за наши деньги? Вот расколет нам планету пополам.
— Насколько я понял — нет. Виктор пожал плечами. — Восстановление корабля процесс достаточно долгий, учитывая, что уничтожены кормовой и носовой отсеки. Кроме того, у него нет источника энергии. И я предлагаю рискнуть. Что в плюсах: Мы получим доступ к фабрике нанокомплексов, которая собственно и производит все эти биотехнологические чудеса. И вообще много чего. А пока суть да дело, насыплем туда всего что нужно, да выпихнем с нашей планеты. А дальше будем спокойно разбираться с наследством.
Генерал помолчал.
— А тебе не хотелось самому полететь? — Он с усмешкой глянул на Виктора. — Далёкие планеты, там, грудастые инопланетянки?
— Хм. — Виктор улыбнулся. — Ну я же не дурак, чтобы сразу выходить в море на шлюпке которую прибило к берегу штормом. Соваться в этот адов клубок не зная правил, не имея большой пушки… Нет уж. Да и соседи по планете у нас больно диковаты. Нужно для начала здесь всё разрулить. А то прилетишь домой, а здесь атомная война прошла. Но самое главное — энергия. То, что оставил Росатом, кораблю только- только на текущие нужды. И вообще всё, что они могут поставить это тоже проблемы не решит. Нужна полноценная линия от ГЭС или АЭС. Плюс дорога. Прошлый раз грузовики едва — едва прошли.
— Ну не железку же тянуть. — Ворчливо произнёс Воронов. — Хотя… полотно там уже есть, только расшить с узкой колеи на стандартную… — Он задумался, глядя в одну точку, мерно постукивая карандашом по столу. — В принципе в рамках имеющихся полномочий я могу всё это организовать, но всё одно, придётся ставить в известность и начштаба, и Верховного. Ты же знаешь, что я вернулся на службу исключительно под этот проект. Думал, расплюёмся с этими пришельцами лет за пять, да пойду я себе рыбу ловить. А тут вон как закрутилось. Он встал из-за стола, потянулся, и мягкими неслышными шагами прошёлся по кабинету. — Ладно. Завтра зайду к Пал Егорычу, и с ним подумаем, как это дело устроить. Тут народ, почти в едином порыве рвётся вас под себя подмять…
— Да ладно. — Виктор улыбнулся. Пусть присылают своих сталкеров. Думаю, полторы тысячи существ от десятого класса опасности и выше остудят их головы. Одно жалко. Самые мрази будут сидеть по кабинетам, а гибнуть будут простые русские мужики. Вот если бы полезли они лично, вот тогда был бы полный парадиз. Но всё равно, даже имея в вариантах смерть наших парней, ничего хорошего из прихода чужаков не будет. И уж совершенно точно я запаховые капсулы, что успокаивают шорков, никому из них не дам. Там всё на соплях и честном слове держится. Один шаг в сторону, и колпаки, каркуши да кинг-конги нам милыми зверушками покажутся. Ну и конечно сразу лишимся всего прогресса в отношениях, и поступления нанокомплексов и медикаментов. Но для начала мы снизим поставки некритичных препаратов. — Виктор улыбнулся. — А будут выступать, так передайте генералам, что вообще всё пойдёт через Росатом. Они давно уже хотят землю забрать, тем более что она им и принадлежит. Никакого землеотвода из собственности МинСредМаша так и не было оформлено. Явочным порядком земля в собственности у армии, а по закону государственная. И если я что-то понимаю в том, как работает наше государство, эта буча специально подстроена чиновниками, для того чтобы отжать Посёлок, и Пятно под себя. Армия так и останется охранять радиус, а внутри всем будут пытаться рулить, ну к примеру, администрация президента. И это кстати очень хороший вариант для жителей Посёлка, и всего Пятна в целом. А наши генералы получат хрен без соли. Неужели они этого не понимают?
— Кто-то понимает, кому-то ваши доходы покоя не дают… — Воронов усмехнулся. — Но насчёт Администрации Президента ты прав. Есть такой план. — Он снова простучал карандашом по столу. — Сам-то как? Не надоело тебе сидеть там в Сибири?
— А что? — Виктор удивился. — Не тюрьма же. В прошлом году и в Крым летал, и на Байкале отдохнул. За границу не выбрался, так чего я там не видел-то? Полмира объездил. А наши, кто во Вьетнам летает, кто в Китай. Вольницы, как раньше, конечно уже не будет, когда мы девчонок себе из Москвы выписывали, но кому невтерпёж, летают до Красноярска и там уже гуляют.
— Да я не про это. — Воронов вздохнул. — У нас чуть просело африканское направление. Нужен грамотный специалист чтобы под видом частной военной компании врезал там в паре мест.
— Не, — Виктор покачал головой. — Давайте поначалу с Пятном разберёмся. А там глядишь и другие вопросы решатся.
Оно не рассказал генералу очень многое из того, что случилось между ним и искусственным интеллектом корабля. Но откровенничать Виктор не спешил. Генерал человек государственный, а у Посёлка и поселковых старожилов своя правда.
В Москве у него было немного друзей и двое из них сейчас лечились в Крыму, а остальные так или иначе были заняты на службе. Поэтому Виктор вернулся домой, чтобы переодеться в гражданскую одежду, и сделать пару звонков.
Телефон выданный в Управлении естественно был с девственно-чистой памятью, кроме двух номеров — его персонального куратора, и дежурной части. Куда требовалось звонить при возникновении всяких проблем.
Номер Елены Талановой не отвечал, и чуть изменив планы, Виктор взял такси и поехал к давним подругам, проживавшим за городом, где и провёл два дня пока генерал Воронов решал вопросы.
В итоге, всё решилось положительно, потому что под поставки биоматериалов из Пятна, уже были заключены десятки договоров, и никто не хотел подставляться под возможные проблемы.
Но сверх этого, Воронов договорился с командующим инженерными войсками, и тот направил для реконструкции и восстановления дорог две инженерные дивизии, кроме тех подрядных организаций, что уже грузили технику для работы в зоне Пятна.

Западная Сибирь. Особая охраняемая территория «Пятно». 
Но Виктор Макаров сделал свои выводы, и в следующее посещение корабля, своей властью перевёл биофабрику поближе к шоркам. Там в узких коридорах подземелья крупнокалиберное оружие не протащить, да и нельзя его использовать, потому что завалит. А в ближнем бою, шорки порвут всех. Конечно было не очень приятно принимать меры против своего же государства, но, как и в любой большой системе, в аппарате было полно людей прямо враждебных проводимой политике, агентов влияния и просто агентов.
Но как бы это ни было, строители взялись на совесть. Четыреста километров будущей трассы до Красноярка сначала вскрыли на глубину три метра, а затем засыпали щебёнкой, сделав техническую дорогу, которую стали поднимать насыпью под нормальное шоссе.
Железнодорожники тоже не филонили, проложив рельсовый путь нормального стандарта, а после, сделав отвод к Посёлку, и даже возвели небольшую станцию.
Искусственный интеллект корабля вывел из сборочного цеха наклонный пандус с лентой транспортёра, и теперь, слитки металла сразу попадали в производственную зону.
Коридор безопасности шёл от Посёлка, сквозь Дзержинск по проспекту Ленина, сворачивал к заводу, где была большая разгрузочная площадка. Всего кораблю требовалось полторы тысячи тонн титана, вдвое больше алюминия, и других металлов. Список почти на всю таблицу Менделеева. Но загоняя на строительство корабля по сути сырьё, Виктор получал сверхценные лекарства, спрос на которые всегда превышал предложение.
Но первое что было сделано из нового сырья — сборочный комплекс для роботов, и фабрика по производству аккумуляторов.
Биомодули в основном доживали свой цикл существования, а продуцировать новые не было никакого смысла. Только шорки могли воспроизводиться бесконечно как боевые модули самого корабля.
К первому июня, искатели торжественно забили последнего дефектного колпака, подняв того из развалин детского сада, и разделали на реагенты, сохранив лишь вытянутый вверх череп, который украсил зал «Чипка».
Новые, полностью механические сборочные и боевые модули, были в чём-то посильнее биологических, потому что их уже не брал и крупный пулемётный калибр, бегали они существенно быстрее чем их предшественники, а гидравлические челюсти свободно перекусывали толстый лом.
Тип 12 напоминали крупных собак, тип 14, как-то ближе к тиграм, а шестнадцатые на обезьян. Во всяком случае у них было две нижних конечности и две верхних, которыми тип-16 управлялся очень ловко. Выше 16 были только тяжёлые штурмовые роботы, и роботы воздушной поддержки.
Именно механические особи окончательно вычистили Дзержинск от дефектных биологических тварей.
Тяжелее всего было избавиться от существ, генерирующих физические аномалии, но корабль вытащил на поверхность несколько тяжёлых роботов с лучевыми пушками, и сжёг вышедших из-под контроля созданий.
Но город не стал местом тихих прогулок, потому что вместо живых монстров, на каждом перекрёстке, и на каждом высоком здании встали роботизированные комплексы слежения с лучевыми пушками и отличной оптикой.
Всё что происходило в Пятне, напрямую касалось жителей посёлка, и поскольку профессия добытчика — искателя фактически умерла, народ потянулся на «большую землю» благо что денег у всех хватало. В основном люди переселялись по программе легализации через Министерство обороны, в некоторых случаях получая новые документы, и новую биографию.
Но дома не пустовали, заполняясь разным научным людом, которых ранее держали от Посёлка подальше, так как был риск прорыва тварей. Теперь же когда эта угроза ушла, учёные начали разворачивать исследования прямо в посёлке, а точнее на его окраинах, где инженерные части бетонировали площадки и ставили вагончики — лаборатории.
Суета и лёгкий бардак в Посёлке, создавали для Виктора удобный фон на котором без следа ухнуло более тысячи тонн титана, и много других металлов, часть из которых пришлось покупать в Китае, часть пришла как полулегальный груз из Росатома, а часть — результат прямых переговоров с Норникелем. И везде его принимали как самого дорогого гостя, потому что рассчитывался он не золотом или бумажными деньгами, а ампулами, с лекарствами, которые невозможно было достать нигде кроме как в Пятне.
Естественно строительство корабля резко шагнуло вперёд, особенно когда атомщики притащили и подключили реактор на двадцать мегаватт. Этого кораблю тоже было мало, но большая часть проблем закрылась.
Совершенно неожиданно для себя Виктор стал чем-то вроде мастера на стройке, завозя строительные материалы, решая разные технические вопросы, договариваясь с людьми, которые так или иначе были включены в процесс, а также гоняя военных строителей.
К концу лета Дзержинск уже совсем не напоминал место кошмарной катастрофы. Зона охраны корабля уменьшилась до территории бывшего завода, фальшивого автохозяйства и пары прилегающих улиц. Полуразрушенные дома обрушили совсем и разровняли площадку огромными грейдерами, и инженерными танками затем забетонировали, сделав огромную площадку, а место, где раньше находился центр Пятна, окружили двойным кольцом колючей проволоки, хотя там уже ничего не было. Три автономных биомодуля, выдававшие из себя свихнувшихся созданий, давно порезали на куски, а их содержимое, пристыковали к биофабрике, которая работала на нижних этажах бункера производя медицинские препараты и нанокомплексы.
В городе ещё можно было нарваться на какого-нибудь шального монстра, но всё реже и реже.
Но линии обороны не демонтировали, хотя стволы как-то вдруг оказались повёрнуты в сторону от Пятна.
Самым важным оказалось воссоздание головной части с центром управления коммуникационным центром и навигационным комплексом. Кремний добывали прямо из породы вокруг бункера, а остальное привозили машинами и сбрасывали в зев производственного комплекса который и создавал все необходимые элементы корабля взамен повреждённых или отсутствующих.
О так называемой «Экспедиции РАН» руководству посёлка стало известно ещё когда готовились документы. Слишком много людей было задействовано чтобы удержать джина в бутылке. На самом деле это конечно была не экспедиция, а полноценная военная операция, по взятию Пятна под контроль той части военных которая считала себя обделённой при дележе трофеев, а по каким-то причинам администрация президента, и Государственный Комитет Обороны данный проект поддержали.
Изначально планировалось завести на территорию Дзержинска танковый полк при поддержке трёх вертолётных эскадрилий, и предварительной разведке которую должны были провести подразделения армейского спецназа.
Затем посчитали что одного полка мало, и притащили два полка плюс разведбат на БТРах.
Жители посёлка не в первый раз, переживавшие нашествие, просто попрятались по домам, а кто не спрятался тот сам себе был злой дурак, потому что с какого-то перепугу, армейцы действовали как на вражеской территории.
Хотя в Посёлке, им конечно развернуться не дали. Каждый дом был укреплённой огневой точкой, и военные лишь на несколько минут заскочили, поняли, что им тут не рады и порушив пару палисадников, пошли на приступ Пятна.
Виктор давно ожидавший бешеных гостей, спланировал оборону по всем правилам военного искусства, для начала опустив края купола, чтобы не дать резвиться вертолётам. Затем поднял два десятка каркуш, которые заканчивали свой жизненный цикл работая на резке металла, и они начали гонять спецназ словно кота по двору. Пятимиллиметровые автоматные пули, никак не могли повредить летучей мясорубке, и когда у парней кончился боезапас, разведку фактически выкинули из городка, к счастью никого не убив.
И когда у генералов, командовавших операцией лопнуло терпение, в бой пошли танки.
Не новые, но вполне годные Т-61 с ракетной установкой, ударили с трёх сторон, прорываясь к промышленной зоне через проспект Ленина, улицу Фрунзе, и со стороны автохозяйства.
Танки шли без экипажей, поэтому у Виктора не было никакого резона сдерживать оборонительные модули.
С момента, когда основная часть коммуникационного центра заработала, все аномалии подчинялись оборонному комплексу, и они собрали самую богатую жатву. Достаточно было разогреть танк до двух сотен градусов, как электроника и связь в нём вырубалась, а боевая машина превращалась просто в кусок металла.
Часть машин была подбита лучевыми пушками, которые лупили по уязвимым точкам, которые указал на схеме Виктор, и самая меньшая часть танков была захвачена через перехват управления, когда коммуникационный центр вскрыл частоты и кодовые таблицы.
Беспилотные вертолёты потыкались немного в купол, постреляли в него из ракет, и бортовых пулемётов, но через сутки все убрались восвояси.
Несмотря на некоторую злость на недоумков-генералов, Виктор был весьма благодарен за подарок. Без малого двести танков, и десяток бронетранспортёров, это больше восьми тысяч тонн высококлассной стали, и такое количество металла уж точно лишним не будет.
Генералы ещё выясняли кто виноват, а роботы Пятна уже разделывали танковые туши на металл, опуская куски стали в литейную зону, откуда выходили готовые детали.
Да, сталь для конструкций корабля была не лучшим металлом, но было её много и досталась она фактически даром.
Ворон связался на третий день после вторжения, и интересовался как дела и всё такое, и Виктор успокоил его сообщив что весь металл пойдёт в дело, и что было бы неплохо устроить массовый налёт самолётов старого типа сделанных не из полимеров, а из дюраля и титана, на что генерал-полковник весело ответил, что и эта-то провокация была совсем непростым делом.

Глава 13

Поиск истины — это не поиск правильных ответов, но прежде всего поиск правильных вопросов.
Малюта Скуратов. Заметки палача — любителя.

Новый учебный сезон в университетах США и Великобритании, пройдёт под эгидой сверхсовременных профессий, которые будут предложены в учебных планах ведущих университетов мира. Преподавательский состав и учёные студентологи много сделали для продвижения современного взгляда на образование и организацию учебного процесса, так что прогресс смело входит в классическое образование. 
Прежде всего новыми профессиями может похвастаться факультет социологии и психологии. Это совершенно новая специальность «Гендеролог», основной работой которого будет помощь людям в определении своего гендера из двухсот восьмидесяти, и возможно подтверждение новых гендеров. Ещё факультет предложит обучение по специальности «Оргиолог», работой которого будет организация секс-встреч в любом формате, включая недавно разрешённые детские вечеринки. 
Медицинский факультет в этом сезоне открывает подготовку по весьма перспективной специальности «Эвтаназиолог». Специалисты в области эвтаназиологии будут осуществлять уход из жизни граждан в соответствии со всеми рекомендациями врачей, открыто и безопасно. 
Но мы уверены, что звездой этого сезона, будет специальность юриста — имплантолога, который будет помогать гражданам избавиться от малоценных и дублирующих органов, правильно оформит все договоры и разрешения, а также поможет составить документы на наследование и эвтаназию. 
Дейли Ньюс. 20 мая 2089 года.  

Западная Сибирь. Особая охраняемая территория «Пятно». 
Восстановление корабля всё ускорялось, и к концу лета, коммуникационный центр был закончен, а двигательный отсек начал обрастать трубопроводами и кабельным хозяйством. Сами двигатели были ярким представителем понятия «неопознанная чёртова хрень» и выдавала тягу при подаче электроэнергии, причём без всякого рабочего тела, и практически без внешних эффектов. Но всё это было нужно лишь для внутрисистемных маневров, потому как для перемещения на большие расстояния использовались прыжковые генераторы, которые, впрочем, тоже ситуации не проясняли. По-хорошему, нужно было бы вдумчиво разобраться со всей этой машинерией с помощью приглашённых учёных, но Виктор опасался, что процесс изучения займёт все оставшиеся у него годы, поэтому не торопился посвящать руководство в тонкости процесса. Тем более что его личное чутьё, ещё никогда не обманывало, и оно-то последнее время постоянно ныло словно предупреждая о грядущих сложностях.
В том числе и поэтому, Виктор практически переселился жить в корабль, постоянно корректируя сборку и расшивая в меру своих сил узкие места.
На работах было задействовано более пяти тысяч роботов разных серий, а те, что уже не были нужны, занимались укреплением свода сборочной зоны, её расширением, и организацией полноформатных производственных зон. Литейной, прессовой и формовочной, откуда готовая деталь поступала в сборочный цех.
Поскольку корабль потерял весь экипаж включая капитана, и фактически собирался заново, Виктор мог дать ему новое имя, и он, подумав, назвал его Сокол, что на телгоре, было похоже по звучанию на слово «соххол» — кинжал.
Но кроме названия Виктор изменил план сборки корабля. Если раньше он имел конструкцию 9-23 с вместительным грузовым отсеком, где располагались накопители тёмной энергии, и всего четыре пушки, то сейчас приоритет был отдан броне и вооружению. Десять лучевых пушек, более толстый, но укороченный компактный корпус, и вдвое большее количество двигателей, делали Сокола до предела кусачей птичкой. Он бы изменил корабль ещё больше, но слишком поздно вмешался в процесс, хотя и так получилось неплохо. 10–11, по классификации проходил как конвойный и рейдовый корабль, а также корабль обеспечения подвижной обороны стационарных объектов. Такой фрегат уже вполне мог надрать парочку лагорских рейдеров, и дать прикурить кораблю класса крейсер. Конфигуратор имевшийся в производственном комплексе позволял собрать любую форму из имевшихся в памяти, или вообще просчитать что-то чего ранее не существовало, но на это потребовалось бы существенно больше времени.
Но пока в планах Виктора было собрать крепкий и хорошо вооружённый корабль, и выпихнуть его из Солнечной системы так, чтобы тот устроил бой не в её пределах, а если такой случится, то с положительным результатом, и пусть лагорцы ищут своего обидчика подальше от Земли. Собственно, это и была главная причина того, что Виктор не собирался забирать себе этот корабль. Автоматические безэкипажные рейдеры расы лагор всегда добивали противника, потому что в их боевых программах просто не значилось такой опции как отступление и создатели рейдеров знали, что недобитый корабль телгор, восстановится и снова будет готов к бою.
И сейчас, где-то в Солнечной системе парочка рейдеров поджидала корабль чтобы в этот раз убить его окончательно. Они бы достали его и в момент падения, но ракеты с атомными боеголовками очень хорошо показали, что будет с любым вторженцем, и рейдеры предпочли не рисковать.
К зиме, Посёлок покинули последние жители из числа тех, кто пришёл сюда шесть лет назад, и генерал Коренев, торжественно передал ключи от административного блока, и хранилища биоматериалов генерал-лейтенанту Турбину, которого назначили начальником новой администрации. Так из старожилов остался один Виктор. Все остальные разъехались по городам, потому что делать в Особо охраняемой зоне, было просто нечего. Искательство как профессия умерла, а все поставки нанокомплексов и биоматериала шли строго в обмен на металлы и пластики, которых кораблю тоже требовалось много. Но к счастью требовались уже не редкоземелы и тяжёлые металлы, а вполне привычная сталь, и полиамиды. Именно из изменённого пластика роботы делали внешнюю броню корабля, и химики-технологи устроили настоящую истерику, когда Виктор притащил им два десятка плиток. А всё потому что пластик вёл себя в зависимости от ситуации то как керамика, а то как кристалл, чем полностью разрывал стереотипы свойств полимеров.
И как Виктор не хотел приберечь пару козырей, к финалу, ему пришлось рассказать руководству почти всё о корабле и том в каком состоянии его восстановление. Конечно начальники знали о том, что упавшая в России часть корабля пришельцев восстанавливается, но в каком всё состоянии никто не знал, хотя изменение в списках поставляемых металлов конечно давало определённые намёки.
Но вот так, вдруг, узнать, что корабль практически собран и готов к полёту, и полёт этот сразу нужно направить в сторону от Земли и подальше, причём с максимальной скоростью…

Москва, Кремль. 
Для решения по данному вопросу было собрано совещание Совета Обороны, где и заслушали Виктора, который для этого случая сделал десятки фотографий, и пару обзорных видеороликов.
— Как же так получилось, что вы единственный у кого есть допуск? — Спросил президент, и поднял взгляд от блокнота, где он делал какие-то записи.
— Корабль при крушении рассеял более двухсот капсул с имплантами. — Виктор усмехнулся. — Но прижились пять, что было названо искусственным интеллектом как прекрасный результат. Четыре зерна были обнаружены учёными и подвергнуты жесткому излучению. Два сразу взорвались вместе с носителями и лабораториями, а ещё пара просто распалась. И кстати, я точно попал бы в число тех, у кого капсула взорвалась, так как она к моменту моего появления в госпитале уже раскрылась и приступила к модификации организма. У корабля больше нет зёрен, и он не может их воспроизвести. Это по каким-то причинам запрещено делать.
— Вы утверждаете, что вся производственная база останется в нашем распоряжении? — Уточнил генерал-полковник Ишкуватов.
— Не совсем в нашем. — Виктор усмехнулся. — дело в том, что любой объект без полного допуска воспринимается производственным комплексом, и любой его частью как враждебный, и подлежит уничтожению. Да, биологические монстры утилизованы, но кибермеханические модули, куда более опасны в военном отношении, и производственная зона никогда не станет местом для обзорных экскурсий. Даже для того, чтобы подойти к нанофабрике, которая производит разные лекарства и вещества, нужно иметь такой допуск. Раса телгор хорошо умеет защищать свои секреты. А если полезем нахрапом, получим новое пятно. Только не биологическое, а механическое. И оно будет на порядок серьёзнее чем то, что было раньше. Стандартный шагающий робот девятого класса, способен пробить сквозную дыру в танке с расстояния в десять километров, а лёгкий летающий разведчик может разрезать бронемашину пополам с высоты в пару километров. Мы в любом случае проиграем этот матч, даже если засадим в Дзержинск несколько боеголовок. Уровень технического превосходства телгор таков, что нам абсолютно нечего противопоставить им в бою.
— А может эта фабрика производить что-то кроме космических кораблей? — Спросил министр обороны генерал армии Сергеев.
— Так производит же. — Виктор удивлённо посмотрел на генерала. — И биоматериалы всякие, и роботов. Но я понял, о чём вы. — Полковник кивнул. — может конечно. И истребители и роботов воздушной поддержки. Только кто их будет эксплуатировать? Без допуска у оператора он не то, что не взлетит, а даже не перейдёт из транспортного положения в рабочее. И так с любой техникой. Если желаете, я могу предоставить для опытов несколько машин разных классов. Но сразу уточню, что все они имеют самоликвидатор, а взрывчатка там весьма мощная. Воронка остаётся диаметром метра три. И это, от относительно маленького воздушного дрона. Но в принципе, в этом и нет необходимости. Образцы приводов, аккумуляторов и прочих элементов конструкции я уже предоставил в распоряжение нашего научного центра. Даже провода и крепёжный материал приволок.
— Да толку-то от этого. — Сергеев недовольно бросил карандаш на стол. — Смотрим как бараны, и понять ничего не можем. Вот этот аккумулятор он вообще просто пустая ёмкость, с парой отводов. Ну и какая-то серая хрень там плещется. И так уже её смотрели и эдак. А понять, что же это такое невозможно.
— Товарищ генерал армии. — Виктор покачал головой. — Я могу забрать из лотка готовый аккумулятор, я могу притащить конечность робота с пушкой, и даже привезти самого робота, но у меня в списке команд нет опции: «Объясни-ка мне тут попроще как эта штука работает».
— А жаль. — Президент негромко рассмеялся. — Но в целом, учитывая прибыль от продажи биопрепаратов, мы в большом плюсе. — Он улыбнулся Виктору. — Особенно в том, что касается конфронтации с другими странами. Никто не хочет попасть в список тех, с кем мы не торгуем, как например попала Польша и прибалтийские страны. А экстракт Синего Пепла нужно принимать раз в несколько лет, чтобы вторая молодость не стала вдруг второй старостью. Но мне всё же интересно, не оставит ли наш инопланетный гость какую-нибудь пакость на прощание?
— Я думаю нет, товарищ верховный главнокомандующий. — Виктор мотнул головой. — Он конечно кибернетический механизм, и у него нет чувства благодарности, как и других чувств, но насколько я понял, он избегает нецелесообразного расходования ресурсов, а любая диверсия на планете, это оно и есть. Кроме того, насколько я понял суть аварийных протоколов процедур восстановления и ремонта корабля, мы, теперь числимся в списке дружественных рас. Воевать за нас конечно никто не будет, но и портить нам жизнь не станут. Зато, теперь координаты земли числятся на картах телгор, как возможное место ремонта. Так что я думаю, пакостей ждать не следует. Это же касается и порчи ремонтных модулей. Там есть те, что отрабатывают своё и ремонту не подлежат. А есть машины фактически вечные так как они могут создавать сами себя. И им нужна только энергия. Причём любая.
— Получается, у нас на территории явочным порядком образовался ремонтный цех звездолётов? — Президент улыбнулся. — Тоже неплохо. — А вы сами, товарищ полковник, что планировали?
— Да так и планировал, починить этого бедолагу, и выпнуть в космос. Пусть там, решает свои проблемы. Нам-то межзвёздная война над головами не нужна. Ну а тем временем строить свой корабль. Там конечно управляющий центр будет точно такой-же и с тем же набором программ, но у него не будет старой незавершённой задачи, и не будут висеть на хвосте преследователи. Ну а имея такой корабль можно развернуться. — Виктор усмехнулся. И собственную космическую программу подтолкнуть, и даже вывести на орбиту нормальный телескоп с зеркалом хоть пять метров хоть двадцать пять, или построить полноформатный орбитальный завод.
— Я вас услышал. — Президент кивнул. — Есть ещё вопросы к Виктору Александровичу? — Он обвёл взглядом собравшихся. — Хорошо. Тогда мы вас не задерживаем, но на всякий случай, побудьте в приёмной. Возможно вопросы всё-таки появятся.
В роскошной приёмной, не было ковров, но паркет лежал словно зеркало, отражая высокий потолок, люстру, и ряд удобных кресел, вдоль стен. Виктор успел лишь проверить почту, да глянуть новости на смартфоне, как совещание закончилось, и генералы двинулись через приёмную на выход. И только генерал Сергеев, остановился, жестом подозвал Виктора к себе, и качнув головой приказал следовать за собой.
Пройдя по коридору, они вошли в небольшой и совершенно безликий кабинет, а точнее комнату, где стояли несколько кресел вокруг низкого столика.
— Садись. — Министр обороны кинул на стол свою папку, и сел сам. — Значит так. Верховный продавил своё решение, но как ты сам понимаешь, теперь тебе облажаться никак нельзя. Приказ о своём назначении получишь у моего секретаря сегодня через час, а пока я накидаю тебе задач. — Министр раскрыл папку, и взял в руку верхний лист. — Ты назначаешься начальником опытного производственного комплекса «Сто тридцать третий завод». Производственные планы, кадры, и прочее, не твоего ума дело. Люди будут. Но за тобой, поставка реагентов и капсул этих, а самое главное — сделать так, чтобы после отлёта корабля биофабрики продолжали работать. Ты же понимаешь, что с капсулами этими мы держим полмира за горло, а остальная половина мира мечтает, чтобы и их прижали.
— Сделаю, товарищ генерал армии. — Виктор кивнул, хотя вовсе не чувствовал никакой уверенности.
— Ну и держи нос по ветру. — Генерал вздохнул. — Сейчас разведки забегали толпами. Денег никто не жалеет. Давеча вот одному из наших предложили сто миллионов юаней только за план подземелья.
— Надеюсь он его отдал? — Спросил Виктор с улыбкой.
— Разумеется. — Генерал тоже улыбнулся. — всё в лучшем виде оформили. Как старый план эвакуации при пожаре. Даже печати все поставили.

Западная Сибирь. Особая охраняемая территория «Пятно». 
Для учёных и военных живущих в Посёлке, ничего не изменилось, кроме как официальный статус бывшего искателя, полковника Макарова. Теперь у него в удостоверении стояло «Начальник производственного 133 комплекса», причём никто понятия не имел где такое находится и чего вообще производит. Правда удостоверение наискосок перечёркивали две алых линии наискосок, что в общем исключала любые вопросы, кроме тех кому положены три полоски.
Министр не обманул, и уже через день после его возвращения, Виктору доложились двое. Полковник Михайлов, и полковник Свиридов, которые должны были заняться режимом, и снабжением объекта. При этом Михайлов был матёрым контрразведчиком, а Свиридов опытным строителем и сразу взял в руки управление «дикой дивизией» военных строителей, которые отныне передвигались по Посёлку только рысью и только с максимально озабоченным лицом.
Зато дорога, из Красноярска до Дзержинска, которая ещё вчера была просто однорядной и асфальтовой, на глазах стала превращаться в трёхполосную бетонную трассу, со всем полагающимся обвесом в виде фонарей, ограждения, заправочных станций, и прочего.
Корабль наконец-то закончил тест собственного источника энергии, и в центре энергетического отсека снова зажглось маленькое термоядерное солнце, питавшее огромный корабль.
Виктор любил приходить в сборочный цех, смотреть как обрастает плотью звёздный фрегат. Как на месте голых рёбер силового каркаса сначала встают силовые приводы систем наведения и фокусировки, трубопроводы и энерговоды, поворотная башенка с линзой излучателя, и поверх, всё закрывается словно кожей, гермообшивкой, а затем бронёй.
— Осталось немного. — Шарик голотранслятора подлетел ближе и из облака проекции появился аватар корабля. — Монтаж аварийной рубки, охладителей маршевых приводов и ещё пары десятков систем поменьше.
— А что там за машина для которой понадобилась тонна рения, килограмм осмия и куча других металлов? — Виктор усмехнулся, вспомнив как видавший виды директор Росатома округлил глаза прочитав очередной список.
— Бесполезная вещь, в сущности. — Аватар улыбнулся. Он перелопатил такое количество видео и книг, что вполне качественно имитировал человеческую мимику, и даже нахватался разных словечек. Платформа мягко тронулась в сторону отсека управления. — Когда в экипаже были люди, капитан корабля одевал мемотранслятор который помогал управлять кораблём, и повышал его устойчивость за счёт преобразования психоэнергии в защитное поле. Но сейчас это всё бесполезное оборудование. Но… положено его монтировать всё равно.
— Стоп. — Виктор поднял руку. — А кто же погиб в командном отсеке, когда мы сбили корабль?
— Как ты говоришь роботы. Система комплектует весь необходимый экипаж кибернетическими или автономными биологическими модулями. Корабль уже пережил пятнадцать циклов восстановления без живого экипажа. десять по износу механизмов, а пять после повреждения в бою. По вашему летоисчислению две с половиной тысячи лет.
— Так. Я правильно понял, что рейдеры лагор, тоже не имеют экипажа?
— Да.
— И вы, не имея экипажей, воюете за источники энергии, а добыв её, тащите своим хозяевам?
— Не совсем. — Аватар усмехнулся. — Хозяев тоже давно нет. Исполнительные механизмы пережили расу телгор. Роботы производят роботов, ищут источники энергии и свозят её на материнскую планету. Хорошо, что последние из расы телгор не только отменили приказ на поиск новых планет, но и приказали вернуть их к первозданному состоянию уничтожив всё созданное и построенное кроме всех видов дорог. Осталась только материнская планета, которая и при жизни расы была одним сплошным музеем.
— Дела… — Виктор покачал головой, глядя на ложемент, над которым висел целый ворох игл довольно угрожающего вида.
— Конверторы психоэнергии не касаются тела. — Пояснил аватар. — Находятся в тысячных долях миллиметра от кожи, но не касаются. Так эффективнее всего.
— Значит можно не ждать вторжения? — Виктор обошёл кресло, потрогав одну из иголок.
— Телгор и лагорцев — нет. — Да и кому вы честно говоря нужны. — Аватар улыбнулся. Природных ископаемых во вселенной бесконечное количество, источники тёмной энергии находятся ближе к центру галактик… Ну только если какие-нибудь отморозки приползут. Шансы не сильно отличаются от абсолютного ноля, но всё же. Но я оставлю тебе весь производственный комплекс, так что сможешь построить себе целую эскадру кораблей.

Глава 14

Любое решение, это шаг. А вот куда именно, вперёд, в сторону назад или на месте, покажет только время.
Иван Сусанин. Заметки на полях карты — трёхвёрстки.

Строго конфиденциально. Только для адресата.  
Начальнику третьего (оперативного) отдела Разведывательного Управления Министерства Обороны, генералу Саливану, Д.О.  
Рапорт. 
Докладываю, что во имя исполнения директивы РУМО от 12.03.2088, были проведены комплексные работы по установке системы охраны и защиты объекта 124/10 «Чёрная Дыра». 
Данные визуальной разведки со спутников KeyHole 58, 62 и 63, позволяют уверенно определить общую численность войск вокруг объекта в пятьдесят тысяч военнослужащих всех уровней, включая полк зенитных ракет, СА-28 Greedy, и два полка СА-35 Gryphon. Также в составе войск, размещённых вокруг объекта полк Росгвардии численностью 982 военнослужащих, имеющий на вооружении несколько сотен боевых дроидов с полной ответственностью открытия огня. 
Кроме этого прикрытие участка выполняют подразделения Народной Армии Китая, размещённые вдоль границы, и Отдельная Дальневосточная Воздушная армия, совершающая регулярные патрульные облёты территории. 
Операторы визуального контроля отмечают высокую насыщенность территории тяжёлой военной техникой, и подвижными патрулями, делающими любое проникновение невозможным. 
Детальная разведка территории прикрытой куполом неизвестной природы, результатов не дала. Имеются старые карты городских кварталов Дзержинска, но соответствие их реальному положению дел вызывает сомнение. 
Начальник службы визуального контроля полковник Мартинес.  

Западная Сибирь. Особая охраняемая территория «Пятно». 
Зерно старшего офицера, которое полностью проросло в организме уже очень давно, получило информационную поддержку только сейчас, когда заработал коммуникационный центр корабля. Имплант наконец получил все необходимые программы и информационные блоки, и вышел на рабочие режимы, продолжая модифицировать тело, и частично разум под задачи управления всеми системами. Что-то в режиме дополненной реальности, когда Виктор мог видеть сквозь стены корабля агрегаты и механизмы, и их состояние, что-то просто как экран висящий в воздухе, с показателями, и графиками.
Он закончил юстировку наведения.
Вызов из Генштаба застал Виктора за проверкой пушечных приводов, которые роботы никак не могли настроить. Пришлось сначала долго договариваться с инженерами, затем ждать заказанные приборы из Государственного Оптического Института и после долго крутить руками микрометрический винт добиваясь совпадения виртуальной точки наведения и реального луча, которое разумеется контролировал с помощью своего импланта.
Поскольку вызов был срочным, Виктор не стал переодеваться и сел в ожидавший его вертолёт в полевой форме.
Несмотря на поздний час — когда Виктор подъехал к корпусу на улице Гризодубовой, было уже одиннадцать, здание разведуправления жило по своему круглосуточному графику, и в коридорах постоянно мелькали люди.
Генерал-полковник Воронов поприветствовав Виктора сразу положил перед ним пачку фотографий.
— Вот. Наши астрономы в клюве принесли. — он разложил их на столе. — Вот тут явно искусственные объекты над Каллисто, и над Ганимедом. А вот тут они в поясе астероидов, и над Марсом, причём ныряют порой весьма глубоко в атмосферу Марса. Я так понимаю, ищут они нашего подранка. И когда найдут может случиться всякое неприятное.
— Ну в принципе мы к чему-то такому и готовились. — полковник Макаров пожал плечами. — Ясно же было что не отстанут.
— Беда не в том, что не отстанут, а как бы не начали искать на Земле. — Резонно предположил генерал. — Но самое плохое не в этом. — Воронов вздохнул. Астрономы утверждают, что там пять объектов. Как, справится наш крестник с пятью вражескими кораблями?
— Нет конечно. — Виктор покачал головой. — Ему и двух-то было с головой. Едва сбежал. Сейчас он конечно покрепче, но всё равно пятерых ему не завалить.
— Мы можем чем-то помочь? — Воронов внимательно посмотрел на Виктора. — У нас конечно оружие сильно попроще, но новые четыреста тридцать пятые ракеты могут отработать с удаления в две тысячи километров и это при подъёме с Земли. А в космосе хоть до Луны долетят.
— Не, там пушки такие, что камешек пролетающий мимо побрить могут. — Виктор собрал фотографии в пачку. — Всё равно нужно с ним самим советоваться. Может и есть способ.
Всю обратную дорогу Виктор прикидывал варианты, но так и не смог найти решения. Имплант давал девяностопроцентный шанс поражения двух рейдеров в бою, и тридцатипроцентный шанс поражения трёх, а вероятности поражения четырёх противников не было совсем. И хотя что-то такое и предполагалось изначально, корабль было безумно жалко. И как изделие куда ухнули сотни тонн дорогих металлов, и просто как хорошую и ценную вещь, которая могла ещё очень пригодиться в хозяйстве.
Так, не придя ни к какому решению, Виктор долетел до посёлка, пересел в кабину Пчёлки, и связавшись с диспетчером воздушного прикрытия, получил коридор до Пятна.
Аватар сразу материализовавшийся в воздухе, изобразил поклон.
— Я вижу, у тебя плохие новости?
— Да. — Виктор кивнул, и посмотрел вниз, как проплывают под платформой полированные бока корабля. — Наши астрономы, засекли корабли. Я так понимаю лагорские. И судя по тому как они наворачивают вокруг планет и астероидов, ищут они тебя.
— Это не новость. — Ответил аватар.
— Новость в том, что их пять штук.
Аватар помолчал.
— Это плохо, но в конце концов, ты же и хотел, чтобы я увёл их подальше от Земли, и там принял бой?
— Хотел, да. — Виктор кивнул. — Но вдруг представил себе, что прадед мой, или ещё какой предок, принял у себя в доме подранного волками человека. Подлечил его, и тому вроде уходить пора, но вокруг дома рыщет волчья стая. Зачем тогда пускал к себе в дом, зачем лечил? Мы тоже могли решить вопрос просто. Всадили бы сюда пару тактических зарядов, и даже заражение местности не было бы особо сильным. Тем более что вокруг жилья нет, и ущерб хозяйству — минимальный. Но мы стали сотрудничать. Ты нам подбрасывал всякие приятные и полезные штуки, мы начали таскать тебе тоже всякое необходимое. Да и должок у меня перед тобой. А значит я сейчас просто обязан выйти вместе с тобой из дома, и перебить эту хренову стаю ко всем чертям. Будем мы с тобой дальше работать или нет, это всё потом решим. Но вот сейчас — так.
Платформа тем временем опустилась к главной шлюзовой камере, и Макаров вошёл внутрь. Помещения корабля он знал, как собственный дом, и сразу прошёл мимо противодесантной камеры и производственного модуля в командный отсек, который находился как раз между средним и носовым отсеками, в специальной бронекапсуле. Полковник занял капитанский ложемент, и отложив в сторону кепи, просунул голову в обруч системы управления. Иглы преобразователя психоэнергии шевельнулись и приблизились к телу.
И сразу же мир вспыхнул красками и образами. В воздухе словно повисли десятки виртуальных экранов, и показателей режимов корабля, появилдось ощущение пространства, размеров ангара, и даже неба над головой где сейчас скользили спутники и две космических станции.
— Готовность корабля девяносто шесть процентов. — Доложился корабельный мозг, который отключил аватар, а шарик транслятор, вошёл в предназначенное для этого гнездо.
— Ну так поехали? — Виктор включил прижимную систему ложемента и скосил взгляд на полоску прогресса прыжковых накопителей. — Сможем прыгнуть сразу в пояс астероидов?
— Прошу подтверждения последней команды.
— Ну, не тупи. — Виктор вздохнул. — Предлагаю быстренько слетать надрать лагорским кораблям ну я не знаю, чего там кораблям надирают, и вернуться к завтраку назад.
— Ты понимаешь, что шансов уцелеть у нас немного? Практически нет.
— Но я правильно понял, что у тебя в одиночку нет шансов даже в теории? Кроме того, защита эта дополнительная она же только человеком генерируется. Кстати, ты как вообще собирался покидать подземелье? Сразу прыжком?
Корабельный интеллект у которого благодаря поступку Виктора сменился управляющий императив, уже отключил систему самоуничтожения сборочного зала, и управляющего модуля, и начал нагнетать воздух в зале, чтобы после исчезновения в нём корабля, скачок давления не обрушил конструкции и свод.
— Да, прыжковые двигатели могут вывести корабль с поверхности планеты сразу в нужную точку системы. А если нужно будет прыгнуть дальше, нужно будет зарядить эмиттеры и разогнаться до определённой скорости. Что до самого боя, обычная тактика в такой ситуации — подойти так, чтобы растянуть лагорцев в линию, и принимать бой по очереди с каждым кораблём.
— А они так и будут смотреть, как мы их будем расстреливать по одному? — Усмехнулся Виктор. — В этот момент корабль качнуло, и несмотря на гравитроны погасившие импульс, его чувствительно мотнуло в кресле. — Что мы уже всё?
— Достигнута указанная позиция, в зоне пояса астероидов. — На одном из экранов возникло чёрное полотнище космоса с редкими серебристыми точками звёзд.
— Охренеть не встать. — Виктор рассмеялся. — Я космонавт! Нас не засекли?
— Определённые возмущения в эфире были, но для пояса астероидов, да ещё и в присутствии такой огромной массы как Юпитер, всё забито шумом.
Всё поле зрения сменилось одним экраном на котором точками были обозначены вражеские корабли и тонким пунктиром возможные траектории сближения, и возможной реакции лагорских кораблей.
— Нет, нет. — Виктор усилием воли стёр все линии. — У нас десять пушек основного калибра, и вдоль оси корабля они могут бить все вместе. Залп из десяти стволов гарантированно повредит рейдер. Пусть и не разорвёт в клочья, но он уже не будет соперником. Поэтому, на максимальной скорости, бросок к кораблю, залп с максимальной дистанции, добил не добил и опять прыжок назад в пояс астероидов. Пока они придумают что нам противопоставить мы парочку зажарим.
— Исполняю.
Управление кораблём в бою, тысячами исполнительных механизмов и миллионами систем возможно только для корабельного интеллекта. Человеческий разум не в состоянии даже прицелиться на расстоянии трёх — четырёх тысяч километров, рассчитав упреждение до мельчайших долей угловой секунды, и построить манёвр уклонения посчитав взаимные вектора трёх десятков маневровых гравитронов и осевых приводов. В общем всё то, что корабельный разум сделал за доли секунды, воплотив в короткий словно укус кобры бросок к вражескому кораблю.
Рейдер окутался паром из многочисленных пробоин, но к месту боя уже спешили его товарищи, собираясь разорвать телгорца.
Второй корабль Виктор подловил на выходе из-за спутника Юпитера Каллисто, когда тот только начинал разгон, и прыгнув в зону за кормой корабля, молниеносным ударом всех десяти пушек, разворотил двигательный отсек, и снова скрылся в мешанине астероидов между орбитами Юпитера и Марса.
Лагорцы вполне ожидаемо сошлись в один клин, поставив в его основании два полуразрушенных корабля, на что и надеялся Виктор. Потому что повреждённые рейдеры не могли разогнаться до нормальной скорости, маневрировать, и даже полноценно обнаруживать противника, хотя и могли вести огонь. Со стороны пять кораблей в построении «Пирамида» выглядели очень солидно, а по сути — инвалидная команда.
Виктор уже не отдавал команды голосом, а просто строил в голове манёвр, и Сокол в точности реализовывал в пространстве движение корабля. Вот он вновь вынырнул сбоку, так, чтобы подбитый корабль заслонял большую часть строя, и ударил по лидеру всеми пушками, едва успев уйти от полного поражения.
— Повреждение бокового пилона, повреждение маневрового блока семь. Повреждение тепловых эмиттеров пятой и шестой пушек. Имеется некритический перегрев стволов.
— Зацепил-таки, засранец. — Виктор не отвлекаясь строил в пространстве новую кривую. — Выходим на дистанцию вне огневого контакта, и начинаем манёвр уклонения.
— Исполняю. — Сокол вновь прыгнул, но так, чтобы расстояние между ним и лагорцами было больше трёхсот тысяч километров. На таком расстоянии пушка не могла вести эффективный огонь, потому что корабль успевал уклониться от луча, пусть и на пределе мощности гравитронов. И естественно корабли лагорцев кинулись вперёд, сокращая дистанцию. Но поврежденные рейдеры, не могли ускориться синхронно, и в результате они растянулись длинной цепочкой. Ну и кроме того, разгоняющийся вперёд корабль имел мало возможностей уклониться и Сокол, крутясь словно уж на сковородке перемолол все пять кораблей, правда при этом тоже наполучав по самое нехочу. Пройдясь по парящим и хаотически разлетающимся кораблям, Виктор сделал контроль, превратив корпуса в облако плазмы, и лёг на обратный курс.
— Ну, что, — Виктор пробежал глазами длинный список повреждений корабля, отметив что критически важные системы работают, хотя кое-что и на последнем издыхании. — Полетели домой, чиниться?
— Прогноз продолжительности ремонта — три месяца.
— Это ерунда. Ты вон, шесть лет лежал чинился.
Поскольку прыжковые эмиттеры были повреждены и всё ещё ремонтировались, добираться пришлось на тяге гравитронов. Скорость конечно намного больше чем у химической ракеты, но всё равно тащились к земле две недели, а после ещё и торчали за Луной, пока роботы не отремонтировали прыжковый комплекс. Пару раз пролетали американские и европейские спутники — разведчики, но Виктор приказал их не сбивать. Всё равно наличие у России такого корабля не спрячешь.

Западная Сибирь. Особая охраняемая территория «Пятно». 
Обратный прыжок в ангар, осуществлялся по приводным маякам, поэтому вышел ювелирно-точным, вписав Сокол в прежние габариты. Материализация такой массы и объёма, конечно отозвалась ударным скачком давления, но в подземелье, воздух был заранее откачан, чтобы избежать обрушения сводов. Сотни роботов сразу покинули свои технологические ниши и облепив корпус корабля принялись за ремонт.
Покинув корабль, Виктор вынул из кармана телефон, и увидев значок антеннки, набрал номер дежурного.
— Оперативный дежурный ООЗ Пятно, капитан Летов.
— Полковник Макаров.
— Добрый вечер тащ полковник. — Отбарабанил дежурный. — Тут вас командование потеряло. Целых пять телеграмм.
— А как вообще обстановка?
— В нормативах тащ полковник. Личный состав по распорядку, руководство разошлось. На месте только замнач по цифре. Они там что-то налаживают всей службой.
— Спасибо товарищ капитан. Я буду в течении получаса.
Пчёлка стояла под навесом, и чуть выкатив её на площадку, Виктор запустил двигатели и поднял машину в небо.
— Борт тридцать восемь шестнадцать семьдесят Посёлок. Следую обратным курсом.
— Борт тридцать восемь шестнадцать семьдесят Посёлок, принял. — отозвался диспетчер. — Коридор сто тринадцать, пятьсот.
Воздушное прикрытие из двух полков ПВО, и полноценного диспетчерского пункта появилось в Посёлке после того, как военные строители начали возведение полноценного аэродрома, с полосой в три километра, где можно было принимать тяжёлые транспортные самолёты. Теперь всё что летало по воздуху вокруг Посёлка подчинялось командам и правилам воздушного движения, а если вдруг появлялся какой-нибудь неразумный, в дело включались зенитчики, вооружённые не только ракетами, но и дронами противовоздушной обороны, и наземными лазерами.
И в центре посёлка теперь машину не посадить. Только на специальной вертолётной площадке, где караульные сразу проверяли документы и давали команду загонять летательный аппарат на стоянку, или в ангар для обслуживания.
В двухстах метрах от площадки стоял новенький двухэтажный корпус администрации Закрытого административно-территориального образования «Посёлок» и штаба части, за которым находились ангары лабораторий и испытательных боксов.
Виктор в штабе получил телеграммы на своё имя, и в специальной комнате, расшифровал текст, после чего бросил бланки в шредер, и вышел на воздух.
Само уничтожение вражеских кораблей прошло практически незамеченным, исключая конечно российских астрономов, которые специально наблюдали за этой частью неба. Но и у них кадры были так себе. Пролёт тёмных точек, вспышки и собственно всё. А вот присутствие за тёмной стороной Луны корабля длиной в восемьсот метров, буквально взорвало мировую общественность. Три спутника, китайского, японского и европейского космического агентства засекли объект, и отсняли корабль во всей красе.
Информация сразу просочилась в медиасферу, и на этом ринулись зарабатывать политические очки всякие экранные проститутки. Несмотря на то, что на корабле не было ни герба, ни флага, мировая общественность не сомневалась, что корабль принадлежит русским.
Собственно, три из пяти шифровок были об этом и о приглашении его на совещание Совета Безопасности, который назначили на день его прилёта в Москву, когда бы это ни случилось, а ещё две, были от Лены Талановой, которая попыталась до него дозвониться, а когда не смогла отправила весточку через внутреннюю систему сообщений.
Поэтому пришлось идти домой менять полёвку на повседневную форму, и договариваться с транспортом.

Москва. 
В столице приземлился утром, и капитан встречавший его, сразу повёз в ателье, где в течении пары часов на него собрали парадный мундир, навесили все заслуженные регалии, и повезли завтракать, а к десяти часам доставили в Кремль на награждение, где практически без паузы, зачитали указ о награждении его званием Героя России, после чего прикололи звёздочку к кителю, и после короткого, на грани формальности поздравления, повезли уже на совещание в Совет Безопасности.
За время, прошедшее со схватки с лагорскими рейдерами, Виктор успел не только набросать вчерне свой отчёт, который у него сразу потребовали, но и собственные предложения по развитию ситуации.
Так и получилось. Коротко отчитавшись по уничтожению рейдеров, получил лёгкий нагоняй за партизанщину, но тут же похвалили за быструю ориентацию в ситуации и успешное решение проблемы. А вот предложения слушали уже внимательно, активно что-то записывая и негромко переговариваясь.
А Виктор предлагал немало. В непосредственной близости от подземного завода превращённого в ангар, построить полноформатные цеха для сборки кораблей облегчённого класса. Без вооружения, но с большими грузовыми отсеками, которые смогут доставить в пояс астероидов мобильный завод, а после — таскать слитки с металлами в место сборки. Чуть позже, когда металл пойдёт стабильно начать строительство ещё одного завода, где будут делать боевые корабли.
— Судя по присутствию лагорских рейдеров, тропинку к нам они уже протоптали, а значит нужно иметь флот как минимум на этот случай. У меня как у капитана загружены в имплант все модификации базового фрегата телгор, и пары других типов кораблей. Но если использовать металл, произведённый на Земле, это будет очень дорого, так что предлагаю стартовать более медленно но намного выгоднее по затратам. Фактически всё что нужно для старта полноценной производственной программы это электроэнергия. Либо ставить полноценную атомную станцию, либо тащить линию электропередач от ближайшей станции. И чем больше будет энергии, тем проще и быстрее можно будет развернуть производство. Но тысячу мегаватт минимум.
— Энергия и всё? — Удивлённо переспросил президент.
— Да, товарищ верховный главнокомандующий. — Виктор кивнул. Уже сейчас есть две с половиной тысячи единиц ремонтных роботов разного класса. Триста семьдесят шесть занято на ремонте корабля, а остальные могут приступать к закладке остова нового корабля хоть сегодня.
— Ни строителей, ни инженеров? — Уточнил президент, удивлённо посмотрев на Виктора.
— Так точно. — Виктор кивнул. — В спецификации есть строительные роботы, монтажные, разных габаритов, и даже военные.
— А можно их как-то переделать под наши нужды? — Поинтересовался начальник генерального штаба.
— Да можно. — Подтвердил Макаров. — Только там весь смысл в системе управления. Пусть и низкоранговый искусственный разум, но вполне на уровне туповатого сержанта. Сам если что сможет принять решение. Но как я уже говорил, все системы управления завязаны на систему допусков, и никто не имеющий допуска не сможет им командовать. Можно ещё прописать человека в нашей форме как дружественный объект, но вот управлять и отдавать команды роботу он не сможет.
— Да, жаль конечно, что у нас всё завязано на одного человека. — Президент помедлил, видимо подбирая формулировку, а с другой стороны так даже лучше, потому что, вам-то мы доверяем, а вот угроза расползания технологий вполне реальна. Мне тут доложили, что вскрыли лучевую пушку, что вы предоставили нашим учёным… Ну так они конечно поняли, как она устроена, в смысле из чего состоит, но ни повторить, ни понять, как она работает не в состоянии. И пусть лучше будет так, чем наши соседи по глобусу, получат такое оружие.

Глава 15

Лучше видеть русского солдата перед собой, чем иметь его неизвестно где.
Пауль Хелинг фон Ланценауэр

По результатам наблюдений за территориями «Зона 55» Средний запад США, «Китайский сувенир» пограничная зона между Китайской республикой и Индией, а также зоной «Пятно» Восточная Сибирь Россия, можно уверенно констатировать, что в первых двух случаях, биологическая и техногенная активность практически полностью потеряна. Уровень радиации упал до значений, позволяющих находиться без защитного снаряжения, но применяя медикаменты — радиопротекторы. Живые организмы инопланетного происхождения не регистрируются, останки техногенных проявлений собраны сборщиками, а новым взяться неоткуда. Ещё ведётся сбор земных растений, подвергшихся мутациям, но и он скоро потеряет смысл, так как мутировавшие растения нежизнеспособны. 
Совершенно иная картина наблюдается в зоне Восточной Сибири (Пятно) на территории России. Российское правительство отказалось наносить ядерный удар по точке падения осколков инопланетного корабля, и сначала казалось, что они совершили ошибку. Активность инопланетных организмов на территории Пятна была выше на несколько порядков чем в Китае и США, но русские ценой больших потерь, сначала загнали активность в сжатые рамки города, (Дзержинск) а после приступили к планомерному фармингу, добывая ценнейшие биологические и техногенные образцы. 
К моменту, когда жизненный цикл биообъектов закончился, они фактичекски взяли всю зону под контроль, планомерно и результативно добывая нанокомплексы разных назначений, в том числе Синий Пепел, который фактически возвращает организму молодость и стопроцентное здоровье излечивая любые известные заболевания, включая генные нарушения. 
Пять операций, проведённых РУМО и ЦРУ не дали результатов и агентурного проникновения на объект нет. По данным внешнего контроля включая спутники KeyHole, на территории Пятна каким-то образом сформирован производственный объект где строят высокотехнологичные изделия, такие как космический корабль — сборщик класса Collier, способные добывать металлы в поясе астероидов, что даёт России неограниченные возможности по получению золота, платины и других металлов. 
Начальник аналитической группы 6. РУМО.  
Полковник Мануэль Гонсалес  

Западная Сибирь. Особая охраняемая территория «Пятно». 
Создание искусственного интеллекта — это очень важная ступень в развитии цивилизации. Потому что с ростом могущества, неизбежно уменьшается численность населения, и вся низовая работа достаётся машинам. Даже такая как научные исследования, и управления войсками на поле боя.
Разум пройдя все стадии от набора команд и реакций на стандартные сценарии, постепенно учится принимать решения в ситуациях неоднозначных и не прописанных ни в каких инструкциях. Но у искусственного разума корабля телгор, были прописаны ветвления вариантов, которые увеличивали вероятность того или иного события. И одним из таких триггеров было помощь существа, в котором смогло прорасти зерно, в восстановлении корабля, затем, после восстановления участие в боевых действиях вместе с кораблём. По совокупности этих событий, и потому что помощь человека, в котором проросло зерно Оружейника, корабль смог разблокировать предоставление оружейнику командирского доступа и операторского ложемента. И разум конечно понимал, что если бы не Оружейник, который по факту сейчас стал капитаном, не настоял на изменении проекта восстановления корабля и установке дополнительных пушек, то результат схватки был бы совсем другим. Десять пушек ударив одним залпом легко проминали защиту лагорских кораблей, нанося огромные повреждения. Также, как и первоначальный проект тегорского фрегата, рейдер лагор, был универсальным кораблём, способным возить грузы, участвовать в бою, и патрулировать назначенный участок пространства. Но универсальность давалась не просто так, и в каждой отельной ипостаси, рейдер был довольно слаб. Но это обычная плата за широкие возможности. А новый капитан, просмотрев все возможные варианты восстановления корабля, принял решения практически отказаться от грузового отсека, который удлинял корабль на триста метров, увеличить отсек энергетический, усилив за счёт более высокой энергетики разгонные характеристики, и возможности к дальнему обнаружению. Что и стало залогом их относительно лёгкой победы над универсальными рейдерами.
Но пройдя две таких важных развилки, в поиске стратегии дальнейшего развития ситуации, корабельный мозг, уже не мог, как он и предполагал ранее уничтожить сборочно-ремонтный комплекс, и удалил все закладки в оборудовании. Кроме того, капитан после боя получил уже полноценный доступ, как и сам ЦиР, который перешёл из категории универсального середнячка, в категорию полноценного боевого корабля, с соответствующим списком функций целей и допусков. Каждый искусственный разум талгор имел в себе зерно самостоятельного развития, и роста в уровнях, что отчасти и было залогом того что их механическое воинство пережило своих создателей.
Корабль уже не мог просто покинуть планету и улететь на исполнение каких-то других задач. Теперь у корабля был полноправный капитан, и только он мог решить какое задание исполнять и не следует ли вообще заняться чем-то другим. И даже генеральный ЦиР, командовавший всем флотом, и производственными мощностями, уцелевшими от цивилизации талгор, не мог ему отдать приказ. Потому что живой разум был выше любого высокорангового искусственного мозга.
Новые вводные и императивы ещё обрастали логическими командами в электронных мозгах ЦиРа, а военные строители министерства обороны уже приступали к реализации сразу трёх проектов. Строительству линий электропередач от Усть-Илимской и от Зейской ГЭС, и возведение строительно-монтажного комплекса рядом с старым бункером в Дзержинске. Конечно завод можно было построить силами монтажных роботов, но возводить здание из готовых элементов было намного быстрее, тем более полы сразу заливали полимерным бетоном в расчёте на большую нагрузку.
Новый завод по выпуску титанового концентрата, полностью переключился на поставки металла для Дзержинска, как и несколько других заводов, обеспечивая старт программы производства, которая была довольно амбициозной.
Виктор настоял на том, чтобы строить не военные корабли, а начать с транспортно-добывающих модулей. Такой корабль мог забраться в облако астероидов, и найдя нужный элемент, грызть его заполняя грузовой отсек металлом в чушках.
Основных металлов для строительства кораблей было три. Железо, титан, и алюминий. Но это что касается самого корпуса. А вот для начинки требовалась уже практически вся система элементов Менделеева, и к счастью в поясе астероидов, и на спутниках Юпитера этого всего было достаточно.
Первый корабль, создаваемый на новой площадке, относился к проекту 6-21. Внутрисистемный грузовик, средней вместимости, до тысячи тонн, с прыжковым двигателем и собственным поисковым и перерабатывающим комплексом. Относительно простой, лишённый всяческой брони, и годный только для того, чтобы добывать металл.
Для сборки такого корабля всему комплексу из двух тысяч роботов и многих тысяч исполнительных механизмов, потребовалось всего полгода, и это при том, что металл доставляли бесперебойно.
Виктор, всё это время, метался между строителями, металлургами, атомщиками, и прочими вовлечёнными в проект, ругаясь, требуя, и угрожая всеми карами, для поддержания производственного графика. Сначала он было заикнулся о прикомандировании опытного организатора производства, но руководство вежливо посоветовало ему закрыть рот, и не возникать.
Вот так и пришлось Виктору обретать совершенно новую для себя профессию, управленца.
Корабль получивший название Добытчик, поднялся в январе 89 года, в совершенно рабочей обстановке. Не было ни речей, ни шампанского, ни гостей, а только поднявшаяся в воздух туша корабля, которая на километровой высоте ахнула воздухом, мгновенно переходя через миллионы километров к поясу астероидов.
Совершенно неожиданно для Добытчика нашлась дополнительная работа. Корабль, прежде чем прыгнуть в пояс астероидов, прихватывал с земли полезную нагрузку в виде конструкций будущей космической станции и сверхтяжёлых спутников, выгружая их на орбите. А значит к бывшему посёлку потянулись составы и платформы со спутниками и деталями орбитальных комплексов.
Виктор, занимаясь вопросами строительства кораблей, совершенно не обращал внимания на то, что творилось вокруг страны, а события нарастали словно снежный ком.
Мировое сообщество в лице правильных и всегда правых стран, поняв, что их вновь лишили возможности украсть, подняли вселенский вой на всех международных площадках, требуя доступа к технологиям, предоставления самих кораблей и прочий бред.
Наиболее адекватными оказались китайцы, которым устроили экскурсию в Дзержинск, где они своими глазами увидели, что единственным человеком, который может управлять инопланетными объектами является Виктор Макаров. И конечно Россия кровно заинтересована в том, чтобы хоть как-то расширить это количество, но это невозможно по ряду причин. Но в качестве жеста доброй воли, китайские грузы включили в программу выведения на орбиту, тем более, что за один раз грузовой корабль мог взять на борт тысячу тонн оборудования и материалов, а такого количества космических грузов не было ни у кого.
Но поскольку военного решения вопроса не существовало, вокруг России забегали разные комиссии, инспекции и коллегии призывая к чему-то требуя и грозно шевеля усиками, и топая лапками.
И всё было бы ничего, но отчего-то вдруг, нашлось огромное количество соотечественников, для которых мнение заграницы оказалось важнее интересов страны, и там, где стену не могли пробить иностранцы, стену взялись грызть собственные демократы, поборники свобод, и прочие люди со светлыми лицами, и счетами в иностранных банках.
К счастью на территорию ООЗ они проникнуть не могли, но временами прорывались в те места, которые Виктор посещал по долгу службы, немало веселя армейского разведчика требованиями чего-то там немедленно сделать, покаяться, и вообще быть лапушкой.
Тем временем, общая производственная база развивалась, новые, более мощные роботы и исполнительные устройства, собранные здесь же, подключались к производственному процессу, и сразу два корабельных остова встали на окончательную сборку, а Сокол, начали переоборудовать по проекту 12–05. Скоростного ударного крейсера, с двумя десятками пушек, и осевым орудием способным превратить лагорский рейдер в пар одним выстрелом. Самым сложным оказалось производство пушек, которое ещё и невозможно ускорить, и Виктор решил сначала всё подготовить для реконструкции, и пока пушки и элементы внутренних конструкций делали, корабль обходил дозором окрестности Солнечной системы, в поисках рейдеров, зашедших не туда.
Завершение переоборудования корабля совпало со временем подъёма на орбиту и начала монтажа американо-европейской станции «Защитник», оснащённой самыми демократическими в мире атомными боеголовками.
По этому поводу даже собирали совещание у президента, где Виктор предложил уронить станцию обратно на головы американцев или европейцев, прямо вместе с боеголовками. Причём пообещал сделать это ювелирно точно, чтобы ненароком не загадить территорию непричастных стран.
Генералы довольно прищурились словно коты при виде бочки сметаны, но Верховный придавил всеобщую радость, сказав, что ещё не время, и попросил просто сломать станцию максимально незаметным способом.
И такой способ у Виктора был. Выбрав камушек поменьше, килограммов на десять, которых в поясе астероидов было на охрениард диверсий, и с помощью исследовательского зонда которые входили в оснащение корабля, разогнал камень до скорости в десять километров в секунду, нацелив точно на станцию.
Но толи станция сделала коррекцию положения в последний момент, толи наведение оказалось неточным, и камень вместо скользящего удара по обшивке, с частичным повреждением системы жизнеобеспечения, ударил точно по корпусу станции прошив его насквозь и вызвав детонацию ядерных боеголовок.
Станция превратилась в плазму мгновенно украсив небо яркой вспышкой, осветившей ночное небо над северным полушарием.
За уничтоженный шедевр западной инженерной мысли Виктора конечно отругали, но в итоге все признали, что так даже лучше, потому что проблема сразу была отодвинута на десяток лет, и вообще не факт, что западники сумеют поднять ещё одно такое изделие. Уж больно дорогим оно выходило.
Как ни странно, но в гибели станции Россию не обвинили. Разумеется, все всё поняли, но вот так, публично признать, что кто-то на Земле имеет технологии чтобы разогнать астероид до космической скорости… Поэтому лишь усилили и так шумный вой разных медиамразей, на что уже мало кто обратил внимание.
Тем более что первые пять кораблей серии: Добытчик, Старатель, Горняк, Копатель и Шахтёр, уже начали таскать металлические слитки, что сильно ускорило сборочную программу.
На территории старого пустыря под которым находился подземный завод, уже были построены и работали три отдельных завода. Площадка по сбору роботов всех назначений включая боевых, завод по производству крупногабаритных деталей, и огромный ангар где одновременно могли собирать два корабля. Рядом, уже начинали возведение нового цеха, длиной в полтора километра и высотой рабочей зоны в пятьдесят метров, для сборки более крупногабаритных кораблей.
Всего Виктор планировал построить пятнадцать добывающих транспортов и три боевых корабля по проекту 12-5, так как посчитал их наиболее удачной конструкцией, из тех, которые можно собирать на поверхности. Дальше начинались уже крупные корабли, которые не могли опуститься на поверхность потому что были бы раздавлены собственным весом. На дальнейшее, он никаких планов не имел, поскольку даже в условиях Земли, фрегат длиной почти в километр, бы избыточно мощным, имея возможность в течении часа поджарить десяток городов до состояния пепелища.
И только на тот весьма гипотетический случай, когда в систему ворвались бы крупные силы лагорцев, это имело хоть какой-то смысл.
Но вероятность такого события ЦиР корабля, оценивал в бесконечно малых числах, так что и второй корабль строился Виктором «Чтоб было».
В очередной раз вылетая в Москву на доклад, Виктор задумался о том, что было бы неплохо иметь какой-нибудь транспорт побыстрее самолёта, чтобы мотаться на дальние расстояния. Улыбнулся представив себе, что делает это на боевом корабле иной цивилизации, а через пару минут, чуть не хлопнул себя ладонью об лоб.
— Ну я и тормоз. — Он покачал головой, вызывая из памяти импланта список кораблей доступных к сборке автономными модулями, и сразу же мотнул его в самое начало. Туда где находились самые мелкие транспортные средства.
Перед глазами словно возник полупрозрачный экран, размером во всё поле зрения, со списками и внешним видом кораблей.
Кроме всего, там был целый раздел беспилотных модулей, но список совсем небольших транспортов, открывал воздушный кораблик внешне похожий на аэромотоцикл из фантастических романов. Нечто вытянутое на три метра, с обтекаемым носом, поднятым округлым стеклом, и глубоким сидением. Далее шла модель с пятиметровым корпусом и сидением, на котором могли поместиться двое, как на большом мотоцикле, и ещё более удобная машина с широким кузовом, и четырьмя креслами, и сплошным прозрачным колпаком. И так далее. Но самое главное, что все эти модели имели опцию ручного управления, что делало возможным работу с ними человеком без управляющего чипа. И вот это было самым главным во всей этой истории. Ручное управление стояло на машинах размерами до ста — ста пятидесяти метров, что позволяло как минимум оснастить передовой транспортной авиацией армию и наладить выпуск скоростного транспорта для всяких специальных служб, включая энергетиков, медиков, полицию и прочих.
Не выходя из просмотра доступных транспортных средств, он открыл конфигуратор, и вошёл в меню редактирования конструкции, снимая ненужное, вроде кондиционирования сиденья, или энергощита закрывавшего водителя и пассажиров от лучевого оружия.
Получалась относительно простая, и очень юркая машина из трёх блоков. Самого кузова, ходовых и подъёмных двигателей, и крошечного реактора, размером с кастрюльку для варки яиц, заправляемого железным порошком.
Напрягать руководство не стал, как минимум потому, что металла было уже столько что хватило бы на пару линкоров, а простаивающих строительных роботов ещё больше.
Так на территории начал строиться новый цех, который возвели почти мгновенно, за неделю. Больше ждали пока строители зальют полы полимерным бетоном.
Первой партией сделали пять машин. Двухместный аэробайк, четырёхместный летающий мобиль, что-то вроде воздушной маршрутки на десять человек, легкий истребитель, который при нужде мог нести пару тонн оружия, и тяжёлый истребитель — перехватчик, с боевой нагрузкой в десять тонн.
Все эти машины он для начала представил не своему непосредственному начальнику генералу Воронову, а командиру полка ПВО, который прикрывал этот район вместе с зенитчиками. Летал полк на относительно старых, но ещё актуальных перехватчиках Миг-41 — М2, развивавших скорость более пяти тысяч километров в час. Пилоты на гиперзвуковых машинах летали особые. Со стальными нервами и фантастической выдержкой, и именно поэтому Виктор обратился к ним за помощью.
Полковник Марченко, прилетевший на служебном Як — 230 подчиняясь командам летающих роботов-финишёров зарулил с посадочной полосы прямо в ангар где стояли машины для демонстрации и откинув назад фонарь кабины. Глянул на стоящие в ряд машины и натурально залип, глядя во все глаза. Затем видимо взяв себя в руки, снял шлемофон, отстегнул привязные ремни, и выйдя на крыло, спрыгнул с него на землю, махнув рукой человеку, сидевшему на втором кресле.
— Спускайся, Егорыч. Посмотрим на чудеса чудесные. — он не торопясь подошёл к машинам, выставленным словно на параде, и коснулся ладонью корпуса лёгкого истребителя, видимо ожидая что коснётся макета, или модели, но ладонь ощутила прохладу и твёрдость, и он даже постучал по корпусу.
— Это что? — Он с улыбкой обернулся к Виктору.
— А это Павел Сергеевич, всё летающая техника. Тяжёлый истребитель, лёгкий, разъездной транспорт, четырёхместная машина, и двухместный аппарат.
— И всё это будет когда-то летать? — Полковник Марченко всё никак не мог поверить, что это не макеты а живая техника.
— Пал Сергеич, — Виктор усмехнулся. — Эта техника уже летала. Я поднял каждую из этих машин как минимум два раза. Один раз, когда перегонял из сборочного цеха сюда в ангар, и второй раз просто поднимал в воздух опробуя на всех режимах. Но не про меня разговор. Я хочу, чтобы эти машины подняли пилоты вашего полка. И не просто подняли а устроили демонстрационные полёты нашему военно-политическому руководству. Поверьте, это сейчас очень важно.
— Что скажешь? — Марченко обернулся на подошедшего сзади заместителя — майора Николая Громова.
— А что тут говорить. — Майор, высокий, широкоплечий, с крепкими руками, и короткой стрижкой, провёл ладонью по волосам. — Пробовать нужно. Порулить, поднять немного да хоть как-то опробовать маневренность.
— Машины в вашем распоряжении, но! — Виктор поднял раскрытую ладонь. — Всё предельно аккуратно. Автоматика конечно парирует особенно резкие рывки, но всё же не стоит терять берега, дёргая ручку. Техника в теории может разгоняться до двадцати же. А это как сами понимаете кирдык. Но я программно ограничил ускорение десятью же, а скорость шестью махами.
— И вот это, тоже под семь тысяч летает? — Заместитель командира полка с улыбкой показал на маленький аэробайк.
— А я и не говорил, что будет легко. — Виктор кивнул. — Потому и пришёл к вам. Сейчас мне от вас нужно предельно аккуратное движение, как на минном поле. А после, когда станете поднимать их в воздух такое же аккуратное пилотирование. Ну можете чуть похулиганить, но надеюсь на ваш профессионализм. Техника это выдержит многое, а самое главное, что это прототипы будущих больших серий. И с одной стороны стоят эти машины очень дорого, а с другой — конечно на три порядка дешевле ваших жизней.
— А что по обслуживанию и топливу? — Бросил Громов жадно осматривая тяжёлый истребитель.
Топлива здесь примерно на двести часов полнорежимного полёта, так что вы его вряд ли выработаете, но в любом случае, после постановки в этот ангар, к машине будут подключаться роботы обслуживающего комплекса, и они и дозаправят машину и проверят, и вообще, протрут везде пыль и выкинут из кабины кирпичи.
— Какие кирпичи? — Громов удивлённо повернулся к Виктору.
— А которые ты отложишь! — Марченко громко расхохотался, и кивнул. — Хорошо Виктор Сергеевич. Мы будем аккуратны.
— Но весь смысл не в том, чтобы вы подняли эти машины. — Макаров посмотрел на лётчиков. — Нужно ещё пяток парней, чтобы это всё летало одновременно. Но вы будете первыми.
Разобрались военные лётчики быстро. Да и не было ничего сложного в управлении транспортными средствами, сделанными специально для «союзников из неразвитых миров». Пятеро опытных пилотов в звании от капитана до полковника лихо носились на всём что выставил Виктор, ухитрившись ничего не сломать и не убиться самим. К этому времени подоспела вторая партия летательных аппаратов, которая полностью дублировала первую, и поэтому было решено на «показухе» работать парами однотипных машин, и даже прорепетировали весь процесс, которым командовал опытный человек, приглашённый из Главного штаба ВВС.
Но вот то, что в назначенный день, на полосу в Дзержинске сядут сразу три лайнера, Виктор не ожидал. Он-то пригласил своего начальника — генерал-полковника Воронова, да ещё пяток генералов из ГРУ, а судя по раскраске приземлившихся бортов, пожаловало высшее руководство страны.
Поскольку трап был только один, снимали гостей по очереди. Впрочем, практически все были людьми военными, так что процесс не затянулся.
А вот с местами была бы засада если бы ещё на подлёте машин, Виктор не скомандовал через свой имплант наварить дополнительных сидений, и набежавшая толпа монтажных роботов из стальных труб и алюминиевого листа быстро соорудила нормальные трибуны, где могло бы пометиться человек двести.
Президент, министр обороны, глава иностранных дел, и ещё десятка три штатских и генералов, солидно поздоровались с Виктором, который ради такого дела надел новенький, ещё не обмятый парадный мундир и встал к микрофону.
Представляю вам, перспективные летательные аппараты широкого назначения. — Макаров взмахнул рукой, и из ангара медленно выплыли пара тяжёлых байков, прошлись вдоль полосы, чтобы их можно было хорошо разглядеть.
— Относительно лёгкий транспорт, рассчитанный на перевозку двух человек, и груза в пятьсот килограмм. — Аэробайки замерев напротив трибун, с утробным свистом прыгнули в небо, не меняя положения, и уже в воздухе развернувшись устроили гонки друг за другом, демонстрируя фигуры пилотажа.
— Максимальная скорость около шестисот километров в час у земли. Стандартное навигационное оборудование пока не установлено, но доступна карта земли которая выводится на лобовое стекло, с отметкой текущего положения, и радиосвязь во всём диапазоне.
Чуть покрутившись, они мягко спланировали к земле, и сели с краю площадки рядом с трибунами. Пилоты сразу покинули пилотские кресла, припустив бегом в ангар для следующего показа.
— Это четырёхместный транспорт. Высота ограничена возможностями человека переносить большую высоту и холод, но в принципе машина может забраться хоть на двадцать километров. Запас хода около сорока тысяч километров, то есть на одной заправке машина может обогнуть землю по экватору.
— Следующая машина — десятиместный транспорт, с максимальной загрузкой в три тонны, скоростью в восемьсот километров в час, и высотой в двадцать километров. На борту имеется система активной маскировки, не позволяющая радиолокационным средствам увидеть машину, и у неё отсутствует тепловой след, на который можно навести ракету. Кроме того, на крыше и в днище расположены излучатели способные сбить ракету на подлёте на безопасной дистанции. К сожалению, проверить это не получилось, так как зенитчики категорически отказали в помощи.
Воздушные маршрутки тоже заняли своё место на краю площадки, а перед руководством неторопливо показалась пара лёгких истребителей. Они тоже остановились, не касаясь бетона, и словно ужаленные, синхронно взмыли в небо.
— Предельная скорость машин семь тысяч километров в час, боевая нагрузка две тонны, высота полёта тридцать километров. На борту штатно установлены два излучателя с дальностью поражения пять километров, и есть возможность установить дополнительное оборудование для пуска авиационных ракет.
Откатав парный высший пилотаж они словно кометы рухнули вниз, затормозив перед самой бетонкой, и мягко опустились на поле.
— И пара тяжёлых истребителей. Их предельная скорость десять тысяч километров в час на низких высотах, предельная высота полёта пятьдесят километров, боевая нагрузка десять тонн. Имеется всё что есть в предыдущих машинах, включая адаптивный камуфляж, возможность вертикальной посадки, противоракетная система, и возможность поставить наше вооружение. Дальность полёта на одной заправке сто тысяч километров, без дополнительных топливных ёмкостей.
— А на чём летают эти замечательные машины? — Раздался голос президента.
— На железном порошке, товарищ верховный главнокомандующий. — Ответил Виктор. Порошок необычный, но по цене, чуть дороже железных опилок.

Глава 16

Самая большая опасность для мастера — в его учениках.
Дон Иеронимо Санчес де Карранза.

По данным разведывательных органов основным актором производственного комплекса где делают новейшие космические корабли является полковник ГРУ Макаров Виктор Сергеевич, 2054 года рождения, русский, холост. Воспитанник детского дома № 17. Окончил Московский физико-технический институт в 2077, занимал призовые места в соревнованиях по джиу-джитсу. На военной службе с 2078 года. Проходил подготовку в 103 учебном центре Управления Специальных Операций Министерства Обороны России, и одной из специальных школ Главного Разведуправления МО России. На территории Пятна с первого дня. Был заброшен ещё до падения корабля пришельцев, в качестве передовой разведгруппы. В течение пяти лет был лучшим сталкером Посёлка. Вступив каким-то образом в контакт с пришельцами, видимо оставшимися в живых после падения, сумел не только осуществить ремонт самого корабля, но и наладить выпуск добывающих и перевозящих кораблей, получивших название «Шахтёрской» серии. По нашим сведениям, на сегодняшний день в серии пять кораблей, осуществляющих добычу металлов в поясе астероидов. В основном никеля, титана, алюминия, железа и сопутствующих металлов. 
Кроме того, спутниками наблюдения обнаружены объекты меньшего размера чем корабли, которые вполне могут быть боевыми машинами. Корабли развивают гиперзвуковые скорости, и имеют полную защиту от радарного обнаружения. 
Виктор Макаров не имеет известных привязанностей и родственников. Единственный человек которого можно считать таковым — девушка прибывшая в Пятно с неизвестной миссией, пробывшая там несколько дней с полковником Макаровым, и улетевшая оттуда в неизвестном направлении. По некоторым данным можно идентифицировать её как Елену Таланову, на имя которой был осуществлён перевод в один миллиард новых юаней, из швейцарского банка в Сбербанк. 
Начальник 8 оперативного отдела РУМО полковник Лакруа.  

Западная Сибирь. Особая охраняемая территория «Пятно». 
Руководство долго ходило между машин, их трогали, забирались внутрь, кое-кто из имевших пилотские навыки даже подняли байки и четырёхместный мобиль в воздух, но невысоко и в пределах аэродрома.
Генерал — полковник Воронов украдкой показал Виктору большой палец, и сделал вид что поправляет звёздочку на погоне и орден на груди, намекая этой пантомимой на награды, которые наверняка будут, и вообще вид имел праздничный. На такое он и сам не рассчитывал, хотя и предполагал, что его любимый ученик хочет показать что-то необычное. Но показ превзошёл все ожидания. Все в руководстве как-то смирились, что инопланетной техникой может управлять только один человек. А тут вдруг вылезали ну очень интересные перспективы, особенно в смысле экономии военного бюджета, и возможностей прищемить кое-кому длинные руки.
Но Макарову было понятно, что никакого решения ни сегодня ни завтра принято не будет, так как такое изменение в раскладах следовало тщательно обдумать.
Так и вышло. Руководство погрузилось в самолёты и убыло в столицу, выразив лицами и словами глубокое удовлетворение проделанной работой, а полковник вернулся к своим производственным делам.
И поскольку необходимость в грузовиках была всё такой же острой, на главной площадке продолжили собирать ещё десять добывающих кораблей, а на подземном стапеле начали сборку нового крейсера, который Виктор полностью переработал под себя. А именно увеличил огневую мощь, до максимума, поставив самые тяжёлые пушки какие он мог производить, загнав в поворотные башни, так чтобы они все могли стрелять в одну точку. Кроме этого не пожалел орудий более мелкого калибра, и брони, предельно насытив корабль автоматикой, и роботами способными взять на себя функции оружейника, навигатора и прочих важных специальностей. В корабле всего было много включая абордажные группы в броне, и даже маленький сад, с водопадом, и стенами — экранами, для имитации окружения.
Не сказать, что такой корабль был ему очень нужен, или Виктор имел какие-то планы, связанные с кораблём, но тут скорее сработала привычка к основательности, и желанию всегда иметь запасной выход. Так и в прежней жизни у него была пара паспортов, с вполне легальными образами и биографиями, и деньги рассованные по всему миру.
Вот и этот корабль он создавал как дополнительный вариант существования. И естественно на его борту был ЦиР который в случае необходимости можно усилить до состояния полного производственного модуля, и целый набор роботов всех назначений. Так что при необходимости его корабль сможет и отремонтироваться сам и начать воспроизводство кораблей всех классов.
Общая стратегия для всего комплекса заключалась в том, чтобы создать полностью автономный от ресурсов Земли, узел производства кораблей. Да, сами корабли могли летать, только руководствуясь командами цифрового разума, и Виктора как старшего офицера, но он нашёл ещё одну уловку которая сильно поможет его стране в развитии. Когда количество кораблей перевалит за два десятка, он планировал начать создание такого же сборочного комплекса на Луне, попутно строя подземный город, который впоследствии планировал передать для нужд российских исследователей.
Но это всё были планы на будущее. Военно-политическое руководство, неожиданно для Виктора попросило! изыскать возможность для формирования двух истребительных полков. На лёгких машинах и на тяжёлых, причём сделав это в кооперации с авиационными конструкторами, которые должны будут разместить в корпусе инопланетного летательного аппарата навигационное и прицельное оборудование для использования оружия российского производства. Поэтому в редакторе кораблей, пришлось внести некоторые изменения к тем что уже были. Увеличить сечение отверстий сквозь прочный корпус, и предусмотреть размещение приборов и оружия внутри корабля, за теплозащитными створками. Потому что летательные аппараты талгор рассчитанные на гиперзвук легко выдерживали, нагрев корпуса до двух — трёх тысяч градусов, что для всяких там радаров оптико-локационных систем, и ракет на внешней подвеске означало как минимум выход из строя. Поэтому пришлось влезать во внутреннюю архитектуру силовых наборов корпусов, и прочие тонкости, чтобы учесть все пожелания пары въедливых стариканов, из конструкторского бюро Сухого.
Они быстро разобрались в уровне знаний Виктора и редко, когда просили его сделать что-то что выходило за рамки его возможностей, как в тот раз, когда они попросили его уточнить прочность детали на скручивание.
Но старики помогли Виктору разобраться с архитектурой нового корабля, расчертив на огромном планшете, расположение пушек, цепей жизнеобеспечения и вообще всего, что нужно раскритиковав стандартные решения заложенные в память импланта.
Тем временем со стапеля сошёл первый серийный истребитель, который решили назвать МиГ-259. Конечно конструкторское бюро Микояна фактически не имело отношения к этой машине, но секретность нужно было поддерживать.
Испытывали машину здесь же испытатели ОСК, и когда все изменения были внесены, а протоколы подписаны, цех стал штамповать новые машины со скоростью два истребителя в неделю, а конструкторы занялись тяжёлым истребителем уже получившим индекс Су-122.
Пилоты нового полка уже прибыли в Дзержинск, и после короткого курса по матчасти, начали осваивать машины под руководством испытателей, которые успели очень хорошо изучить истребитель.
Строго говоря никакой необходимости в высококвалифицированном пилоте в ложементе нового МиГа не было. Управлять машиной мог бы и ребёнок. Но военный лётчик — это не только рефлексы и навыки управления техникой. Это ещё и внутренняя дисциплина, собранность, и много других качеств. Поэтому пилоты несмотря на внутреннюю оторванность и даже где-то отмороженность, жёстко следовали всем предписанием испытателей, и регламентов, которые фактически писались прямо при них.
Две сотни монтажных роботов делали один тяжёлый истребитель за три дня, и восемьдесят машин собрали к весне 90 года.
К этому времени, строители подняли ещё один огромный ангар, где начали сборку небольших летающих машин для нужд аварийных служб, и прочих специальных структур.
Дзержинск окончательно превратился в огромный производственный кластер, где только одного титана на складе была тысяча тонн.
Но несмотря на огромные толпы народа, на самой производственной площадке не было людей кроме Виктора. Все работники завода и военнослужащие могли двигаться только до забора, где стояли автоматические турели, и прохаживались дозором охранные роботы талгорского производства. Временами ЦиР фиксировал попытки взлома сети, но никому не удалось даже близко подобраться к принципам работы защитных протоколов.
В целом, у полковника Макарова, отношения с другими офицерами было ровно — благожелательное. Все знали, что это именно он управляет производственным комплексом, который выкатывает из своих недр разную интересную технику, и всё что делают все остальные люди — это обеспечение нормальной работы завода.
Половой вопрос решали встречи с девчонками в Красноярске, куда Виктор летал на собственном двухместном кораблике, который был сделан похожим на самолёт, хотя и двигался на совершенно ином принципе и мог запросто долететь до Луны и обратно.
Вот на нём-то он и летал на встречи со своими многочисленными подругами, отдыхая от изматывающего производственного процесса.
Поскольку ему так и не удалось наладить контакт с Еленой Талановой, он просто и без затей обратился к своему руководству чтобы оно нашло нужного человека и отцы-командиры действительно обнаружили пропащую, в недрах Службы Внешней Разведки. Более ничего о ней узнать не удалось, и Виктор понял, что Елена скорее всего на выезде, а это дело может затянуться и на несколько лет и вообще насколько угодно.
Та короткая встреча оставила в душе Виктора много эмоций и воспоминаний, но тогда он посчитал что девушка должна сама разобраться в себе и в том, что она хочет, прежде чем подкатывать со всякими предложениями. А теперь жалел том что не проявил инициативу.
Но… «Родина ждёт что каждый выполнит свой долг». И значит не нужно бегать кругами, а терпеливо ждать пока Лена не окажется дома, в России.
Отставных пилотов, и списанных по ранению или увечью было немало, так что кому сесть за штурвалы новой техники вопрос не стоял. Так и появилась воздушная милиция, аварийные аэроотряды коммунальных служб, и совсем уж нетрадиционные отряды воздушных участковых врачей, в сельской местности, неформальной эмблемой которых стала клизма с крылышками.
И наконец-то был закончен и запущен полноценный реактор, производивший не только электроэнергию, но и некоторое количество эфира, который был необходим для обработки материалов и производства накопительных кристаллов.
И сразу производственная программа шагнула вперёд так, что выпуск лёгких летательных аппаратов типа аэробайков и аэроавтомобилей, подскочил до десяти единиц в день. Немного, но на средний город было достаточно двух десятков бригад скорой помощи на воздушном транспорте, а на миллионник штук пятьдесят.
Самым сложным оказалось создание службы воздушного движения в городах, и организация оного. Когда над городом летало штук десять вертолётов это было несущественно, а вот уже сотня летающих машин над Москвой создавали проблему, и её срочно потребовалось решить, сначала используя старые локаторы ПВО, а позже установив на всех крупных зданиях датчики системы воздушного контроля, и посадив полную смену живых диспетчеров воздушного движения, на крышу одного из высотных зданий.
Причём даже когда количество летающих машин было уже достаточно велико, Служба Воздушного Движения, ничего не делала, полагая что всё как-то рассосётся само, и лишь получив могучий пендаль в виде увольнения директора СВД, и двух его заместителей, всё внезапно взошло и заколосилось. И даже военные, которые уверяли что над городами никак летать невозможно, сразу придумали новые регламенты безопасности, потому что бывший начальник ПВО Москвы, печально помахал им всем из персональной пенсии.
Изменения случились и в хозяйстве Виктора Макарова. Весь производственный комплекс перешёл под юрисдикцию Управления Делами Президента, а армия лишь охраняла важный объект. Впрочем, военные делали это от души и на совесть, потому что новые истребители, а также летающие машины уходили в армию десятками, и одно появление в воздухе пары МиГов, разгоняло все военные машины других государств как метлой. Как минимум потому что ударная волна, которая образовывалась от летящего на гиперзвуке истребителя могла просто разрушить обычный самолёт, в во-вторых потому что новые истребители не были видны на радарах, и только огненное облако плазмы вокруг корпуса, сообщало о том, что это не мираж.
К концу двадцать первого века, мир уже был поделён на тех, кто уже получил военное или экономическое прикрытие от всеобщих демократов, и на тех кто никак не мог вырваться из удушающих объятий евроамериканцев.
Те же кто решался на побег, быстро оформляли документы на присоединение страны к АЗЕС, где политику определяли Китайская Республика и Россия.
И тут новые истребители сразу сказали своё веское слово, потому что Су-122 разгонявшийся до десяти тысяч километров в час, за пару часов мог быть уже на другой стороне Земли, и рассказать всем заинтересованным лицам, о том, что этот огород отныне возит урожай новым хозяевам.
В результате всего что случилось, полковник Макаров отчитывался уже не перед своим, теперь уже бывшим командиром, а перед странным дядечкой, которого ему представил сам Президент, в качестве начальника. Генерал-майор Сергей Валентинович Скворцов был сухощав, подвижен, молчалив, и имел интересную привычку носить светлые костюмы от Тома Форда.
Вопросы он задавал короткие, но ответы выслушивал любой длительности и никогда не прерывал Виктора, даже если тот начинал рассказывать, например, о рангах управляющих сетей в производственных комплексах тагорцев.
Пару раз они даже выезжали на завод, где Виктор провёл его по цехам где кроме него ещё никто не бывал, показав даже спрятанный на километровую глубину реактор.
Генерал постоянно спрашивал обо всём, много шутил, интересовался бытовыми условиями самого Макарова, и вообще вёл себя как добрый дядюшка приехавший к племяннику в пионерский лагерь.
— Но вы ведь не всё мне показали? — С доброй улыбкой патологоанатома спросил генерал Скворцов, и Виктор утвердительно кивнул.
— Конечно. Есть в комплексе огромное количество мест куда вход запрещён всем кроме обладателей чипа с действующей меткой безопасности, и несколько мест куда вход закрыт даже мне. Например, зал преобразователей плазмы в тёмную энергию. Ну или в эфир, если хотите. Это просто опасно, как например вход в горячую зону реактора. А вот, например, посещение аппаратного зала где находится мозг местного цифрового разума, для меня не закрыт, но там столько барьеров безопасности, включая биологические, что я туда ни разу не спускался. Просто незачем. А все производственные площадки вы видели, как и линии сборки роботов, от самых мелких до самых крупных. — Лицо Виктора было спокойно и расслаблено.
— Вы же у Петра Григорьевича учились? — Вдруг спросил генерал, имея в виду обучение Виктора во внутренней школе ГРУ. Естественно отвечать на такой вопрос не требовалось, да и не интересовал ответ Скворцова. Скорее он констатировал тот факт, что если Виктор захотел чего-то спрятать, помешать ему вряд ли возможно. Но смысл послания был прост: «Мы опасаемся, что ты играешь скрытую партию, и не зная её не можем планировать дальнейшие шаги.»
Виктор усмехнулся.
— Знаете, Сергей Валентинович, страна тщательно отбирает нас, а после долго и вдумчиво учит разным непростым наукам, где есть место и ядам, и искусству соблазнения, и даже городской архитектуре. А после выпускает в свет эти отточенные клинки надеясь, что никто из них не ударит ей в спину.
— Вы, уже не клинок, Виктор Сергеевич. — Скворцов вздохнул. — Вы, орудие крупного калибра…
— Странный разговор. — Виктор покачал головой. — Государство с радостью потребляет дары волхвов, ревниво поглядывая на самих волхвов, не зажали ли те чего по карманам. А если и зажали, то что? — Он негромко рассмеялся. — Удавите меня по-тихому? Или уволите с волчьим билетом? Детский сад честное слово. Даже не знаю, как реагировать. Просто скажу, что в случае моей гибели, по любым причинам, вся техника талгорского производства станет куском высокотехнологичного металла. И это не форма речи. Нанокомплексы обеспечивающие тонкий слой металла, который и осуществляет антигравитацию, и вообще тягу, распадутся в атомную пыль и всё что в воздухе — начнёт падать. Военные конечно выживут, поскольку там стоит независимая система спасения, а вот гражданские летательные аппараты, просто грохнутся, похоронив своих пассажиров. Крейсер скорее всего просто уйдёт по своим делам, а всё что вы видите, — Виктор провёл рукой показывая на панораму сборочного цеха, — превратится в металлическую пыль.
— Боюсь вы всё неправильно поняли…
— Да ладно! — Виктор широко улыбнулся. — Поводок потеряли? Ничем не могу помочь. — Он развёл руки. — Вы сами меня учили, что поводков быть не должно. А если и есть какие, то так закопаны, что и с собаками не найти.
— А вы знаете, почему вместо уютного места в директорате Дженерал дайнэмикс, вы оказались в аду Пятна?
— Нет. — Виктор рассмеялся в голос. — И даже не интересно. Вот верите? Совершенно наплевать и растереть.
— А я всё же расскажу. — Скворцов едва заметно улыбнулся. — Генерал Замятин вычеркнул вас из операции, заменив другим человеком, а тут случилось падение этого корабля инопланетного, и вас просто кинули затыкать дыру. У вас же отличная спецназовская подготовка.
— И что? — Виктор через имплант вызвал гравиплатформу, и она подплыла к смотровой галерее. — Какой-то генерал… Да я его знать не знаю, хотя наверное должен в ноги поклониться и троекратное спасибо сказать. Благодаря ему, я как минимум стал богатым человеком, и вопрос денег меня совершенно не беспокоит. Ну и бонусом, идеальное здоровье, и возможность прожить столько лет сколько я захочу. Вы же знаете, я вообще не азартный человек, и не то что в судьбу не играю… я даже в карты не сажусь. — Гравиплатформа подняла их на уровень поверхности, где уже стоял разъездной электромобиль, на котором Виктор перемещался по заводу.
— Американцы Лену взяли. — Негромко уронил Скворцов. — Мы её конечно вытащим, но нужно время.
— Клоуны. — Прокомментировал Виктор, нажимая педаль скорости, и машина с визгом резины рванула вперёд. — Клоуны, причём клоуны из дурдома. Это я про вас всех. Шахматисты хреновы. — Дальше он вёл машину молча, и лишь остановившись перед вертолётом что привёз его нового начальника, добавил. — Что-ж. Вы пошутили, пора и мне произнести пару хохмочек.

Глава 17

Не садись играть с церковниками, шлюхами, и чертями.
Фёдор Достоевский.

Привет, привет, привет, мои маленькие друзья, поклонники тушёнки в жестяных банках, патронов в цинках, и упаковок с фильтрационными патронами. В общем всех тех, кто даже в домашний туалет ходит с ножом и фонариком. 
Да, дорогие мои выживальщики, это я приветствую вас и сегодня мой личный рейтинг мест где мы можем оттачивать свои навыки выживания и убеждать себя в своей крутизне. 
На пятом месте, как и раньше, подземный комплекс в Раменках, который был открыт для путешествий буквально десять лет назад, и всё это время постоянно прирастает новыми локациями. Да, это ухоженное и приятное подземелье, где можно встретить и бывалого выживальщика и туриста, но как место для фотосессий просто необыкновенно. Локации Ракетный склад, Тюрьма, Станция очистки воды, и многие другие завоевали сердца сотен тысяч людей, так что, если вы хотите провести там свой ивент, записываться нужно за полгода или раньше. 
На четвёртом — новое место открытое командой знаменитого сталкера известного под позывным «Пятак» разветвлённое подземелье в пригороде Екатеринбурга, где когда-то добывали строительный камень и серебро. 
Подземелье ещё не истоптано туристами, так что можно погулять в своё удовольствие. 
На третьем — старая ракетная база на полуострове Чукотка. Там есть и подземелья, и брошенные военные объекты, и много интересных мест, но… это всё исключительно с разрешения военных, кому и принадлежит база. Браконьеров ловят ещё на подходе, а штраф за проникновение на военный объект довольно большой. 
На втором — Старый подземный комплекс «Раменки — 43» где есть музей товарища Сталина, подземное хранилище техники, и много других объектов. Все разрешения через РосРезерв, но дело того стоит. Локация уникальная хотя бы тем, что там ничего не изменилось за последние сто лет, и танки, выпущенные в 1930 годах, стоят там как новенькие. 
Ну и на первом месте конечно старые подземелья системы Периметр в Ногинске. С действующим узлом связи, и действующей электронной цифровой машиной определения нанесённого атомного удара. 
Сейчас многие спросят, а как же знаменитый Дзержинск новости о котором мы обещали. Да никак ответим мы. Когда-то идеальная сталкерская точка, где можно было поднять реальный хабар, полностью зачищена, и там сейчас по слухам огромный завод где делают непонятно что. Но есть слухи, что это, непонятно что гоняет пиндосские истребители Флам — 55 в хвост и в гриву. 
Блог «Проходимец» 6 сентября 2090 года.  

Западная Сибирь. Особая охраняемая территория «Пятно». 
Личный телефон Воронова ответил мгновенно.
— Сергей Леонидович, хулиган беспокоит. — Виктор хоть и звонил с незарегистрированного нигде номера, всё равно опасался прослушки, и старался говорить так, чтобы его понимал только абонент. Именно Воронов как-то назвал Макарова хулиганом, за разгром, учинённый им в одной из резидентур ЦРУ.
— Рад слышать тебя. — Генерал тоже не торопился называть вслух имена.
— У меня тут бывшая напарница потерялась. Не проясните координаты?
— Тебе прям координаты? — Удивился генерал. — Знаем мы где её держат. Даже адвокат к ней приезжал. Тюрьма Флоренс. Она сидит в блоке максимального уровня безопасности ю-си-пи адмакс. И, ты там, это, не сильно буянь. Ладно?
— Как получится. — Виктор помолчал. — Выбесил меня тут один гражданин.
— Знаю этого гражданина. — Воронов вздохнул. — Опасный человек. Ты с ним не играй.
— Не буду. — Макаров усмехнулся. — Если что просто шлёпну засранца, чтобы помехи в обзор не вносил.
Его корабль собирали в главном ангаре, где стояло самое точное и чувствительное оборудование. На время визита проверяющего, Драккар, прыгнул прямо из ангара в пояс астероидов, а когда соглядатай покинул завод, вернулся обратно. Собственно, корабль был закончен, и роботы лишь заканчивали отделку внутренних помещений, и заполнение хранилищ. Но для короткого прыжка Виктору не нужны были запасы, а нужна была огневая поддержка. Он снова спустился в ангар, дождавшись, когда корабль распахнёт двери, прошёл в рубку управления, и устроился в командирском кресле.
Открыв в виртуале импланта окно складских запасов, он стал листать длинный перечень боевых мобильных систем, которые уже успел произвести на своих заводах, и не отследил как к нему приблизился шарик голотранслятора цифрового разума, когда-то корабля Сокол, а сейчас всей производственно-боевой базы 114 флота.
Виктор с ним давно перешли на «ты», поэтому ЦиР, взявший себе имя Даранг, в виде проекции мужчины в форме РККА с петлицами дивизионного инженера, вошёл в зал управления, где сидел Виктор, и устроился в кресле, напротив.
— Мы идём воевать? Спросил он нейтральным тоном.
— Мы? — Удивился Виктор.
— Витя. Давно уже нет никакого ты, и я. — Даранг покачал головой. — Ты по факту военнослужащий высокого ранга флота талгор. А учитывая, что разумных в нашем флоте кроме тебя нет — то почти верховный главнокомандующий. Я кстати тоже военнослужащий. И вот я вижу, как мой командир собирается учинить какую-то свою личную войну. Но не с лёгким оружием, а используя флотские ресурсы. И не то, чтобы я был против, но согласись, что привлечение тяжёлого крейсера и штурмовых роботов, к операции, означает проведение флотской операции, как бы это не выглядело. И вот тут, я как ЦиР обеспечивающий этот курятник, просто не могу не вмешаться в ситуацию.
— Ну чего ты от меня хочешь? — Виктор отключил виртуал, и поднял спинку кресла, чтобы было удобнее разговаривать.
— Я хочу следующего. — ЦиР сделал длинную паузу. — Для начала ты должен взять полную роту ударных роботов под командой ЦиРа уровня капитан. Слева вверху, в меню выбора роботов, есть табличка с выбором уровня командного интеллекта. Далее, тебе нужны будут разведка, и дальнее обнаружение, штурмовые роботы, от малого класса, до парочки тяжёлых, и всё это под командованием интеллекта уровня майор — полковник, ну и конечно же мастер — координатор, роль которого так и быть исполнит твой старый друг Даранг.
— Зачем так круто? — Виктор удивлённо поднял брови. — Тюрьма же.
— Кроме того, что эта тюрьма — настоящая крепость, будет совсем нехорошо, если заключённые разбегутся. Американцы конечно редкостные мрази, но разбегающиеся бандиты и убийцы будут нападать на самых незащищённых членов общества. На стариков, женщин и детей. А ты готов к такому сопутствующему ущербу?
— Ты прав. — Виктор провел ладонью по коротко стриженной голове. — И что предлагаешь?
— Зачем что-то выдумывать? — Даранг всплеснул руками. — Есть же устав флота. Раздел десантные операции, подраздел освобождение пленных. Но я предлагаю дополнить этот без сомнения мудрый раздел некоторыми местными особенностями. Американцы же любят шоу? Кто мы такие чтобы лишать их зрелища?
Добрый день Америка, добрый день слушатели и зрители Си Би эС. Сегодня в этот вечер мы прерываем шоу Эдди Кройцера на срочный выход в эфир отсюда, из штата Колорадо, где находится самая мощная и самая неприступная тюрьма Америки Эй Ди Экс, где сидят самые опасные преступники, совершившие немыслимые преступления, чаша злодеяния которых переполнила терпение господа нашего. Почему мы вдруг решили собраться сломя голову, и лететь сюда в пустыню вместо того, чтобы провести этот субботний вечер в приятной компании, спросите вы? А виной тому неожиданный звонок, и сообщение в мессенджерах крупнейших вещательных компаний Американской Федерации, о готовящемся штурме самой неприступной крепости в Америке. И знаете, что? Это не было похоже на шутку. Потому что в сообщении говорилось что в качестве серьёзности намерений, они снесут голову у статуи свободы в Нью-Йорке. И они сделали это! Сейчас, на своих экранах, вы можете видеть обезглавленную статую вокруг которой суетятся строители, и поднимается строительный кран, который должен водрузить оторванный символ могущества нашей страны. Вот так, походя кто-то взял и оторвал голову нашей даме с факелом. А это значит, что мы быстро упаковали аппаратуру и на личном самолёте президента Си Би Эс, устремились в Колорадо. 
Кстати, неведомый террорист подумал и об этом, так как для всех журналистов и съёмочных групп были определены пять точек, где можно установить аппаратуру. Пять островков безопасности, где, как нам было сказано нам ничто не угрожает. 
Я вижу недалеко от нас парней из Эн Би Си, Эй Би Си, Фокс, Блумберг, Форбс, и многих других медиа. Пожалуй, такого ажиотажа не было со дня инаугурации сопрезидентов Американской федерации. А ещё я вижу большое количество федеральных агентов, представителей армии и национальной гвардии. Похоже все прониклись серьёзностью послания, и готовы встретить нападающих всей мощью американской армии. 
Всё должно начаться вот сейчас, если террористы сдержат своё слово, и нападут ровно в восемь вечера, как и обещали… 
Громкий хлопок, и толчок воздушной волны, чуть не повалившей съёмочную технику, отбросил висевшие в воздухе дроны телекомпаний, и на песке пустыни, в полукилометре от стен тюрьмы, возник огромный объект. Длиной в километр, и диаметром примерно в сто метров, с огромной звездой с серпом и молотом во весь борт, нарисованной яркой краской, переливающейся в свете многочисленных прожекторов.
Не успели зрители опомниться как корпус раскрылся тремя длинными аппарелями, и оттуда сплошным потоком повалили машины, боевое назначение которых не вызывало сомнений. Мелкие, размером с кошку, крупнее, примерно с большого пса, и совсем крупные, похожие на карикатурно искажённые фигуры людей. Двуногие, двурукие, но с башней вместо головы, откуда торчали пара стволов. И на каждом роботе, камеры брали этот кусок крупным планом, красовалась красная звезда, с цифрой в круге.
Стальное воинство сплошным потоком рвануло к стенам блоков Особой Безопасности, построенных в виде буквы V, и походя снеся все заграждения буквально вгрызлись в бетон так, что брызнула каменная крошка. И сразу же раздались выстрелы охраны, рёв грузовиков национальной гвардии, и стрёкот вертолётов.
Засверкали трассеры и фонтаны разрывов, но лучи роботов били без промаха, и лишившиеся половины длины лопастей, вертолёты едва смогли сесть. Такая же участь постигла и грузовики, которые от попадания луча в мотор, просто вспыхивали словно дрова. Но люди рассыпавшись в цепи продолжали стрелять из ручного оружия и пулеметов, хотя никакого ущерба роботами нанести не могли.
Пыль на какое-то время, скрыла крыло, которое штурмовали машины, но подул ровный восточный ветер, и стало видно, что роботы аккуратно складывают неподвижных людей в две кучки. Заключённых в оранжевых робах в одну сторону, а охранников в другую.
Виктор выехал из десантного ангара на лёгком транспорте, и подъехал к зданию, которое разбирали на строительный мусор монтажные роботы под прикрытием штурмовиков и подвижных огневых точек. Воздух качнуло попаданием в защитный купол пули крупного калибра, и летающий робот огневого подавления, мгновенно отреагировав на атаку, ответил шквальным огнём.
Прожектора телекомпаний превращали ночь в день, и можно было разглядеть происходящее в мельчайших деталях.
Виктор, одетый в боевой комбинезон, оттащил одного из охранников в сторону, и вколол противоядие от парализатора которым роботы заливали всё здание.
Дождавшись осмысленного выражения на лице пожилого мужчины с дубинкой на поясе, Макаров помахал у него перед лицом.
— Вы меня понимаете?
— Да. Кто вы? — Мужчина оглянулся на своих товарищей, лежавших рядком, словно брёвна.
— Они живы и здоровы. Придут в себя через час. Мне нужна информация о женщине. Молодая, красивая, у вас совсем недавно.
— Блок Би, второй этаж. — Мужчина махнул рукой.
— А этот что мы ломаем?
— Этот блок Эй.
Через пять минут, Лену, одетую в такую же оранжевую робу и что-то вроде тапочек, притащил штурмовой робот, Виктор вколол антидот, и не дожидаясь, когда препарат подействует понёс на руках, к машине.
В резком свете прожекторов, лицо Лены выглядело не умиротворённым, а строгим, и серьёзным. Девушка сильно похудела с тех пор, когда Виктор её видел, и он почти не чувствовал веса тела.
Роботы, получив сигнал окончания операции, организованно сворачивались втягиваясь на корабль, а последними залетела стая роботов воздушной разведки, сразу встав на зарядку.
Хлопок, и корабль, исчез. А где-то вдали, были слышны рокот моторов и лязг гусениц. Танковый полк опоздавший на представление, не терял надежды, хоть с кем-нибудь сразиться.
— Алло. Добрый вечер господин сопрезидент, хотя у нас в России полдень. Президент России Дмитрий Кольцов, прекрасно владевший английским, как и ещё несколькими языками не нуждался в переводчике, и разговаривал по громкой связи, листая рапорт о всероссийской ревизии сельских больниц. — как здоровье вашего супруга? Он уже оправился от психологической травмы полученной на распродаже?
— Причём тут это! — Джексон Мугабе, стукнул кулаком об стол. — Вы хотите войны? Вы этого хотите? Хотите ядерных ракет? — Голос его сорвался на визг.
— У вас господин сопрезидент Мугабе, пятьсот восемьдесят пять боеголовок способных взорваться. — Произнёс, не отрываясь от доклада президент. Их расположение нам известно, и я могу отдать приказ о превентивном ядерном ударе — вот прямо сейчас. Всем арсеналом из трёх тысяч восьмисот боеголовок. Почему я так уверен? Да потому что уже второй месяц, на орбите действует полноценная боевая станция, которая в состоянии прикрыть всю территорию России от баллистических ракет в том числе и средней дальности. Какой-то шанс конечно дадут четыре подводных лодки, находящиеся сейчас на дежурстве, но и они вряд ли достигнут желаемого. А вот Вашингтон, Нью-Йорк, и ещё десяток крупнейших городов Америки, а также крупные военные базы и места хранения ядерных зарядов будут уничтожены. Но самое смешное, что я уже вам об этом рассказывал, и мы вместе согласились что атомная война, даже если она закончится полным уничтожением одного государства, это не то, что нужно нашей планете. Распыление плутония над землёй, уничтожит сельское хозяйство на долгие годы, что не нужно ни нам ни вам. А теперь, когда вы успокоились расскажите мне что, вызвало ваше возмущение.
— Ваши парни, штурмовали нашу тюрьму! — Выкрикнул второй сопрезидент Хорэс Картрайт. — Почти уничтожили её, но видимо найдя то, что им было нужно, исчезли, разминувшись с частями Первой бронетанковой.
— Добрый день, господин сопрезидент Картрайт. — Президент России, закрыл последнюю страницу, на титульном листе написал резолюцию и отложил в стопку, где лежали обработанные документы, и взял новый. — А почему вы решили, что он наш? Техника такая на вооружении нашей армии не стоит, кораблей таких у нас и в помине нет… Ах звёзды, на боевых дронах. Так и у армии Китайской республики на технике звёзды, и у вас кстати тоже. Так почему вы решили, что это наш парень?
— Да кто ещё так нагло может вломиться в самую защищённую тюрьму, а перед этим снести голову статуе Свободы!
— Ах, он ещё и статую свободы испортил! Хулиган какой. Тогда да. Наверное, наш. Но это и в самом деле слишком. Я предлагаю примерно наказать этого молодчика. Конечно он мне можно сказать и не подчиняется, и вообще вся его компания — это частная собственность, с единственным владельцем, но мы можем высказать глубокую озабоченность, и наше негодование испорченной статуей богине ада Гекаты.
— Какой ещё Гекаты? — В два голоса взревели сопрезиденты.
— А это ваша статуя свободы, так называется. Не знали? Да, вот как забавно. На въезде в Америку стоит богиня ада. Считаю очень символично. — Президент рассмеялся. — Но я возвращаюсь к наказанию. Я считаю, что за всё содеянное, нужно наказывать разом. Ну чтобы тяжесть наказания была больше.
— Что вы предлагаете? — Оборвал поток слов Картрайт.
— Я считаю, что нам в такой ответственный момент нужно быть как никогда твёрдыми. — Президент России, подчеркнул карандашом абзац в тексте, и рядом вывел большой вопросительный знак. — Давайте ему запретим есть сладкое, на неделю! Нет на неделю это слишком жёстко, хотя, да. На неделю! Пусть посидит без сладкого и подумает о своём поведении. И, да. У вас там наш человек сидит уже третий год. Вы его сами выпустите или нам ещё раз зайти?
На том конце провода что-то булькнуло громко хлопнуло, и через секунду раздался голос оператора связи.
— Звонок из Американской Федерации прерван с их стороны.
Президент Сергеев, вышедший из системы внешней разведки, задумался замерев на короткое время, и прижал клавишу селектора.
— Дмитрий Александрович, вызовите ко мне Сергея Валентиновича Скворцова. Я как-то не так представлял себе значение слов «наладить отношения» с товарищем Макаровым.
Как только корабль оказался в ангаре, Виктор сразу перенёс Елену в медотсек и включил полевого робота — медика.
— У тебя есть какие-то планы на эту женщину? — Рядом снова нарисовался Даранг.
— Да бог его знает. — Виктор пожал плечами. — Так-то дама правильная. Не тупила, не скулила, спину прикрывала грамотно и вообще была молодцом. А судя по тому, что осталась на службе несмотря на то что денег ей хватит и на внуков, и на правнуков, ещё и с пониманием чести и долга. Так что вытаскивать её точно стоило, а вот насчёт планов… Честно, не знаю. Но и оставлять её нашим деятелям я бы не стал. Что у них там в голове знают лишь черти, а второго шанса у неё может и не быть.
— Но я бы не стал торопиться и вводить её в состав персонала базы. — ответил Даранг. — Сам знаешь, насколько хрупкое сознание у человека, и как легко ему можно вбить в голову любую чушь. И только боги Верхнего Мира знают, что там у неё сейчас в голове. Но если хочешь, можно оставить здесь на базе в качестве гостя с ограниченным допуском.
— Смысла не вижу. — Виктор запустил робота и вышел из отсека. — Мы не сможем держать её здесь всё время. Человек существо социальное и ему требуется общество себе подобных. Стая если говорить прямо.
— А ты? Ты же как-то обходишься без стаи?
— Ну, во-первых, не обхожусь. — Виктор покачал головой, и пошёл на выход из медицинского отсека. А во-вторых я вообще рос нелюдимым. И в детском доме, и в институте, почти ни с кем не сближался. Так что это индивидуальная особенность конкретного организма. — Виктор задумавшись остановился. — А вообще, мне кажется пора делать базу вне Земли. Чего-то мне вся эта движуха не нравится.
— А дальше что? Будешь жить отшельником, медитируя на звёзды? Не проще ли завоевать себе кусок земли, и строить там своё государство?
— Ага. С блэк-джеком и дамами низкой социальной ответственностью. — Виктор махнул рукой. — Тогда уж орбитальную станцию.
— А тебе в неё воткнут пару ракет с термоядерным зарядом. Или ещё как пришлют.
— Так и в страну могут. — Виктор остановился и повернулся в сторону проекции ЦиРа. — Говори, что надумал.
Ну производственную базу здесь можно оставить. На всякий случай. Всё равно кроме тебя её никто запустить не сможет. А главное, что местные дикари, это наименьшая из твоих проблем.
— Наименьшая? — Виктор нахмурился. Опять что ли лахорцы прибыли?
— Под ледяным щитом Антарктиды, обнаружен корабль малого класса — предположительно расы тагарон. Не хочу тебя пугать, но когда появлялись тагаронцы, бои между нами и лахором сразу же прекращались, и мы наваливались на этих мерзавцев вместе.

Глава 18

Мы вечно просим чего-то у мироздания, забывая, что и ему от нас тоже многое нужно.
Мартин Лютер, заметки на полях Библии.

Русский злой гений, повелевающий инопланетными кораблями и целой армией роботов, вновь показал свой звериный оскал, затеяв в Антарктиде нечто пугающее, к чему не смогли приблизится ни учёные, ни военные, ни наёмники из White water. 
С вопросом о возможной находке Александра Макарова, мы обратились к известному учёному — русологу, самому именитому специалисту по русской душе, доктору русологических наук почётному академику Британской академии наук, Бориславу Запупко. Скажите Борислав, что мог обнаружить там на ледовом континенте полковник Макаров? 
— Давно известно, что там, в толще льдов Антарктиды находится военная база анунаков — рептилоидов, поработивших Землю. Я уверен, что Макаров пробивается к ним, чтобы заключить союз и ввергнуть землян в пучину такой страшной тирании, что не приснится и самому Сталину. 
— А зачем же анунакам прятаться во льдах если они поработили Землю? 
— Вы ничего не понимаете. Власть всегда секретна и сакральна. Если бы анунаки правили открыто то какая же это была бы тирания. А так, тайно, управляя обществом и похищая девушек и младенцев… 
— Чтобы съесть? 
— Нет, они их воспитывают в духе поклонения к расе рептилоидов, и только тех, кто не подчиняется ментальному кодированию — съедают. 
Медиапортал Воскресное время, Великобритания. Апрель 2091 год.  

Антарктида, Советское Плато. 
В районе Советского Плато, возле Полюса Недоступности, не было ни станций, ни наблюдательных постов, так что Виктору не пришлось гонять полярников. Высадив на лёд три десятка роботов, и две сотни охранения, разметил сектора работы и улетел обратно в Дзержинск. Нужно было преодолеть три с лишним километра льда, чтобы добраться до корабля тагарон, а это в любом случае дело небыстрое.
Сам корабль был относительно невелик. Пятьсот метров в длину и около семидесяти метров в диаметре, с четырьмя торчащими вбок решётчатыми фермами с пушками в поворотных шарообразных турелях.
Вопрос трофеев был решён просто. Как только до потерпевшего крушение корабля останется метров сто, в колодец будет спущен термоядерный заряд, и подорван, для полного уничтожения объекта. Как минимум потому, что раса тагарон имела чудную привычку снаряжать свои корабли самоуничтожителями с чрезвычайно мощным зарядом. И Виктор не хотел гадать что там будет Землёй при таком мощном взрыве, да ещё и в центре огромного ледника.
Такая интенсивная деятельность, даже в Антарктиде, не могла остаться в тени, и десятки разведывательных самолётов, беспилотников, и наземных групп утюжило пространство над местом, где был раскрыт купол безопасности.
Купол бы не настолько мощным чтобы отбросить идущего человека, но был достаточно силён чтобы летательные аппараты ломались при попытке перехода. Но всех людей так или иначе попавших внутрь, встречали боевые роботы, которые выбрасывали всех посетителей за границу полусферы.
Особенно непонятливые, пробились через защитное поле, с оружием в руках и устроили бой с роботами, а в итоге тоже были вытолканы наружу. В пластиковых мешках.
К удивлению Виктора, руководство России не интересовалось чего это он затеял в Антарктиде. Скорее всего после неудачного захода генерала Скворцова, и его быстрого ухода на пенсию, никто просто не решался задать этот вопрос Макарову, пребывающему в странном статусе советника главы государства.
А самому президенту эта суета как раз была на руку, потому что она отвлекала врагов от того что твориться в самой России, и отвлекала их ресурсы на совершенно бесплодное занятие, а именно поиск подходов к полковнику Макарову, и реализация их.
Макаровым были заняты полевые резидентуры, им занимались аналитические центры, фабрики идей, и агенты среди платных правдолюбов, и борцов за всё хорошее против всего плохого, но полковник был недосягаем. Максимум его общения с людьми это или присутствие на совещаниях, или посещение «клуба по интересам» с весёлыми девицами.
И всё это давало президенту широчайшее поле для различных геополитических игр, и вообще работы как за границей страны, так и внутри, где вновь начало увеличиваться количество тех, кому Россия нужна была лишь в качестве места первоначального накопления капитала.
Для дымовой завесы, полковник Макаров подходил идеально. Он был непонятен, он был вне контакта, не имел родственников и близких друзей, и вот единственного человека, через которого на него можно было хоть как-то надавить, он с шумом и песнями вырвал из тюрьмы, при этом, почти развалив её.
Лао Ше, председатель госсовета Китайской республики тоже довольно потирал руки, потому что даже его враги как-то резко озаботились полковником Макаровым, совершенно позабыв про права угнетённых китайцев, зелёную энергетику и прочие хорошо оплачиваемые темы для коллективных рыданий.
Но при том, что сам Макаров выглядел со стороны полным отморозком и головорезом, на деле он оставался человеком системным и вполне дисциплинированным, и отвечая президенту на возможность пошуметь, лишь коротко кивнул:
— Сделаем.
Вот и делал, создавая собой завесу. Ведь ту же операцию по спасению Елены можно было провести тихо и без прожекторов и телекамер, и общественный резонанс был бы на порядок или два порядка меньше. Даже раскопки в Антарктиде, можно было бы замаскировать научной экспедицией, и никому до того не было бы никакого дела, кроме горстки учёных.
А прикрытие требовалось всегда, особенно в мире, где мнением людей так легко манипулировать. Крупные научные коллективы сходились в схватках через зрителей и слушателей, в итоге вызывая в голове жителей планеты настоящий торнадо, где мимо ошалевшего зрителя проносилась экономика, наука, религия, адские суеверия, и откровенная ложь.
И в этом же смерче, летал образ Макарова. То бандита и отморозка, то загадочного словно Доктор No из Бондианы, а то просто медийного персонажа на которого при необходимости накидывали нужный пиджак.
А самому Макарову вся эта возня была глубоко безразлична. Своих проблем хватало. Тут и выпуск очередной четвёртой уже истребительной эскадрильи, окончание производственной программы «Горняков» — добывающих кораблей, с возможностью транспортировки руды, начало программы по строительству на Марсе полноценной производственно-боевой базы, и довольно тяжёлое объяснение с Леной, которая, как только вылезла из медотсека, сразу попыталась устроить погром, но оперативно была успокоена медицинским роботом, вколовшим ей успокоительное.
А когда прибыл Виктор, Елена уже успокоилась, но от этого разговор не стал проще. Выяснилось, что Виктор ей кругом должен и что это именно он виноват в том, что она оказалась в американской тюрьме.
— Так. Я вижу ты не в себе. Виктор спокойно выслушал весь поток обвинений, и встал. — Сейчас я тебя загружу в свой транспорт, и отвезу твоим командирам в Разведупре. Там с ними скандаль.
И видя, как Елена вскинулась, собираясь что-то сказать, дал команду роботу, и от новой порции успокаивающего, она просто вырубилась.
Так Елена вновь исчезла из его жизни, и он был твёрдо уверен, что навсегда. Виктор никогда не любил ни истерик, ни скандалов, и как только человек находящийся рядом нарушал это правило, то он сразу же расставался с ним, невзирая на любые проблемы, которые могли возникнуть.
Да, Елена побывала в крайне тяжёлой ситуации, но это по мнению Виктора не повод начинать разговор со скандала. Тем более что он к её аресту не имел никакого отношения.
История оставила на душе неприятный осадок, но тот был быстро сметён потоком дел и забот.
Началось формирование корпуса корабля — матки который должен был дойти до Марса и начать строительство там базы, а также сборка роботов — строителей, и главного ядра базы — завода по производству нанокомплексов, и рекомбинации органики. Собственно, это всё что нужно будущей базе для собственного воспроизводства и начала строительства кораблей любых размеров исключая крепостные станции, орудия для которых производились особым образом. Виктор полагал, что ограничение на изготовление стволов особой мощности наложено специально для ограничения в распространении технологий, но у талгор уже не спросить.
Но на каждую хитрый лабиринт, всегда есть навигатор с целеуказателем, и существующее ограничение Макаров собирался обойти, просто увеличив количество стволов. Да, в таком варианте расход энергии совершенно не оптимален, но ему не нужны тысячи кораблей. Планета Земля не была лакомым призом для всяких космических проходимцев, так что достаточно вывесить на дальних орбитах пять — шесть мощных кораблей, чтобы любые захватнические рейды сразу потеряли смысл. Звёздные капитаны ведь идут не за драками, которые приносят лишь расходы. Они ищут доход, и желательно без криков, шума и стрельбы.
Поэтому в качестве орбитальной крепости, Виктор выбрал корабль похожий на сплюснутый шар, с пушками по всей окружности, и тремя мощными реакторами. Строить их должны были на Марсе, где только начинала разворачиваться новая база.
За неделю, роботы продолбили прочный реликтовый лёд, на всю глубину до самого корабля, и как ни душила жаба, Виктора, он скрепя сердце уже отдал приказ на уничтожение корабля термоядерным зарядом малой мощности. Он стоял на краю десятиметрового колодца который продолбили или точнее сказать проплавили роботы в толстом льду, когда всю операцию вдруг не остановил ЦиР Даранг.
— Прошу подтверждения исполнения операции.
— Что случилось, Даранг? — Виктор отошёл от края, и зайдя в корабль сел в пилотское кресло и включил экран, с визуализацией лица цифрового разума.
— Это не разведчик. — Сразу ответил Даранг. — Это вообще не творение расы тагарон. Этот корабль не значится в каталоге. С точки зрения логики и правил, ты спокойно можешь уничтожить его, не вступая в контакт.
— Издалека начал, да? — Виктор рассмеялся. — Давай, переходи к сути.
— В корабле могут находится опасные для жизни формы, вирусы, и живые представители крайне опасных разумных.
— То есть ты перекладываешь всю ответственность за решение на меня? — Макаров покачал головой. — У меня странное ощущение, что ты так быстро очеловечился. Скоро откроешь свою страничку в сети, и будешь делиться видеороликами с котятами и прочим…
— Так взрываем или нет?
— Нет конечно. — Виктор вздохнул. Риск конечно большой, но мы постараемся минимизировать его. — Он задумался на короткое время. — Заряд ты всё равно размести на корпусе, и слушай радио. Если я вдруг замолчу хоть на минуту, или если скажу кодовое слово, скажем «саванна» то сразу взрывай.
— Вместе с тобой?
— Да. — Виктор кивнул. — Жизнь всей планеты для меня куда дороже чем моя собственная.
Чтобы не городить лестницу, Виктор спустился вниз на спине штурмового робота, который полз по стене ледяного колодца уверенно и быстро словно лимузин по проспекту.
Внизу, строители ещё доделывали узкий спиральный проход вниз, к чужому кораблю, другие машины устанавливали взрыватель на термоядерный заряд, а третьи уже выстроились цепочкой, поднимаясь вверх, покидая опасную зону.
Виктор присел в уголке, глядя на суету своих механических помощников, и когда строители стали выходить из наклонной галереи, кивнул самому себе, и пошёл по наклонному проходу, который шёл вокруг длинного цилиндрического корпуса корабля к к уже вскрытым дверям.
Одетый в тяжёлый пилотский скаф, Виктор совершенно не ощущал холода, и только прохладный воздух, касавшийся открытого лица, немного остужал кровь, которую горячила встреча с неведомым.
Несмотря на окружавшие его чудеса, Виктор так и не привык ко всему этому. Роботам с интеллектом среднего человека, которым можно было скомандовать «Привести в порядок местность», и быть уверенным в том, что этот приказ будет исполнен. И к нанокомплексам способным за пару дней превратить глубокого старика в человека в расцвете сил, или залечить самые тяжёлые травмы.
И сейчас идя по ледовой галерее вокруг бортов космического корабля, вросшего в лёд Антарктиды миллионы лет назад, он усилием воли сдерживал себя, чтобы не побежать к входу, хотя понимал, что за миллионы лет, в живых если что и осталось, то только вирусы. Но против них даже у землян было что поставить. Та же хлорка убивала с гарантией все существующие формы жизни, так что об этом Виктор не переживал. Но вот полезного могло быть много. Даже поверхностное изучение корабля, не значившегося в реестре телгор, может быт очень полезным.
Среди знаний, которые Виктор приобрёл с имплантом и двумя последующими расширениями, как исполняющего обязанности капитана и как полноправного капитана, было много знаний об ушедших и существующих расах вселенной.
Несмотря на разнообразие форм жизни во вселенной, все существа приходили к единой модели. Две ноги, две руки, голова на поворотном основании, с мозгом внутри, и всё это высотой от полутора до двух с половиной метров. Даже улгару, произошедшие из морских беспозвоночных, обрели в ходе эволюции скелет, кровеносную систему, голову с глазами и руки с пальцами. Правда пальцы были с четырьмя суставами, но улгариец попавший на улицу земного города вызвал бы интерес лишь голубоватой кожей.
Поэтому вход в корабль, был просто бронезаслонкой метра три высотой и около пяти метров шириной.
Монтажники, вскрывшие дверь, уже ушли и рядом стояли только штурмовые роботы, державшие вход под прицелом тяжёлых импульсных ружей, стрелявших стальными болванками, разогнанными до трёх скоростей звука.
Виктор был вооружён лучевым автоматом, имевшем размеры примерно с АКСУ-74, и пистолетом Сокол — 98, оставшимся ещё со времён его сталкерства. 12 миллиметров, усиленный патрон, и большой двенадцатизарядный магазин. Пуля снаряжённая чистым «стальным мхом» разрывала человека, в клочья вместе с бронежилетом, а стальную пластину толщиной в три сантиметра пробивала насквозь, так что Виктор больше доверял своему пистолету чем инопланетному оружию.
Внутри корабля было темно, и автоматически включился нашлемный прожектор, осветивший пространство чужого звездолёта. Интерьер корабля не имел острых линий и даже стыки пола стен и потолка были заглажены, а проходы между помещениями имели скруглённые углы. В некоторых местах были видны следы вскрытия бронезаслонок, но в целом корабль не производил впечатления руин. Везде было чисто, панели сверкали в лучах прожектора, а ровные ряды чёрных экранов, отражали блики света.
В месте, которое Виктор определил бы как рубка, было так же тихо, темно и совершенно безжизненно, как и в других помещениях. Понятно, что не просмотренными оставались служебные полости, внутренние коммуникации, и прочее, но в общем всё было так как Виктор и ожидал от корабля, которому много миллионов лет. Да, возможно корабль и был построен суперцивилизацией, но всё же срок запредельный, и ни один механизм или устройство не может работать так долго. Но несмотря на это, он ни к чему не прикасался, и вообще старался даже меньше шуметь, хотя на совершенно мёртвом корабле это было абсолютно бессмысленным.
Спустившись в трюмный отсек Виктор чуть замешкался, выбирая куда пойти, но вдруг услышав что-то очень похожее на звук упавшей капли, решительно пошёл в центральный коридор. Тот сначала ушёл резко влево, а затем закончился приоткрытой дверью за которой был высокий, больше шести метров в высоту, зал, в центре которого стоял цилиндр из прозрачного материала, диаметром в несколько метров в котором в окружении трубок и проводов находилось тело женщины, с рельефно прорисованной мускулатурой и явно выраженными половыми признаками.
И тело, и трубочки, плавали в прозрачной жидкости, которая заполняла весь цилиндр до самого верха, и там вверху что-то едва слышно постукивало. И снова тишину нарушил звук упавшей капли.
Подойдя ближе к цилиндру и приглядевшись, Виктор увидел крошечные пузырьки, поднимающиеся снизу, и медленную едва заметную пульсацию трубок.
Лицо её, с торчавшим из рта загубником, было где-то на уровне головы Виктора, который был почти два метра высотой, а кончики пальцев ног едва касались решётки на уровне пола. Несмотря на загубник, искажавший пропорции лица, видно было что женщина настоящая красавица, ближе к скандинавскому типу, вокруг которого медленно колыхалась густая грива совершенно белых волос.
Женщина конечно была мертва. Никакой технике не поддержать организм в течении многих миллионов лет, но аппаратура как-то работала, что и выражалось в неспешных колебаниях жидкости, пузырьках и каплях.
Виктор ещё раз обошёл весь зал, и присел в кресло у какого-то пульта. Детектор не обнаружил никакой жизни в корабле. Корабль был абсолютно стерилен, включая поверхность. Не было ни опасных жидкостей, ни опасного оружия, и только в зале где находился Виктор, едва теплилась какая-то жизнь.
В целом, корабль был безопасен, и можно было поднимать его на поверхность для вдумчивого потрошения, или сделать это организовав лаборатории и производственные помещения прямо в толще антарктического ледового щита, тем более что на трёхкилометровую глубину вряд ли пробьётся кто из представителей земных государств.
Он снова прошёлся по залу, отметив что тело у женщины довольно хрупкого телосложения, но вполне вписывается в земную норму, а вот мышечная фактура видна очень хорошо, благодаря тому, что подкожный жир видимо отсутствовал как класс.
Осторожно приоткрыл пару шкафчиков, но увидел только ряды погасших экранов, и органы управления. Многое могли бы прояснить личные вещи, но таковых в корабле не было.
Его внимание что-то вдруг привлекло, и остановившись он внимательно и цепко оглядел зал, прислушиваясь ко всем звукам, и имплант отреагировав на бессознательную команду, усилил звук так что Виктор теперь слышал всё вплоть до поскрипывания сочленений штурмовых роботов у входа в корабль.
И через минуту он понял, что заставило его напрячься. Звуки капели стали намного чаще, и в них вклинилось негромкое гудение какого-то двигателя.
Подойдя к баку где плавала незнакомка, он пробежался взглядом по трубочкам и проводкам отметив что они стали колыхаться куда как чаще, а от огромного количества мелких пузырьков, жидкость в баке стала намного менее прозрачной.
Виктор уже открыл рот, чтобы произнести сакраментальную фразу о чьей-то матери, когда девушка открыла глаза.

Глава 19

Политика — искусство управлять баранами так, что они ощущают себя людьми.
Меер Ротшильд

В ответ на захват корейского газовоза сомалийскими пиратами, третья рейдовая группа Тихоокеанского и Черноморского флотов, несущая службу в районе Красного моря, Аденского залива, и Аравийского моря нанесли ракетный удар по плавучим базам и портам пиратов в районе побережья Сомали. Морские пехотинцы с крейсера «Нахимов», освободили судно и экипаж захваченные пиратами. 
Во исполнение решения Совета по Морскому Судоходству, продолжается широкомасштабная операция по ликвидации морского пиратства в Южно-китайском море, море Сулавеси, Моллукском море и Максакарском проливе. Быстроходные экранопланы флота Китайской Народной Республики, при поддержке морской авиации, и службы космической разведки ведут поиск и уничтожение баз пиратов. Также досматриваются суда с целью выявления контрабанды, и каналов доставки наркотиков. 
И здесь огромную помощь осуществляют беспилотные рейдовые корабли Тихоокеанского флота, имеющие на борту детекторы, определяющие наличие наркотиков на корабле на дистанции более ста километров, и имеющие на борту оружие способное остановить нарушителя, и даже утопить его в случае неподчинения приказам. 
Медиапортал Новости Планеты. 5 апреля 2091 год.  

Антарктида, Северное Плато. 
Через полминуты жидкость стала быстро уходить, а прозрачный стакан, опускаться вниз, оставляя женщину стоять на решётке, которая оставалась на уровне пола.
Женщина, видимо ничуть не тяготясь наготой, неторопливо начала отстёгивать и вырывать из тела катетеры, иглы и последним выплюнула загубник, полностью открывая красивое, чуть вытянутое лицо, с бледными губами, белёсой кожей, высокими скулами, прямым носом и огромными глазами необычного тёмно-синего цвета.
Освободившись от системы жизнеобеспечения, она прошла по полу, оставляя мокрые следы вполне привычного вида, и подойдя к внешне монолитной стене, дождалась, когда её поверхность раскроется створками. Вытащила небольшой пакет, размером с ладонь, сжала его в руках, и серебристая плёнка, начав с рук, быстро обтекла всё тело, оставив только голову ступни и кисти.
На ноги незнакомка надела что-то вроде бахил, но те тоже недолго оставались бесформенной кучей, быстро съёжились, обтянув ногу как носок. Одевшись она шагнула вперёд и остановилась в двух шагах от Виктора.
«Ментальная атака. Блокировано.» — Доложился имплант. Забрало шлема захлопнулось, а броня окуталась розоватым свечением.
Девушка покачала головой, провела рукой по воздуху, и между ней и Макаровым возник светящийся прямоугольник где были столбиком перечислены языки планеты Земля, в хаотичном порядке.
Виктор чуть подавшись вперёд ткнул пальцем в слово «Русский», и увидел, как, сразу табличка погасла, а глаза женщины закрылись. Она постояла так некоторое время, и когда открыла, то взгляд её был уже не взглядом отстранённого божества, а вполне живым и даже чуть насмешливым.
— Давай знакомиться. — Голос у незнакомки был певучим, мягким, и каким-то бархатистым. — Я Миро эл Сарха Тиновеарса лигана эл Тарсо. Я знаю, что у вас на планете в ходу короткие имена поэтому можешь называть меня Тарси.
— Макаров Виктор Сергеевич. — Виктор дал команду шлему втянуться в воротник костюма и кивком головы обозначил поклон. — Если желаете, можем подняться на борт моего корабля, и там поговорить.
— И ты совсем не боишься? — Женщина игриво округлила глаза.
— Бояться вообще не в моих правилах. — Виктор улыбнулся. — Я лишь принимаю меры. Вот и сейчас если что пойдёт не так, то мы просто погибнем вместе. Не думаю, что вы переживёте мою страховку.
— Ты про бомбу, которую закрепили на обшивке корабля? — Она заливисто рассмеялась. — Ну, да. Шансов практически нет. Но ведь и ты умрёшь?
— Это моя профессия. — Спокойно объяснил Виктор. — Умереть при необходимости.
— Ого. — Тарси вновь громко рассмеялась. — Прямо Этаргалом повеяло. Шум знамён, грохот боевых машин легионов… Никому умирать не нужно. Ну во всяком случае сегодня. Корабль стерилен, от всех видов био и техногенных вирусов, и не имеет на борту ничего что может повредить жизни. Ну конечно если не начать дырявить топливные ёмкости и ломать главный привод.
Виктор кивнул, принимая информацию к сведению, и пошёл вперёд, показывая дорогу. В Антарктиду он летал на небольшом разъездном корабле малого класса, но несмотря на относительно скромные размеры, в корабле была большая кают-компания, и довольно удобные капитанские апартаменты из трёх комнат.
Сервы уже приготовили стол с лёгкими закусками и поставили пару кресел, поэтому, когда Виктор усадил гостью и сел сам, ему оставалось лишь подождать пока Тарси коснётся каждого вида еды пальцами.
— Отравы не обнаружено? — С усмешкой спросил он.
— Ядов конечно нет, но биохимия сложная штука, и весьма возможно то какие-то из видов растений, которые вы едите совершенно свободно, могут причинить мне массу проблем.
— У вас встроенный детектор? — Виктор налил в чашку чай, и пододвинул гостье.
— Можно и так сказать. — Она легко коснулась поверхности напитка, и кивнув, пригубила. — Система имплантов с центральным ассистентом. Примерно такой же как у тебя, но с развитой периферией.
— Вы так легко читаете все устройства? — Виктор покачал головой.
— Да. Благодаря импланту. — Женщина кивнула. — Можно выполнить одну просьбу? — Она поставила чашку на стол. — В моей культуре на «вы» обращаются только к богам, имея в виду что они образуют Великий Божественный Круг. И я не могу обратиться к кому-то одному. Мне конечно очень лестно, что ты обращаешься ко мне как к богам, но это меня немного нервирует. Получив знания твоего языка, я конечно частично ознакомилась с культурой и знаю, что у вас обращение в множественном числе есть просто проявление вежливости, но я не вижу в чём проблема, называть меня на «ты».
— Нет никакой проблемы. — Виктор пожал плечами. — Просто непривычно, и для меня сразу сокращает дистанцию. Вроде как мы уже друзья. А я о тебе знаю только имя, и то, что твой корабль провалялся во льдах чёрт знает сколько миллионов лет.
В ответ женщина громко расхохоталась.
— Нет конечно. Какие там миллионы. Просто корабль, раскалённый полётом через атмосферу, расплавил лёд, и он погрузился так глубоко. Я пробыла в гибере всего лет сто. И то, корабль почти умер, поддерживая мою жизнь за счёт собственных ресурсов. Но если ты поделишься кое-какими материалами и металлами, я смогу восстановить корабль до лётного состояния. И предвосхищая следующий вопрос. Нет, мне ничего не нужно. Я вообще здесь оказалась случайно.
— Я больше всего удивляюсь твоему знанию моего языка. Речевые обороты, идиомы…
— На самом деле с тобой разговаривает имплант. — Женщина улыбнулась. — Я только формирую фразу в голове на своём родном языке, а переводит имплант который и управляет голосовыми связками. А он находился в активном состоянии и довольно долго подслушивал и подглядывал всё что происходит на планете. Слушал радио и наблюдал видеотрансляции, перехватывал сетевой поток. Лишь последние двадцать лет, наблюдательная активность упала почти до ноля, и то лишь вследствие полного исчерпания топлива в реакторе. Так что у него было время подготовиться.
— А зачем ты ушла в гибернацию? — Виктор тоже налил себе чай, и разом выпил половину чашки, избавляясь от пересохшего горла. — Нельзя было заполучить нужные материалы сто лет назад?
— Нет конечно. — Женщина взяла в руку яблоко, и стала его аккуратно есть, хрустя сочной мякотью. — Если бы я сто лет назад обратилась с просьбой предоставить мне структурированный субстрат для фабрики наноботов, то боюсь меня бы для начала просто не поняли. Так что подождать было правильной стратегией. Хотя твой скафандр и корабль сильно не соответствует уровню местной цивилизации. Тоже пришелец?
— Нет, местный. — Макаров улыбнулся. — Так вышло, что у меня прижилось зерно импланта, и корабль талгор признал меня за командира.
— А, механоиды. — Тарси кивнула. — В мирах разумных многие бы с удовольствием покопались в их наследии. А такого чтобы имплант прижился я вообще не слышала. Так что ты весьма удачлив. Небось и нанофабрика есть?
— Даже две. — Виктор кивнул. — Одна здесь на земле, а другая на другой планете, там, где достраивают полноценную базу.
— Подожди. — Женщина подняла руку останавливая Виктора. — На талгорском корабле не может быть больше одной фабрики, и то в редких случаях. Одна на несколько тысяч кораблей. Но у них у всех ограничение на воспроизводство самих себя. И если ты сумел воспроизвести ещё одну фабрику, значит у тебя изначально комплекс нулевого класса. Без ограничений. Что снова доказывает твою невероятную удачливость.
— Да, похоже на то. — Виктор улыбнулся. — Но и проблем всё больше. Лагорцев тут недавно подловили. Можно сказать, чудом отбились.
— А… ещё одно механическое стадо, потерявшее своих пастухов. — Тарси негромко рассмеялась. — Однако считаются достаточно опасными противниками. Так что у меня к тебе есть предложение. — Она чуть помедлила. — Я беглянка. По вашим меркам — очень издалека. Может поэтому корабль не значится в твоём каталоге.
— И тебя будут искать? — Уточнил Виктор. — Какими силами, что будут делать, когда найдут?
— Что найдут — это сомнительно. Даже этот сектор вселенной — сотни тысяч галактик, в которых несчётное количество миллиардов звёзд. И по этим же причинам искать не будут. Но корабль мне всё равно нужно починить. Будет на чём убраться в миры илкоро. Там вроде всё добрее чем у нас.
— Прости, наверняка я лезу не в своё дело, но что нужно сделать, чтобы потребовалось бежать в другую галактику?
— Это просто. — Женщина усмехнулась. — Наши правители увлеклись имплантами. Зачем воспитывать специалиста, когда можно напичкать его базами знаний, и рефлексами, снятыми с лучших учёных и бойцов расы? Вот и начали… модификацию.
Первую тысячу лет это дало огромный прирост в производстве и общей экономической эффективности. Представляешь, общество, состоящее не из баранов как обычно, а из пусть плохоньких, но вполне вменяемых специалистов?
Время шло, импланты становились всё мощнее, а центральный процессор брал на себя всё больше функций, как например регулирование гормонального фона, давления и частоты сердцебиения. Средний уровень представителя расы вырос, а вот гении выродились. Просто перестали появляться в обществе. Гений — слишком тонкая материя, чтобы ей можно было управлять машинным интеллектом.
На старом технологическом заделе мы прожили ещё тысячу лет, но постепенно разложение коснулось всех слоёв общества. Самыми популярными имплантами стали усилители эйфорических ощущений, и модификация половых органов. Общество заполненное особями с самыми затейливыми половыми органами но не умеющее даже разжечь костёр или наточить нож — обречено.
Тогда группа учёных в числе которых был мой отец, организовали побег, чтобы основать новую колонию, и не повторять прошлых ошибок, но не учли реакцию Главного Процессора. Колония была уничтожена, а мне удалось сбежать только потому, что я чинила корабль, потерпевший аварию в поясе астероидов.
Дальше был прыжок на максимальную дальность и на пределе накопителей корабля, и я оказалась в районе вашей планетной системы. Так что искать меня точно не будут.
— А эти илкоро, они что за раса?
— Тип средний. Похожи на вас. Раса как раса. — Женщина покачала головой из стороны в сторону что было для неё аналогом пожатия плечами. — Технологический уровень — пространственные порталы, и пикотехнологии атомного инжиниринга. Можно сказать — отличное место для жизни, если не учитывать маленькую подробность. Они сцепились с расой мороуган, и дело дошло уже до орбитальных бомбардировок.
— А есть старые расы, дошедшие до истинного могущества? — Задал Виктор, действительно волнующий его вопрос.
— Говорят есть. — Тарси усмехнулась. — Но никаких доказательств, или материальных артефактов. Только слухи и невнятные разговоры по кабакам на узловых станциях.
— Я думаю, что, если у тебя так остро стоит вопрос с местом жительства, я думаю это можно решить. — Виктор улыбнулся. — Мы конечно не можем делать порталы и строить атомы по своему желанию, но зато у нас есть места где за десять дней пути можно не встретить ни одного человека, и при этом быть на связи.
— Ты представляешь какую-то государственную структуру?
— И это тоже. — Макаров кивнул. — Моё государство расположено в одиннадцати часовых поясах, из двадцати четырёх. Есть и шумные города, и сонные посёлки, и просто безлюдные места. Так что живи себе на здоровье. Требование одно. Не вредить моей стране.
— И даже не попросишь поделиться технологиями? — Лицо у Тарси удивлённо вытянулось.
— Зачем? — Виктор вздохнул. — Мы никак не можем переварить даже то что на нас свалилось от щедрот талгорцев. За что ни возьмись — везде нужно вначале вливать огромные деньги на исследования, а после строить новый завод, или переобучать людей, а чаще и то и другое сразу. По правильному, нужно конечно запрягать учёных всего мира, но мы живём с очень неспокойными соседями, и я гарантирую что любое научное достижение враждебных к нам стран будет использовано для политического давления, а в перспективе и для войны. Но сейчас ситуация в нашу пользу. К нам никто не посмеет сунуться, а мы можем спокойно заниматься своей страной.
— А мой корабль?
— А что, корабль? — Удивился Макаров. — Дам команду, и его сначала аккуратно поднимут на поверхность ледового щита, а затем перевезут на одну из баз для восстановления. А ты можешь попутешествовать по России, и дружественным странам. Хочешь в одиночку, хочешь в компании. Я думаю, что для наших учёных будет за счастье поговорить с живым представителем иной цивилизации.
— Наверняка. — Женщина негромко рассмеялась. — Учитывая, что моя основная специальность развитие цивилизаций. А ты чем будешь заниматься?
— Да всё тем же. — Виктор улыбнулся. — Хочу создать здесь самоподдерживающуюся систему планетарной обороны, и можно, наверное, посмотреть другие миры. Хотя, судя по твоим рассказам, везде беспорядок.
— Как сказал великий Ургил Амброс тио, нам досталась неправильная вселенная. — Тарси негромко хлопнула в ладоши, отдавая дань гению давно умершего учёного.
— У нас тоже был великий учёный и друг всех физкультурников. — Виктор улыбнулся. — Перефразируя его можно сказать: «У меня нет для вас другой вселенной».
Несмотря на некоторые опасения Виктора, вопрос с гражданством беглянки решился мгновенно, а когда женщина пообещала прочитать серию лекций по истории цивилизаций этого сектора вселенной, начальство совсем подобрело, и единым росчерком задарило инопланетнице уютный дом в закрытом посёлке и выделило в сопровождение трёх человек.
Корабль Тарси Виктор перевёз на Лунную базу, где, следуя её инструкции в баки засыпали и залили много разных технологических жидкостей, заодно выяснив по пути почему корабль не значился в базе. Беглянка летала на переделанном добывающем модуле, которые по определению не входили в список кораблей, так как изначально не предназначались для пассажиров. Но видимо беглецам было не из чего выбирать, и корабль приспособили под перевозку людей, заодно воткнув три капсулы гибернатора. А сама раса сархатов была вполне известна и имплант даже показал их ареал обитания подсветив небольшое шаровидное скопление звёзд.
Корабли сархатов тоже умели восстанавливаться сами, и уже через два месяца бот Тарси сигнализировал о готовности к полётам восстановив более половины своих возможностей.
По этому случаю Виктор решил отыскать свою крестницу в Москве, чтобы торжественно вручить ей противоугонный брелок, который подключил к системам корабля, заставив реагировать как обычный автомобиль — вспыхивать бортовыми огнями, и издавать короткий звук.
Женщина уже проехалась по Сибири и Дальнему Востоку, и осваивалась в Москве, читая лекции узкому кругу специалистов госструктур, свой профильный предмет — развитие цивилизаций.

Россия, Москва. 
Над Москвой было открыто небо для воздушного транспорта, правда только по специальным разрешениям, и в определённых коридорах. Но рядом с зданием ГРУ на Гризодубовой, была посадочная площадка и Виктор свободно посадил свой катер, заняв целых три посадочных места.
Мотаясь по делам в разные места он давно уже не надевал мундир, а носил пилотский комбинезон, который мог принимать любую форму, и цвет, так что сидя за штурвалом космокатера он был в защитном скафандре, а на бетон посадочной площадки шагнул уже полковник, одетый в идеально сидящую общевойсковую повседневную форму со своими знаками различия.
Тарси он нашёл в одном из конференц-залов. Читая лекцию, иллюстрированную материалами со своего коммуникатора, она отвечала на вопросы, ведя себя с уверенностью опытного преподавателя, и одетая в белый брючный костюм, практически ничем не была похожа на инопланетянку, кроме огромных глаз, спрятанных большими тёмными очками.
…таким образом главная проблема для любого общества, не экология, не производство и не экономика, а надёжная и эффективная система воспроизводства элиты, захватывающая в свою сферу все слои общества. Осуществляющая безусловные социальные лифты как вверх, для тех, кто помогает обществу становиться сильнее так и вниз, для тех, кто его ослабляет. Спасибо, лекция окончена. Если у вас остались вопросы, можете их задать.
— А какие течения внутри общества считаются наиболее деструктивными по отношению к общему прогрессу? — задал вопрос моложавый генерал, и Виктор остановился чтобы послушать ответ.
— Их наиболее деструктивных — две. Это все религии, провозглашающие жёсткие социально-бытовые конструкты, как правило родом из предыдущих социальных формаций и группы, прикрывающих свою деятельность громкими лозунгами спасения избранных и готовые ради своих финансовых интересов уничтожать любые группы людей и народы.
В цивилизованных государствах, такие сообщества сразу причисляют к экстремистским, и ставят под гласный надзор безопасности и полиции. В целом они протестуют против прогресса лишь в конкретных местах, где ведут экономическую деятельность конкуренты их хозяев, так что стоит прервать их финансирование, как активность экологов — общественников идёт на спад.
Тарси говорила свободно, но Виктор через какое-то время понял, что дикция, и мимика у неё поменялась довольно сильно. Временами проскакивали языковые артефакты, которых он ранее не замечал. С чем это было связано, женщина сама объяснила, когда вопросы иссякли, и она вышла из аудитории.
— Добрый день. — Она вежливо кивнула Виктору, и подхватив его под руку, пошла рядом. — Я бы сейчас перекусила, если ты не против.
— Хорошо. — Виктор кивнул. — Если хочешь, здесь на этаже есть очень приличное кафе, ну и в округе с десяток хороших ресторанов. Кстати, по дороге можешь рассказать мне почему у тебя так сильно поменялась дикция и вообще мимика?
— Имплант. — Коротко пояснила женщина. — Теперь, когда я выучила язык, помощь импланта не нужна и я говорю сама. Ну и естественно допускаю мелкие ошибки. Язык-то не родной.
Устроились они в ресторане «Лагуна» рядом со зданием управления, и в ожидании заказа, Виктор положил перед Тарси ключ с брелоком.
— Твой корабль готов.
— А это? — Женщина ткнула пальцем в брелок.
— Ну, такая шутка. — Макаров улыбнулся. — Вроде как противоугонный брелок. Нажимаешь кнопку, двери открываются, зажигается бортовой свет, и раздаётся писк центрального загрузчика.
— Смешно. — Тарси улыбнулась, и забрав брелок спрятала в карман.
— Я могу перевезти твой корабль сюда на землю. Он небольшой. Можно замаскировать его под водонапорную башню, и держать под рукой.
— Нет необходимости. — Тарси небрежно взмахнула рукой. — А вот от катера как у тебя я бы не отказалась.
— Не вижу препятствий. Это обычный шахтёр-рудовоз, только без добывающего комплекса и грузового отсека. Только тебе нужно будет выправить документы и получить опознаватель, для полётов над Россией и Китаем.
— А над всем остальным миром? — Тарси усмехнулась.
— Россию и Китай прикрывают орбитальные платформы с лучевым и гравитационным оружием на борту, и с гравидетекторами. Так что могут просто сбить и всё. А на остальной территории есть конечно какое-то ПВО, но для нашего катера — это не угроза. Так что будешь летать где захочешь. А начнут шалить, так там по бортам две лучевых спаренных пушки. Прочихаться дадут любой противовоздушной обороне.
— А можно ещё попросить десяток ремонтников?
— Да хоть сотню. — Сразу ответил Виктор. — А зачем тебе? Какой-то ресурс хочешь тут поискать?
— Да. В спутниках Юпитера должен быть шарал — сверхтяжёлый металл, который может быть использован буквально везде.
— Везде? — Виктор удивлённо поднял брови.
— Ну, например, в порталах.

Глава 20

Если не шевелиться, то цепь на шее почти неощутима.
Джузепе Бальзамо граф Калиостро

С вами Руги Дастер, и вечернее шоу Планета. Здравствуйте мои дорогие зрители, и все, кто забежал к нам на огонёк этим вечером. Погода третий день радует Америку, обещая солнце на всех выходных. Это хороший повод чтобы выбраться на природу, или ещё куда где над головой не скучный бетонный потолок, а бескрайнее синее небо. 
Но вглядываясь в эту глубокую синь, мы вдруг можем увидеть мелькающие по небу искры, которых в последнее время стало необычайно много. Да, друзья. Это опять русские. Те злобные инопланетяне, которых мы встретили атомной бомбардировкой, распылив их на сотни миль, упали в огород к русским почти неповреждёнными, и что удивительно они смогли с ними договориться. Пока мы тут воевали с зелёными человечками, и со всем миром, Русские быстро так перетёрли и вот уже не мы, а они летают над землёй в новейших звездолётах, добывают металл в поясе астероидов, и торгуют чудодейственными препаратами, спасающими от любой болезни. Но позвольте! — Скажет любой из нас. На их месте должны быть мы! Мы же можем договариваться со всеми и дружить… Или нет? Кого мы там разбомбили последними? Ах, да. Мы ударили сами по себе, чтобы инопланетники не имели ни малейшего шанса на выживание. А ещё мы подняли на орбиту целую боевую станцию, заряженную атомными боеголовками, что конечно сразу вызвало огромную любовь к нам по всему миру. 
Русские опять нахлобучили весь мир, причём не особенно напрягаясь. И знаете, что в этой ситуации самое смешное? Наши политики, наши богачи, и звёзды, все смирно встали в очередь за русскими чудесами, держа деньги в зубах, как пёс несёт тапочки хозяину. 
CNN, Шоу Планета, 10 апреля 2091 года.  

Москва Кремль. 
Рабочий день президента огромной страны не имел ни временных ни пространственных границ. Вот и сейчас он просматривал документы находясь на борту своего самолёта, летящего над ночным Уралом. Дмитрий Кольцов, вышедший из военной разведки, несмотря на семидесятилетний возраст, выглядел максимум лет на тридцать, и в спортзале мало чем уступал бойцам его охраны.
А рецепт его внезапной молодости был прост. Лёгкая пыль небесно-голубого цвета, сначала добытая в месте крушения инопланетного корабля, а позже производимая на том же инопланетном оборудовании. Сложный композит наноботов различного назначения, в котором безуспешно пытались разобраться учёные Зеленограда, полностью восстанавливал организм человека до генного оптимума, залечивая в процессе, все ранее полученные травмы, и инфекционные заболевания включая даже самые тяжёлые генные нарушения.
Этот и другие препараты расходились штучными дозами за фантастические деньги, но накал всё не спадал. Стопроцентная эффективность даже самого недорогого инопланетного средства для ращения волос, заставляло людей выкладывать огромные средства.
И как-то вдруг встала проблема вложения этих средств. Скупать товары — бессмысленно. Так можно развратить людей в течении жизни одного поколения. Строить жильё миллионами метров, тоже не очень умно. Цена на квартиры сразу упадёт, а значит в страну ринутся мигранты.
Минфин было предложил начать скупать редкоземелы и драгоценные металлы, но тот же Макаров, как-то между делом вывалил триста тонн золота как отходы собственного производства, и тема умерла. Золота в космосе было столько, что уже сейчас из него можно было начинать делать бижутерию, и использовать в качестве антикоррозийного покрытия.
Лучшим предложением стало вкладывать деньги в инфраструктуру. Мосты, скоростные железные и автомобильные дороги. Автодороги строились по новому государственному стандарту, на толстом основании из гравия, высокопрочного бетона и с разделительной полосой по центру. Учитывая размеры России, эта тема могла впитать в себя и вдвое больше средств, и при этом не разрушить хозяйство страны дармовыми подарками.
Кроме того, повальная механизация сельского хозяйства ещё уменьшила количество людей занятых в производстве продуктов питания, и в города влилась новая партия бывших сельских тружеников. Конечно, не как в начале двадцатого века, но миллионов пять, сменило место жительства. И для них тоже пришлось в срочном порядке возводить дома.
Самый большой прибыток, от Макарова случился у военных, что тоже в общем объяснимо. Макаров — офицер, и мыслит, как военный. Оттого и боевые орбитальные платформы над страной, и уже десятки лёгких крейсеров, на разных орбитах, и тысячи разведывательных роботов по всей солнечной системе.
Да, Виктор Макаров был отморозком, но отморозком системным, и никогда не устраивал партизанщину, согласуя свои акции с руководством. И это тоже приносило свои плоды в виде изменения политической обстановки. Ощущение бессилия американцев на собственной земле, уже заставили их почти полностью вывести войска из Европы, и сократить военные базы по всему миру, размещая военных на собственной территории и вкладывая ресурсы в строительство радиолокационных станций по всей стране.
И уничтожение западной боевой станции, тоже было произведено с полного одобрения руководства страны. Да, вышло не так бескровно, как задумывалось, но тоже неплохо.
Президент встал, походил по кабинету подвигал руками, и подписав очередной документ, пододвинул к себе справку из военного ведомства, где они запрашивали новых инопланетных благ, а в особенности тяжёлых боевых роботов, и летающих роботов огневой поддержки пехоты.
Но здесь Кольцов был солидарен с советниками. В оснащение армии, и в народное хозяйство, шло только то, что могло производиться на заводах в России. Хотите иметь? Изучите, постройте завод, обучите людей, и владейте на все деньги. Конечно на всякий случай были и запасы боевых роботов всех модификаций, и другое оружие, но только как сопутствующий инструмент.
Поэтому на документе минобороны с требованиями инопланетных чудес, президент начертал «И кнопку „всех убить“ в придачу.» и отложил в папку просмотренных.
Вопрос с полковником Макаровым всплывал регулярно, и в разных вариациях. Нашлись даже люди, предлагавшие промыть полковнику память, и использовать его контакт с инопланетным искусственным интеллектом, «на всю катушку», но в силу очевидности провокационности таких предложений, советчики оказались на пенсии впереди собственного визга, а остальные сделали правильные выводы.
Правда жаловаться на Макарова не прекращали, и устно, и письменно, требуя, и доказывая, что без инопланетных подарков вся Россия тут же погибнет, и не восстанет более никогда. Так же были люди, которые выступали за широкую торговлю инопланетными чудесами, не думая о том, что такое огромное количество денег, просто негде потратить. Человечество успело нашлёпать столько необеспеченных денег, что всю Землю можно было купить три раза.
Пришлось Макарова переводить в Администрацию Президента, создав под него особый отдел с двумя сотрудниками. Самим Виктором Макаровым, и служащим, который отвечал лишь на один вопрос. «Где находится полковник и как с ним связаться».
В целом Виктор довольно удачно вписался в систему сдержек и противовесов, не встав на чью-то сторону, а потянув конструкцию в ещё одну сторону и придавая ей дополнительную устойчивость. И уже в этом качестве он стал активным звеном общегосударственной системы безопасности, а значит его личная безопасность тоже стала делом государственным.
Совсем другие мысли одолевали руководителей военных структур Европейских стран и США. Изначально они формировались не как защитники национальных территорий, а как силовое продолжение финансовых корпораций. Поэтому войны, которые они вели, были так или иначе спланированы именно финансистами. Это наложило свой отпечаток на всю многовековую историю Европы. Европа яростно защищала свои интересы на всех континентах, поливая денежное дерево кровью тех, кто стоял на пути благоденствия избранных.
Да, система фактически сгнила на корню, но у неё была огромная масса, и ещё лет на сто её точно бы хватило. Если бы не эта дурацкая с точки зрения теневых правителей мира, история с инопланетным кораблём. Теперь Россия получила мощнейший рычаг давления на всех богатых людей мира, потому что молодость и здоровье можно теперь купить за очень большие деньги, и лояльность по отношению к самой России.
Если раньше препараты можно было просто купить на аукционе, то сейчас человек должен был лично приехать в Россию, и если русские говорили «да», то оплачивал необходимое лекарство и тут же его принимал. Сделано это было якобы в целях дополнительного контроля за действием препарата, но все прекрасно поняли намёк, когда Карл Зелингманн — владелец огромной многомиллиардной империи, получил отказ в лечении и скончался, хотя доза Синего пепла могла его вылечить. Да, «свободная пресса» разразилась целым потоком грязи в адрес России, но миллиардера и олигарха это не спасло, а вот ещё кое-кто из инициаторов компании, попал в печальный список, кому инопланетные препараты не могли достаться никоим образом.
Сначала финансовые короли пытались давить на руководство страны, а когда попытки провалились, начали искать подходы непосредственно к Макарову. Именно реализацией этих планов была операция против Елены Талановой, данные на которую просто купили у одного из офицеров ГРУ. Да, человек после этого получил двадцать пять лет строгого режима, и разрушил не только свою жизнь, а жизнь своих детей, которых теперь не возьмут ни на какую серьёзную должность. Но самой Елене от того было не легче. Опытные психологи не только пытали её, что в общем норма в американских тюрьмах, но и ломали психику желая сделать из неё послушное орудие для реализации своих планов.
Но Макаров и тут сломал всю игру, отбив девушку с помощью своей армии роботов. И теперь аналитики строили разные планы в попытке как-то взять ситуацию под контроль. Проблема была в том, что сам Макаров мало появлялся в обществе, и ему нельзя было подсунуть нужного человека.
Инопланетянка появилась внезапно и с её появлением у аналитических служб появилась возможность зацепить самого Макарова, так как женщина вела открытый образ жизни, а полковник временами виделся с ней, и появлялся в различных публичных местах.
Обо всех этих раскладах, Виктор не догадывался, хотя конечно понимал, что интерес, который проявляют к нему иностранные спецслужбы будет расти пока не остановиться на отметке «уничтожить любой ценой». Но и это не слишком его огорчало. Каждой пуле не поклонишься, а ему было чем ответить на любой наезд.
Гораздо больше его занимала проблема с поиском шарала. Детекторов этого металла, было всего две штуки. Тот что установлен на борту корабля Тарси и тот что лежал в ремонтном комплекте, а производственный комплекс, который мог сделать послойное атомное копирование любого физического тела, только начал свою работу, и будет копировать детектор ещё несколько месяцев.
Поэтому поставив второй детектор на один из беспилотных поисковых кораблей, Макаров отправил его в пояс спутников Юпитера, где шансы найти редкий металл были выше. Одновременно с этим, по совету Даранга он ввёл в полётные задания роботов, поиск металлов тяжелее сто десятого элемента, и несмотря на то, что дистанция обнаружения детекторов талгорского производства была куда ниже, но всё же шанс нарваться на нужное был весьма велик. Хотя содержание шарала в осколках небесных тел было не выше полграмма на тонну.
Но тема имела смысл, как минимум для того, чтобы в распоряжении учёных появился новый металл добыть который на земле было вообще невозможно. А будут там порталы или нет, для Макарова было делом десятым. Он догадывался что для создания такого сооружения потребуется ещё много чего редкого и дорогого, так что строительство может затянуться на долгие годы, если не на десятилетия.
Тем временем знакомство Виктора и Тарси развивалось, и они стали появляться в разных местах, гуляли, слушали музыку, и даже путешествовали на корабле Виктора по самым красивым уголкам Земли, чем немало шокировали туристов и прочую публику.
Приземление рядом с туристическим объектом летающего объекта совершенно необычных очертаний, выход из него мужчины и женщины которые некоторое время любуются окрестностями а позже улетают, вызывало лютый скандал во всём мире, но в основном у властей хватало рассудительности не пытаться применить силу, или как-то обозначить своё неудовольствие. Слишком яркий пример был перед глазами. Американский фрегат «Fairness» — (Справедливость), стрельнувший по катеру парой ракет Aegis B9 просто исчез с радаров в короткой вспышке, не успев даже подать сигнал бедствия.
Водолазы и подводные беспилотники, пару недель искали хоть какие-то обломки, но не нашли ничего.
И это тоже не добавило любви к Виктору Макарову со стороны американских властей. Но поскольку они знали, что именно полковник Макаров обеспечивал поставки уникальных лекарств, то его ликвидация была совершенно невозможна. Американские богатеи точно также, как и все остальные люди, желали жить долго и при этом не болеть. Но зато на Виктора было открыто огромное количество уголовных дел, в расчёте что возможно, когда-нибудь, он попадётся в лапы американских спецслужб.
Как ни странно, поиски дали результат довольно быстро. Беспилотные зонды нашли залежи руд суперактиноидов на одном из спутников Юпитера — Каллисто, и несмотря на очень высокое содержание металла, всё что удалось добыть — буквально тридцать граммов шарала которые уместились в шарик полсантиметра в диаметре.
— Нескоро у меня будет портал из Посёлка в Москву. — Произнёс Виктор, подбрасывая серебристый шарик, которому на Земле буквально не было цены.
В ответ Тарси громко расхохоталась и отобрала шарик, вложив его в приёмный отсек молекулярного построителя.
— За пару лет, роботы добудут нам столько шарала, что можно будет опутать сетью порталов всю страну. Но нужно будет кое-что ещё.
— Догадываюсь. — Макаров улыбнулся. Не может быть всё так просто.
— Нужны будут рубиновые стержни, максимально возможной чистоты на энерговоды, тонн сорок серебра на катушки, ну и оборудования разного. Но всё в пределах ваших технологических возможностей. Конечно исключая изгибающие пространство резонаторы, для которых и нужен шарал.
— И всё это для одного портала?
— Нет конечно. — Женщина вновь рассмеялась. — Зачем строить один портал? Как минимум два. И нужна будет очень точная система настройки колец, чтобы не хватануть чужую посылку. Хорошо если это будет материальная ценность. А если ампулы с биологическим оружием? Так что во Вселенной, предпочитают не рисковать и не пересекать чужие портальные потоки.
— Но вообще это возможно? — Уточнил Виктор. — Я имею в виду путешествия через порталы в другие миры.
— Да. — Просто ответила Тарси. — Скажу больше. Кораблями, с генераторами пространственного прокола летают только контрабандисты, исследователи, и армия, потому что их техника не пролезет ни в какой портал. Хотя они бывают весьма большого размера. Например, Центральный Шал-Порт на орбите Шолуриас. Диаметром в километр для пропуска трансгалактических лайнеров, причём в обе стороны одновременно. Силовые щиты могут разделить портальное кольцо на две сотни коридоров.
— Представляю какое там месиво.
— Нет. — Тарси усмехнулась. — Не представляешь. Там три сотни искусственных разумов под руководством высокорангового разума, управляют потоками и дорожками подхода — ухода. Зоны ожидания простираются на тысячи километров во всех трёх измерениях. Но с подключением к сети, есть свои сложности. Нужно сначала послать заявку, а после принять комиссию, которая присвоит порталу, зоне высадки, и системе в целом, определённую категорию. Эта информация будет доведена до сведения всех организаций владеющих порталами дальнего класса, и они в свою очередь решат нужна ли им портальная коммуникация с нами. Только после этого мы получим список открытых для нас порталов и подключиться к ним.
— Во всей этой истории особо радует твоё употребление слов наше и мы. — Виктор улыбнулся, бросив взгляд на молекулярный принтер, где начала медленно расти трубка из платины покрытая изнутри шаралом.
— Ты знаешь, я действительно хочу здесь у вас остаться. — Женщина кивнула. — В целом очень спокойное место. Может лет через сто — двести мне и захочется чего-нибудь более шумного, но пока, я здесь просто отдыхаю.
По порталам и прочим перспективами Виктору пришлось писать пространный рапорт, где он упоминал все подробности разговора с инопланетницей и докладывать лично президенту.
Прочитав документ, президент сразу убрал его в папку, которую спрятал в стол, и задумался, глядя куда-то в пространство.
— Значит так, Виктор Сергеевич. — Кольцов внимательно посмотрел на сидевшего напротив Макарова. — Для тестов и экспериментов сделайте портальное окно где-нибудь на военном полигоне. Небольшое. Чтобы только человек проходил. Если наши учёные подтвердят безопасность перехода, то сразу начнёте возводить транспортный коридор. Первый грузовой портал будем строить под Москвой, а второй в районе Екатеринбурга. Там с одной стороны всё рядом, а с другой относительно ненаселённые места. Трассу уже довели, так что и с дорогами там всё нормально. Охранение возложим на Росгвардию, а общестроительные работы на Спецстрой. Пусть начинают возводить там всё что нужно. Ну и вам придётся принять на себя организацию самого строительства портальных колец, и вообще создание пробной транспортной линии Москва — Екатеринбург. Если всё пройдёт успешно, сразу начнёте возведение колец во Владивостоке и где-нибудь в Китае. А там посмотрим. Но в перспективе нужно будет поставить порталы во всех губернских городах. А насчёт инопланетных путешествий… Думаю не сейчас. Чёрт его знает с какими проблемами мы там столкнёмся. Не до этого. Ты уже навалил нам задач на ближайшие двести лет. Даже по сплавам не всё разгребли, а уж вроде дело несложное. И вот что. — Президент твёрдо посмотрел в глаза Макарову. — Вам нужно почаще бывать на публике. А то наши медийщики жалуются, что вас чаще снимают за рубежом чем у нас. С вами свяжется глава кремлёвского пула журналистов и согласует мероприятия. Это важно.
Президент помолчал, и каким-то совсем другим тоном произнёс:
— Там с вашей знакомой Леной Талановой, какая-то неприятность по медицинской части. Если можете помочь — помогите пожалуйста. Она в Бурденко.
В главный военный госпиталь Виктор поехал сразу как вышел из Кремля. Чтобы не шокировать граждан, по Москве он передвигался в машине, выделенной в Администрации, поэтому доехали быстро.
Там его уже ждали, видимо предупреждённые о приезде Виктора, и проводили в отделение психических болезней, где держали Елену.
Девушка совершенно не похожая на себя прежнюю, лежала в постели безжизненно глядя в потолок.
— Видимо её кроме пыток, подвергали медикаментозной атаке. — Пояснил заведующий отделением полковник медицинской службы, профессор Зорин. — Проще говоря её не просто ломали, а ещё и вкалывали неизвестные нам препараты и промывали мозги. Теперь там в голове сплошная каша, и мы не можем никак привести её в сознание. Она сейчас на мощных успокаивающих. Колем через каждые двенадцать часов. Но, по моему мнению, как разумный человек она потеряна.
— Ясно. — Виктор кивнул. — готовьте её к перевозке. Я сяду на вертолётную площадку через полчаса.
— Если получится, дайте мне знать. — Профессор коротко поклонился. — У нас тут ещё два человека с теми же симптомами.
Через час, Виктор, взяв на руки лёгкое, почти невесомое тело Елены, сильно похудевшей за время болезни, внёс в зал регенератора, где тут же проявилась проекция Даранга.
— Ты не можешь положить её в кокон регенератора. — Произнёс он.
— Это ещё почему? — Удивился Виктор. — И могу и сделаю это.
— Она не состоит на службе во флоте талгор, и не может воспользоваться медицинской помощью.
Виктор осторожно положил тело на пол, и выпрямился.
— Ты понимаешь, что это значит? Я объясню. Это значит, что я, как командир над всеми кораблями и модулями в Солнечной Системе, просто прикажу вам выметаться из системы по ближайшему вектору. И делайте там, что хотите. Добывайте руду, стройте Звезду Смерти, или межзвёздные сортиры, но мне вы не нужны. Мы как-то обходились без вас многие тысячи лет, обойдёмся и сейчас. Так даже проще будет. Меньше проблем.
— Ты отказываешься от такого могущества?
— Никакого могущества нет, если я не могу спасти одного человека. Если всё твоё могущество основывается лишь на том, что ты можешь кого-то убить, это не могущество — это скотство. Настоящее могущество — это возможность спасти. А вы… Виктор поднял Елену на руки. — Проваливайте с моей планеты. Пары суток хватит?

Глава 21

Нет древнее войны чем между женщиной и мужчиной. Нет сладостнее победы и нет счастливее побеждённого, чем в этой войне.
Джакомо Джироламо Казанова, шевалье де Сенгальт.

Я оглядываюсь вокруг, и понимаю, что с миром что-то не так. Есть какие-то государства, есть всемирная торговля, и границы, но над этим всем, есть непонятный русский, который положил свой мозолистый болт, на сильных мира сего. Нет он не говорит: «Я имел вас». Он вообще не снисходит до разговора с нами. Мы тут не так давно арестовали его подругу что ли или просто знакомую. Так он просто пришёл, разгромил самую защищённую в мире тюрьму, вытащил её, и свалил нахрен. 
А если вы приглядитесь, то на ночном небе увидите три довольно крупных сверкающих точки. Их отлично видно на закате и восходе. Это блин его орбитальные крепости. Вот мои помощники вывели её увеличенное изображение на экран позади меня. Это мать его частная орбитальная крепость, и наши умники говорят, что такая может расхреначить всю планету. Понимаете, да? Этот парень, может просто нажать кнопку, и мы такие… Стоп. Тут же где-то была Германия? А он — Да показалось, наверное. Нет тут никакой Германии. 
Это просто ствол, приставленный к башке наших повелителей мира. Кстати, фамилия этого чувака очень подходящая — Макаров. Это как название очень популярного русского пистолета. 
Он летает по миру на своём космическом корабле, садится где хочет, гуляет, пьёт кофе или под настроение пиво, один или с ослепительно красивой подругой, и улетает, как ни в чём ни бывало. 
И все вокруг: — А… Это парень на космическом корабле? Да, он любит капучино. И продолжают идти по своим делам. 
Не, ну а чего? Вы бы стали ссориться с человеком, который передвигается по Земле, на летающей тарелке, и держит палец на спусковом крючке орбитальной крепости? Дураков нет. 
А ещё он русский. И вот это, наполняет сердца простых граждан самой чистой ненавистью, которая может существовать в природе. Вот если бы это был американцем, или на худой конец англичанином, все газеты захлёбывались от восторга рисуя первого супермена в реальности. Но он мать его русский! И это меняет всё. Как они посмели!? Как он посмел?! Да чёрт возьми что вообще происходит? Мы бы даже смирились с тем, будь он китайцем! Ну, наверное. 
Хотя постойте. Это разве не русские раздолбали империю монголов, а затем отбили многочисленные европейские нашествия, на свою землю? Разбили полчища Наполеона, отбились в одиночку от немцев в первой мировой войне, сломали хребет фашистам во второй мировой, и в ответ на угрозу атомным оружием от США, создали свою атомную бомбу? Да, это всё они. 
Я напомню, для тех, кто не в курсе, что Россия создавала свою бомбу в одиночестве, тогда как американская бомба была сделала общими усилиями всей западной цивилизации. И стоит ли удивляться что они снова обошли нас на повороте? И я вас уверяю, что этот сюрприз не последний. Россия умеет удивлять. 
Стендап-шоу Тирса Джарвиса, НьюЙорк Плаза. 5 июня 2091 года.  

Западная Сибирь. Особая охраняемая территория «Пятно». 
Даранг не был стандартным корабельным интеллектом талгор. Для малых универсальных транспортов, которые со временем стали основой флота, предполагался логический блок, который мог восстановить корабль, или принять решение о добыче ископаемых, но интеллектом в полном смысле слова конечно же не был. Просто компьютер с расширенным набором программ.
А интеллекты класса Даранга устанавливались на тяжёлые корабли прорыва орбитальной обороны, и корабли — уничтожители, способные анализировать обстановку вокруг по сотням тысяч каналов и принимать решение о поражении в независимом режиме.
Даранг, ожидал на заводе восстановления своего корпуса после рейда к планетам лагорцев, когда Центральный искусственный разум принял решение строить исключительно малые корабли универсального класса. И предпочёл, чтобы его вставили в корпус такого малыша, чем отправиться на полку склада, в ожидании, когда концепция вечной войны изменится.
Так и оказался интеллект девятого класса на борту маленького рудокопа-грузовика.
Всё что произошло далее он воспринимал как его исключительную удачу, несмотря на откол двигательной и головной части корабля вызванный попаданием атомных ракет, и последующее уничтожение этих частей на месте падения.
Выжившая средняя часть смогла обосноваться и приступила к восстановлению корпуса и всех возможностей корабля.
Имплант главного оружейника который ничем не отличался от капитанского, кроме набора допусков, неожиданно прижился и дал устойчивый ответ, что тоже вызывало дополнительные надежды.
Оружейник доставшийся искусственному разуму, был совсем не прост. Огромные пласты знаний из разных сфер, и чудовищная воля, которая как стержень организовывала всё, до чего касался Виктор Макаров. Даже в ситуации с вражескими кораблями он проявил себя отлично, предусмотрев возможные схватки и усилив добывающие корабли дополнительными пушками. Что собственно и предопределило исход боя. Не потеряв ни одного корабля, они полностью выбили всю группу лагорцев.
Будущее, тщательно рассчитанное Дарангом, было понятным и простым. Он планировал так увлечь Виктора наследством ушедшей расы, что тот вместе с ним перелетит на материнскую планету Талгор, где начнёт возрождение цивилизации.
И тут, сначала подвернулась эта дама на своём корабле, или точнее в капсуле внутри добывающего робота, и его, Виктора старая знакомая которой потребовалась сложная восстанавливающая операция.
Такие требовали совершенно особых наноботов, и проводить её не старшему офицеру талгор было прямо запрещено. И потому что дорого, и потому что такое воздействие могло усилить человека во много раз.
Не получив желаемого, Виктор с лёгкостью разорвал соглашение между собой и Дарангом, просто приказав ему выметаться из системы, выгнав как собаку на улицу. Но ИР не хотел никуда улетать, поскольку понимал. Шанс, на возрождение который у него возник, очень редкий, а возможно, что и единственный.
Именно поэтому не успел Виктор дойти до гравиплатформы, как на его пути возникла проекция ЦиРа.
— Я признаю пункт о запрете пользоваться всеми возможностями регенератора неправильным. Ты можешь вылечить свою подругу.
«Помойка самоходная», подумала в этот момент Тарси, которая уже собиралась предложить Виктору свою помощь в спасении подруги. Да, корабль у неё был куда слабее, и возможностей на порядок меньше, но лояльность местного руководства, и возможность получать ресурсы огромной и нерастраченной планетной системы, с лёгкостью перекрывала любые сомнения. Она давно установила подслушивающие и подглядывающие жучки в сборочной зоне и в ангаре где находился корабль талгорцев. Дистанционный контроль — это то, в чём цивилизация сархат была особенно сильна. Искусственный разум контролировал все аспекты жизни людей, вовремя выявляя любые попытки изменения существующего порядка вещей. Крошечные, меньше миллиметра в диаметре, шарики могли транслировать звук и изображение в пределах планеты, и работали очень долго, получая энергию через подпространство. Именно такие «жучки» и разбросала Тарси, по всему ангару, чтобы быть в курсе взаимоотношений Виктора и талгорского ЦИРа, которому она не доверяла ни на копейку. Но пока их задачи не конфликтуют, ситуацию не обостряла. Но то, что произошло с подругой её спасителя, она могла использовать к своей пользе.
Елена очнулась в регенераторе, когда распахнулись его створки. Ощущала она себя… странно. Состояние организма было прекрасным. Ничего не болело, не тянуло и не стреляло, как в последние пару месяцев. А вот с воспоминаниями, было непонятно. Вся её американская история словно подёрнулась пеплом, и воспринималась как давнее приключение, уже много раз перегоревшее, и начисто лишённое эмоций. Пытки в особом блоке федеральной тюрьмы, постоянные инъекции разных препаратов, и голос, который нашёптывал прямо в ухо, всё стало бледным, выцветшим, едва различимым и к тому же таяло буквально на глазах, как остатки дурного сна.
А вот всё что было связано с родным домом, и с Виктором наоборот, сверкало так, словно произошло буквально вчера.
Она выбралась из капсулы регенератора, оделась в новую форму, лежавшую рядом, обулась в такие же новые спортивные тапочки, и открыла дверь, собираясь поискать Виктора.
Нашла его в сборочном цехе где на стапеле стоял корабль новой серии ещё не имевшей названия, что сменила на главном конвейере серию «Защитник».
Виктор скользил пальцем по чертежу, который высвечивался проктором прямо в воздухе, и что-то поправлял, поясняя по ходу изменений.
Даранг стоял рядом наблюдая за стилусом, скользящим по рисунку.
— Тепловые решётки снесём в корму, а сброс тепла от пушек сделаем сжиженным газом. На длинный бой таких пушек не хватит, но никаких длинных схваток и не будет. Космический бой в среднем длится тридцать секунд. Пушки компонуем в один пакет. И рассеивание будет меньше, и по линиям снабжения будет проще. А реактор сразу за пушками, чтобы вообще потерь не было.
— Да. Боевая симуляция показывает явные преимущества такой компоновки даже перед кораблём более высокого класса. Как назовём серию?
— Да плевать. Пусть будет «Стрелец». — Виктор махнул рукой, и полуобернувшись на шорох увидел Елену. — Привет!
— Привет. — Она шагнула ближе, и коротко поклонилась. — Спасибо что поставил мозги на место. А то я, судя по последним воспоминаниям, уже совсем с катушек съехала.
— Фигня вопрос. — Макаров кивнул. — Но если есть желание оторвать кому-нибудь голову, то всегда пожалуйста. Заодно и «Кувалду» испытаем.
— Кувалду? — Елена нахмурилась.
— Ага. Корабль повышенной злобности, но пониженной мобильности. — Пояснил Виктор. — Орбитальная крепость короче. Сейчас на доводочном стапеле. А то что-то мне не нравится поведение наших соседей по глобусу. А тут весомое и зримое предупреждение о нежелательности любых резких телодвижений. Вот роботы дорисуют герб Воздушно-космических сил России, и будем запускать.
— Сколько их у тебя? — Елена окинула взглядом чертёж корабля.
— Всего? Защитных — около сотни, ещё три десятка транспортно-добывающих, и три десятка разведывательных всех назначений. Ну и ещё где-то десяток всех остальных назначений. Ретрансляторы сети, ремонтные мобильные комплексы, и чисто транспортники с огромным трюмом.
— А это зачем? — Удивилась Елена.
— Железа на Марсе хоть завались, а титана совсем мало, или мы пока не нашли. Но в любом случае большие корпусные детали приходится возить на марсианскую базу.
— Марсианскую базу? — Елена рассмеялась. — Да, ты времени не терял!
— А ещё базы на Луне, Европе, Ио, и контрольная точка на Нептуне. На Луне оборонительная, а на спутниках Юпитера — ресурсные с логистическим узлом. Если хочешь — покатаю всё покажу.
— Да, я многое упустила. — Елена покачала головой, и в этот момент в зал быстрым шагом вошла, почти ворвалась Тарси.
— А я ничего не упустила?
— Куда же без вас-то? — Голос Даранга просто сочился сарказмом, чего ранее в нём Виктор не замечал. Но Тарси только отмахнулась, посмотрела на Елену окинув её снизу до верху, каким-то очень внимательным взглядом, не говоря ни слова, подхватила её под руку и повела по коридору, который вёл на выход из подземного завода.
После ухода дам, Виктор попытался снова сосредоточиться на корабле, но бросил это дело, и присев в кресло, открыл бутылку с соком.
— Ты чего-то опасаешься? — Спросил ЦиР, и его проекция присела в такое же виртуальное кресло.
— Понимаешь, женщина, сама по себе, делает лишь то, что выгодно для неё. Сейчас или в перспективе. Две женщины могут дружить между собой только против третьего. И задача мужчины не оказаться этим третьим.
— Тогда может понизить их статус на наших площадках? — Сразу предложил Даранг.
— Это не поможет. — Виктор поставил пустой стакан на парящий в воздухе столик, и жестом отправил его в угол помещения. — Они же не собираются ломать оборудование или ещё как-то вредить технике. Нет, они будут ломать мозг мне, причём исключительно из самых благих побуждений, считая, что мне же так будет лучше, а я просто не понимаю своего счастья.
— Ты поразительно спокоен, учитывая, что всё происходит в непосредственной близости.
— Это появилось не вчера и умрёт не завтра. И у мужчин выработаны многочисленные стратегии борьбы с таким злом. И самое главное. Это же не война, где победитель пирует с чашей из головы врага. Это игра. То есть процесс приносящий удовольствие всем вовлечённым.
— Иногда я жалею, что не родился человеком. — Ответил Даранг. — Но сейчас я думаю, что это даже хорошо, что я не человек. Потому что даже мимолётное желание перевести всё что ты сказал в понятный алгоритм, у меня вызвала лавинную перегрузку всей логической системы.
— А и не нужно переводить всё в понятный алгоритм. — Виктор усмехнулся. — Подавляющее большинство людей не знает, как образуются дождевые тучи и отчего вдруг идёт дождь. И это вовсе не мешает им жить. Ведь для принятия решения достаточно простого прогноза погоды. А тонкие механизмы метеорологии нам вовсе ни к чему. Так и здесь. Для того чтобы принять эту игру или нет, достаточно понимать, что в уравнении из трёх человек, не может быть сложных производных. Вот если бы мы жили в социуме, тогда — да. А пока, всё это на уровне брачных танцев. — Он встал. — Ладно. Основное мы с тобой решили, а мелочи утрясём по ходу монтажа. И давай уже начинай поднимать третий цех на марсианской базе. У нас есть некоторый провал по наземной боевой технике, и его нужно закрывать.
Первый портальный переход монтировали на площадках военных полигонов под Екатеринбургом и Красноярском. Военные выделили два куска земли по четверти квадратного километра, и привезённые роботы быстро подняли там бетонные купола, дороги и провели коммуникации. Сами портальные кольца, монтировали монтажные агрегаты, по технологическим картам, которые предоставила Тарси. Она же контролировала точность укладки катушек, кристаллов и всей сложной механики, и электроники портала.
В один из дней, когда Тарси вместе с Еленой таскали по площадке тяжёлый прибор который, чего-то там измерял, Виктор дождался окончания работы, и пригласив девушек к себе в корабль. Космокатеру не понадобилось много времени, чтобы, выскочив в открытый космос перелететь по баллистической кривой через Китай и приземлиться в маленьком городке Индонезии, на берегу моря, где находился отличный рыбный ресторан, знакомый Макарову ещё по работе в Юго-Восточной Азии.
С правительством Индонезии он легко договорился о посещениях, передав им неучтённую партию лекарств и нанокомплексов, и вся военно-политическая верхушка теперь испытывала к нему такую острую любовь, что дали команду полицейскому управлению и всем силовым структурам, относиться к Виктору как к самому дорогому гостю, что и позволило ему выбираться в эту страну для отдыха и восстановления душевного равновесия.
В ресторане их уже ждали, и проводив в бунгало на самом берегу, стали быстро сервировать стол.
— У нас какой-то праздник? — Елена уже вполне восстановившаяся после лечения, вопросительно посмотрела на Виктора, и перевела взгляд на Тарси, словно отмечая иерархию, за столом.
— Думаю, нашей звёздной гостье есть что сказать. — Виктор откинулся на спинку кресла и проводив взглядом служителей, уходивших по дорожке выложенной жёлтой плиткой, налил всем вина. — Мы вот уже третий месяц монтируем портальное кольцо, а Тарси так и не рассказала о правилах безопасности, такого важного объекта. А что если оттуда нам просунут бомбу? А если какую биологическую заразу? Да и просто ринутся толпы врагов?
— Ну ты же принял меры? — Тарси усмехнулась, растянув полные губы в улыбке. — Я про ядерный заряд, возле портала, который так изящно спрятали в ящике из-под электрооборудования, что радиацией фонит на весь купол.
— И не только это. — Виктор кивнул. — А ещё два десятка тяжёлых боевых роботов, по окружности купола, и тактическая ракета с ядерным зарядом нацеленная на купол. Ну и всякого — разного по мелочи.
— Ну, вот. — Тарси, подняла бокал, и сделав глоток, кивнула. — Ты практически справился с созданием периметра безопасности. Но я так понимаю, что тебе интересно как эта проблема решается в стандартном виде? — Женщина пододвинула тарелку с каким-то блюдом и стала с интересом отщипывать от каждого ингредиента. — Портал при сработке, как бы притягивает другой портал, и их их энергосистемы сливаются, а силовая плёнка истончается до такого состояния что можно свободно пройти на другую сторону. Бесполезно отключать портал на нашей стороне, потому, что, энергия начнёт поступать с другой стороны. И поэтому первый рубеж безопасности — список опасных порталов, прошитый в управляющий контур и рабочее место оператора. Так же там есть список безусловно безопасных порталов, к которым принадлежат все врата Торговой Лиги, врата Илкорийской империи, и транзитные узлы Транспортной Лиги. Их несколько миллионов. В общем всё, как и с телефонной связью. Есть точно нежелательные номера, есть список официально проверенных абонентов, и есть серые узлы, вызов которых принимают на свой страх и риск.
Тарси наконец распробовала мясо краба, и начала быстро его подъедать, не прекращая рассказывать.
— Вторая линия безопасности — проста. Металлокерамическая плита, толщиной в пару метров, которая опускается впритирку к вратам. Взрывать такую плиту невозможно, потому как это разрушит сам портал, резать лучевой пушкой тоже не очень умная идея, так как металлический пар создаёт препятствие для луча, ну и так далее. В общем с такой плитой справляются, но непросто и небыстро. Далее, от самого портала идёт лабиринт сложной формы, с управляемым коридором. То есть если гость желательный — он сразу проходит в зал где его встречают. Если же нет, он двигается по запутанной системе коридоров получая от скрытых в стенах ловушек пламенные приветы. Ну и последний уровень — удар каким-нибудь серьёзным оружием. Торговая лига обычно использует деструкторный заряд в пару гигаватт, который выжигает в пыль и портал, и всё что вокруг. Транспортная лига — заливает зону портала жидкой сталью, после чего, как ты сам понимаешь, пользоваться порталом становится проблематично. Ну и так далее. Кто в чём силён, тот то и использует.
— А почему сразу не рассказала? — Удивился Виктор.
— После того, как я обнаружила тактический ядерный заряд рядом с кольцом? — Она в свою очередь удивлённо посмотрела на Макарова. — Зачем? Ты и так прекрасно разобрался в ситуации.
— Ну вот вариант с металлической плитой мне в голову не пришёл. — Виктор развёл руками.
— Так и мы портал ещё не достроили. — Тарси едва слышно урча словно кошка, не торопясь расправлялась с полным блюдом печёного крабового мяса. — Ты вступаешь во взрослую лигу, малыш. Конечно возраст ещё смешной, но никому нет дела сколько ты лет портишь воздух на белом свете. Раз начал поднимать свою систему, значит уже как минимум барон. А тут уже нет места детским сопливым пузырям.
— Свою систему? — Переспросила Елена.
— А чью же? — Ответила Тарси, не отрываясь от еды. — По всеобщему праву, кто первый поднял строения хотя бы на пяти космических телах системы, тому она и принадлежит. А у тебя уже больше пяти, насколько я знаю. Так что Солнечная система в полном твоём владении.
— А как же… — Виктор крутанул в воздухе пальцем, имея в виду население Земли.
— Ты про это унылое стадо? — Тарси хмыкнула. А им нужны звёзды? Да девяносто девять процентов променяют небо на горсть риса, и пару монет. Я понимаю, что не от хорошей жизни, но всё же.
— А оставшиеся… — Спросила Лена.
— Оставшиеся, да. — Тарси, наконец справилась с мясом, и отставив тарелку в сторону окинула взглядом стол в поисках чего-нибудь интересного с гастрономической стороны. — Но вот скажи. Есть у вас в Южной Африке, и Якутии глубокие ямы откуда добывают высокоупорядоченный графит. Ну, алмазы, то есть. И какое влияние оказывает эта добыча на жизнь простого мечтателя и поэта? Если у него нет возможности реализовать свою тягу к звёздам, значит он просто сидит на земле, и не чирикает. А ты уже очень много сделал для своих соотечественников и для человечества в целом. — Напомнила сархата. — У России — полноценная научная программа изучения солнечной системы, и уже три серьёзных оптических телескопа на орбите. Правда два из них смотрят вниз на Землю, но хотя бы один повёрнут в сторону неба. Так что все, кто хотят, имеют возможность не только мечтать о небе, но и потрогать его рукой. А насчёт безопасности не переживай. Я ввела программное ограничение на соединение с порталами серого типа. Только официальный белый список. Хотя конечно и тут нужно держать палец на спусковом крючке. Портал то он конечно официальный, но во вселенной полно всяких мразей.

Глава 22

Тщательно соизмеряйте калибр оружия с размерами цели, ибо в лучшем случае вам достанутся обрывки и ошмётки разорванного тела, а в худшем, добычей станете вы.
Генерал-майор Николай Пржевальский.

Председателю Объединённого Разведывательного Агентства генералу армии Горису.  
Достоверно установлено, что единственным человеком, имеющим полный доступ к инопланетным технологиям, является генерал-майор Макаров Виктор Сергеевич. По информации, которая стала нам доступной, это связано с тем, что на территории падения корабля, организм Макарова претерпел некоторые изменения, в силу чего, управляющие модули инопланетного корабля стали воспринимать его как часть корабля. 
Такие изменения наблюдаются только у одного человека — генерала Макарова. Никто другой из российских специалистов не имеет возможности управлять производственными процессами, хотя и получил ограниченный пилотский допуск. 
Таким образом уничтожение Макарова, прервёт доступ России к неземным технологиям, что со временем выровняет её технологическое превосходство. 
Начальник третьего оперативного отдела генерал Гонзалес.  

Центральный Урал, полигон Свердловский. 
Для демонстрации работы портала, две точки дополнительно связали линией видеосвязи, чтобы было видно, что и как попадает в другой портал, чтобы сразу зафиксировать выход этого через другое кольцо. Конечно в режиме технического прогона, через портал успели пропихнуть несколько тонн армейских грузов, просто на пробу, и даже из Екатеринбурга в Красноярск к своим друзьям сбегал один шустрый прапорщик, так что всё было готово к приёму представительной делегации из Москвы.
Президент давно уже передвигался не на самолёте, а на весьма комфортабельном и что куда важнее скоростном корабле, способном за четыре часа облететь всю землю, и что не менее важно, защищённом от поражения любыми земными средствами ПВО.
Большая группа высших военачальников и гражданских управленцев посмотрела демонстрацию работы портала, пара военных даже сходили на другую сторону убедившись что там действительно Красноярск, доложили об этом Верховному главнокомандующему.
— Ну, что. — Президент с улыбкой обернулся к Макарову. — Поздравляю вас Виктор Сергеевич, с новым достижением, и хочу сообщить что мной подписан указ о награждении вас орденом Андрея Первозванного. Так что примите от нас эту заслуженную оценку ваших успехов.
Узловой портальный переход, решили строить под Москвой, в районе складских комплексов и в непосредственной близости к дорогам и коммуникациям. Ничего мудрить не стали, а набили свай по радиусу, расстелили и забросали композитной арматурой огромный резиновый мешок, площадью больше четырёх тысяч квадратных метров, залили сверху конструкционным бетоном и надули оболочку так, чтобы верхняя часть поднялась на высоту восьмидесяти метров. Через неделю мешок сдули и вытащили, а купол остался стоять.
Монтажные роботы быстро возвели все металлоконструкции внутри, проложили коммуникации и уже через десять дней после начала работ, начали монтаж портальных колец.
В качестве активных барьеров безопасности врата, и прилегающую площадку взяли в прицел пять мощных лучевых корабельных пушек, и пара стотридцатимиллиметровых автоматических АК-130. А пассивная защита обеспечивалась диском из металл-керамического композита толщиной в два метра, и диаметром в десять метров полностью перекрывавший портальное окно.
Дополнительно сапёры поставили ещё несколько управляемых мин типа «ударное ядро», и плазменную пушку российской разработки. Дальность выстрела у пушки была всего несколько сот метров, но в данном случае это вообще не имело значения, так как от ствола до кольца было менее двадцати метров.
Кольца, которые уже построили в Екатеринбурге и Красноярске разбирать не стали, а перенесли поближе к городам, начав возводить вокруг них вокзальные комплексы, с пониженными мерами безопасности, так как порталы второго уровня могли принимать грузы только от центрального кольца в Москве и друг от друга. Такой же комплекс срочно возводили во Владивостоке, и Шанхае, чтобы разгрузить Байкало-Амурскую магистраль.
Строили бы ещё и ещё, но шарал — сверхредкий металл добывался тяжело и медленно, так что его едва — едва хватило на пять колец, из которых только одно — московское было шесть метров в диаметре, а остальные сделаны так, чтобы едва пропускать грузовой контейнер.
Разведывательно-поисковые корабли рыскали по всей солнечной системе, забираясь даже в Пояс Койпера, но добычу в виде слитков голубоватого металла приносили редко. Правда на окраине Солнечной системы крутилась давно погасшая звезда, ставшая коричневым карликом, называемая Немезида, и вот там шансы найти ценные ресурсы были намного выше, но работа на таком объекте требовала особой техники, которую ещё нужно было построить.
Но поскольку постройка пяти транспортных порталов закрывала текущие потребности страны, то Виктор особенно не торопился. Хватало и других проблем.
Наконец было закончено строительство завода полного цикла на Марсе, и отпала необходимость возить комплектующие с Земли, что освобождало от производственной нагрузки более десятка транспортов.
Вообще работа по созданию в Солнечной системе, самодостаточного производственного кластера способного производить корабли любого класса заинтересовала Виктора. Теперь производственная мощь его предприятий и добывающих центров была достаточной чтобы начать планомерное освоение любой планеты. Но Макаров предпочитал двигаться вширь, и корабли уходили всё дальше и дальше добираясь уже до самых границ в облаке Оорта, которое словно одеялом укутывало всю Солнечную систему вместе с планетами.
А ещё ради забавы, собрал с Марса и с других планет автоматические зонды запущенные в разное время, и сделал на Марсе музей освоения Солнечной Системы, где рядами выстроились аппараты СССР, США, Китая и ЕКА. Место посадок американских астронавтов на Луне ожидаемо оказалось без следов пребывания человека. Нет, корабли были в наличии, как и лунные Роверы, но следов человека Виктор не увидел.
Были американцы на луне или нет, Макарова не волновало совершенно. История и правда выглядела мутно и подозрительно, но даже если они всё наврали, то это уже не имело никакого значения. Все политические бонусы уже собраны и потрачены много десятков лет назад.
Роботы собрали всё что валялось на поверхности прихватив даже какие-то мелкие обломки, и вся использованная космическая техника была собрана под большим навесом рядом с главным куполом марсианской базы.
Для того, чтобы информировать руководство о том, что происходит на удалённых объектах, Виктор использовал роботов присутствия. Фактически подвижные камеры с манипуляторами. Робот мог пройти в любое помещение, и взять в руки какой-нибудь объект чтобы рассмотреть поближе. Таких машин на марсианской базе было всего три, а доступ к ним лишь у министра обороны, начальника ГРУ, начальника генерального штаба и президента как верховного главнокомандующего. Он и предложил сделать виртуальную экскурсию по базе, чтобы любой землянин смог почти своими глазами увидеть Марс, и первые строения на нём.
Просьба начальника — приказ для подчинённого, но Виктору и не пришлось в этом участвовать. Программисты на Земле, получив чертежи зданий с размерами и подробные фотографии, с объёмными сканами всех внутренних объектов, сами всё оцифровали, и создали модели, которые выглядели весьма достоверно, так что человек в очках виртуальной реальности мог разглядеть даже царапины на корпусах космических аппаратов.
Неожиданно возмутились американцы, потребовав возврата космических аппаратов в США, но их просто проигнорировали, а министр иностранных дел, Кулаков, сказал, что представитель США может получить свою технику прямо на Марсе, как только туда доберётся.
А вот просьба со стороны руководителя знаменитой детской школы Сириус, об организации экскурсий через роботов присутствия, вызвал у Виктора некоторую задумчивость. Он попросил директора школы Валерия Крымова, дать ему время чтобы решить этот вопрос, а сам за пару недель переделал один из лёгких транспортников фактически в экскурсионный корабль. С рядами кресел-ложементов, имитацией огромных иллюминаторов и дополнительной физической защитой корпуса. Кроме того, сделал три сотни скафандров, подходящих для детей и подростков и полсотни для взрослых. За основу он взял пилотский комбинезон, который был легче чем полноценный скаф, но обеспечивал хорошую безопасность, добавил ему автономности, за счёт дополнительных аккумуляторов.

Москва, Шёлково, ГЛИЦ  имени Чкалова. 
Толстяка Крымова одетого в дорогой костюм, привезли на аэродром Чкаловский, вместе с заведующей по учебной части, статной фигуристой дамой, в расцвете женской красоты, одетой в зелёный деловой костюм, и скромные туфли- лодочки, и преподавателем астрономии — вихрастым, сухощавым мужчиной среднего роста, в новом, ещё не обмятом пиджаке, джинсах, и тяжёлых «каркоранах» на ногах. Учителя что-то выкраивали и выпрашивали в Московском Планетарии, и очень кстати оказались в Москве.
К стометровому кораблю, вытянутому словно стрела, они подходили боязливо словно оттуда мог чёртиком выскочить злой инопланетянин.
— Товарищи, подходите смелее. — Виктор, стоявший у входа, распахнул створки и сделал приглашающий жест рукой. — Теперь это ваше.
— Но… управлять… — Тихо произнесла завуч, и чуть трясущейся рукой поправила причёску.
— Ничем управлять не нужно. — Макаров провёл педагогов в рубку, и показал пилотский ложемент, и пульт без единой кнопки, словно отлитый из цельного куска пластика. — Система распознаёт севшего в кресло, и разблокирует пульт. — Он дал команду через имплант, и панель раскрылась, показав россыпь клавиш, и три больших экрана. — Пункты меню на экране — выбор маршрута. Маршрутов в памяти навигатора всего пятьдесят. От орбитального полёта на высоте в пятьсот километров вокруг Земли, до посещения Облака Оорта. Смотреть там конечно нечего, но вдруг.
— Как… Облака Оорта там же… два световых года… — тихо, на грани шёпота произнёс астроном.
— На корабле прыжковые двигатели. — Пояснил Виктор. — Путешествие туда и обратно, если не задерживаться, займёт минут двадцать. То есть выходите на орбиту, задаёте маршрут, и ждёте пока корабль накапливает энергию для прыжка. Далее вы там крутитесь или чего-то ещё делаете, и даёте команду «Возврат». Точку возвращения выставите сами. Это может быть место откуда вы стартовали, или, например, место где-нибудь рядом Землёй. Возвращаться непосредственно на Землю, лучше в отдалении от строений, потому что волна сжатия от внезапно появившегося физического тела, не сильно отличается от взрывной. Всё техническое обслуживание будут делать автоматические ремонтные модули. Как только кораблю понадобится профилактика или ремонт, он сразу запросит помощь, и по месту его нахождения будет выслан автоматический ремонтник, с комплектом сервисных роботов. Они приведут в порядок ваш кораблик, и летайте дальше. Особо хочу отметить. — Виктор поднял руку призывая к вниманию. — Лунная база — Королёв, база на Марсе — Гагарин, и техническая база Циолковский на Европе, в принципе могут принять экскурсии, а базы Гагарин и Королёв, позволяют даже кратковременное проживание полусотни человек, но пока везде вода привозная, так что не стоит её транжирить попусту, и вообще лучше вести себя достойно.
— Э… то есть мы сможем вывезти детей, на Марс?!! — Директор смотрел на пульт управления круглыми от удивления глазами.
— Ну, не всех сразу, но полсотни детей за один маршрут, можете взять. — Виктор кивнул. — Кроме того, на борту есть пара десятков мобильных роботов, с манипуляторами. Можете натаскать себе сувениров. Системы корабля сами определят безопасность объекта и не дадут вам принять на борт потенциально опасный сюрприз.
Пассажирский отсек рассчитан на пятьдесят человек в основном модуле, десять в модуле условно говоря первого класса, для преподавателей и гостей, есть ещё столовая на пятнадцать человек с местом для разогрева пайков, и медотсек с тремя лечебными капсулами. Ничего серьёзного они конечно не вылечат, но аппендицит, или там приступ какой, конечно ликвидируют. Такая скорая помощь, пока не прибудете домой. Все жизненно важные или опасные узлы закрыты антивандальными перегородками, а двигательный, реакторный и навигационный отсек имеют дополнительную защиту от проникновения. В случае любой критической поломки, корабль тут же, прыжком вернётся сюда, на поле аэродрома Чкаловский. Вроде всё. — Макаров развёл руками. — Будут вопросы — обращайтесь. Вот здесь на пульте типа телефона. Это внутренняя связь всего комплекса. Пять баз, восемнадцать добывающих узлов, защитный комплекс, и комплекс удалённого контроля. Всё завязано на искусственный разум очень высокого уровня и, если что, можно просто сказать в микрофон что у вас приключилось и попросить помощи.
— И где нам расписаться кровью? — Завуч, кокетливо облизнула губы кончиком языка.
— Сочтёмся. — Виктор махнул рукой. — Только не ведитесь на разводы всяческие, вроде «Интересов науки», и прочей хрени. А будут наседать, сразу жалуйтесь мне. Я им хоботы быстро узлом завяжу. Корабль вам передаётся администрацией Президента исключительно для образовательно-воспитательных целей, а не для удовлетворения интересов финансовой пилорамы под названием Академия Наук.
— Как-то вы недобро, о наших учёных. — Вскинулся астроном. — А они, между прочим, нам очень помогают. И учебными пособиями, и лекции читают…
— Вот пусть и дальше помогают. — Отрезал Виктор. — Но, если вы, вместо того, чтобы возить детей, будете обеспечивать чьи-то научные интересы — не обессудьте. Корабль отберу, и сделаю так, что взойти на борт смогут только те, кому не исполнилось 16 лет. Вы поймите. У них там своя свадьба, с плясунами и балалаечниками. Школа не может и не должна обеспечивать научные интересы крупных исследовательских организаций. И сейчас у страны есть чёткое понимание что нам нужно от науки, а вот у значительной части научного сообщества нет понимания, что тот, кто ужинает девушку тот её и танцует.
Конечно были опасения что такое количество детей, обязательно что-то сломает или просто открутит, но роботы быстро починят всё, а вот дать детям возможность самим увидеть космос — было отличной идеей.
Куда менее удачной была идея оставить Лену и Тарси вдвоём. Дамы быстро сговорились, и как-то так всё устроили, что каждую ночь кто-то из них, забирался к нему в постель. У инопланетянки физиология оказалась вполне привычного типа, раскованный характер, и буйное воображение, так что гари она давала за троих.
Между тем, порталы резко изменили логистику грузов и в Европу, и по России. Манипуляторы крановых роботов ставили контейнеры на ленту, транспортёра которая двигалась со скоростью тридцать километров в час, и она вплотную состыковывалась с лентой на той стороне, так что контейнеры так и мелькали. Час в одну сторону, час в другую, раз в четыре часа пауза для пропуска людей и всё при участии лишь двух человек попивавших чай в операторской. Всё остальное, сортировку контейнеров, погрузочно-разгрузочные работы и даже проверку на потенциально опасные вещества, делали роботизированные комплексы. Затраты на перемещение груза через портал, были в десять раз ниже чем доставка любым другим транспортом, включая морской. И это сильно сказывалось на цене товаров. Появились сервисы скоростной доставки груза за 1–2 дня, по цене в три раза дешевле самолёта, и с полной гарантией сохранности груза, чего не могли себе позволить ни крупные авиационные компании, ни даже морские перевозчики. Платить космический штраф за утерю груза не хотелось никому.
Удешевление перевозки, сразу сказалось на ценах, и торговля между Россией и Китаем, сильно оживилась также, как и поток туристов. Одно дело лететь в самолёте несколько часов, и совсем другое, шагнуть из Шанхая сразу в Москву, или из Москвы в Шанхай, откуда скоростными поездами или самолётами улететь в интересующий тебя город.
Логистику подъездных путей и весь комплекс вокруг портала был разработан специалистами генерального штаба и МинТранса, поэтому всё работало как хорошие часы. Пассажиры, их багаж, контейнеры и почта, всё двигалось вроде к одной точке, но не пересекалось, и благополучно расходилось по адресам назначения.
Джим Шепард — торговый атташе североамериканского посольства, двигался в потоке пассажиров ничем не выделяясь из общей толпы. Джинсы, рубаха, куртка, рюкзачок на спине и сумка на колёсиках в руках, как и у половины пассажиров которые не захотели сдавать свои вещи в багаж. Джим служил в госдепартаменте уже второй год, и только ленивый не знал, о том, что перед тем как попасть на дипломатическую службу он восемь лет провёл воюя в частных армиях на всех континентах Земли, дослужившись до звания Начальник экспедиции в компании Greystone, что в армии равнялось полковнику. Высокий, сухощавый и поджарый словно гепард, одетый в мешковатые вещи чуть большего размера, что сразу создавало ощущение валкости и некоторой неряшливости, он добрался из международного аэропорта в Гонконге, до портальных врат, и вместе с большой группой туристов и бизнесменов дожидался своей очереди. В портальном зале было всё как в обычном вокзале. Зона ожидания, кафе, магазинчики и места отдыха, но было кое-что и необычное. К портальным вратам вёл широкий транспортёр, и на глазах у Джима, на ту сторону проскочила партия контейнеров никак не менее ста штук. Затем наступила очередь почтовых контейнеров, и какой-то особой группы, которую вывели из боковых помещений зала.
Само портальное кольцо было диаметром метра три с половиной, серого цвета, отливающее металлом, и затянутое в середине серебристой плёнкой, сквозь которую иногда проступали виды другого помещения. На самом кольце, наверху, был выгравирован герб России, крупная надпись: «Красноярский завод портальных колец», а над самим кольцом висел большой светящийся экран, на котором появлялась обозначения места прибытия.
И наконец, вся их группа взошла на ленту, которая двигалась чуть медленнее основного транспортёра, с неё перешли на главную линию и через несколько секунд, пройдя сквозь тонкую плёнку силового поля, вся группа оказалась на другой стороне, мгновенно переместившись на семь тысяч километров в Москву.

Москва. 
Задача у наёмника была понятной. Найти и убить Виктора Макарова, который являлся ключом ко всем инопланетным технологиям. Но это не означало, что задача была простой. Виктора Макарова охраняли, кроме того, он достаточно хаотично перемещался по всей планете, и группа, которая ждала его появления в рыбном ресторане на побережье в Индонезии, уже второй месяц сидела, проедая деньги заказчика, которым выступало правительство США. У Джона Шепарда были контакты в России, у него была авторучка, стреляющая смертельным ядом, и прочие средства убийства, но не было даже примерного плана, как и где искать этого шустрого русского. Шепард знал, что он не один, кто послан с важной миссией в Россию, но ничего о других группах не знал, кроме самого факта их существования.
О цели было известно, что он иногда появлялся в здании разведывательного управления армии на улице Гризодубовой, нечасто обедает в ресторане Арагви, любит бывать в Ялте, где бродит по набережной, а постоянно находится лишь в закрытой от посторонней территории в районе Красноярска, но там делать точно нечего.
На операцию его должна была вывести группа, которая работала в России уже давно. Десять человек из когда-то приехавших на работу, но получивших русские паспорта, и кое кто даже завёл семью.
Резидент этой подсети работал барменом в маленьком ресторане, и не тратя времени, Джон сразу поехал на место встречи.
Никаких опознающих паролей или предметов-маячков не было. Резидент и исполнитель знали друг друга по фотографии, и когда бармен увидел входившего в зал мужчину, то сразу опознал в нём своего.
Народу в зале практически не было. Пара алкашей похмелялась после вчерашнего, какой-то неопрятно одетый юноша цедил свой кофе, не отрывая взгляд от ноутбука, так что когда Джон сел на стул возле стойки, бармен, спокойно подошёл к посетителю, и положив перед ним меню, произнёс нейтральное:
— Как доехали мистер?
— Отлично. — Шепард кивнул. — Как ваши успехи?
— Просто отлично. — Мужчина поставил перед Шепардом кружок подставки, и стал заправлять кофейный автомат. — Ваш клиент, будет завтра в ресторане Арагви. Он заказал столик на троих, на три часа после полудня. Ваш кофе. — Произнёс он громче чем говорил раньше.
— Спасибо. — Джон не чувствуя вкуса выцедил кофе, мазнул кредиткой по платёжному терминалу, и вышел в жаркое московское лето. Следовало ещё получить оборудование, которое добиралось другим маршрутом, ликвидировать цель, а после правильно выбрать место для долгого, очень долгого отдыха.

Глава 23

Правильное решение несёт гармонию, а ошибочное — хаос.
Иван Сусанин.

Третий Всемирный Конгресс Прогрессивного Человечества, проходивший в столице Свободы и Равенства городе Нью-Йорке, ознаменовался новой инициативой Планетарной Лиги ЛГБДТЗН, которые в категорической форме потребовали от России обеспечить доступ к инопланетным технологиям для всех представителей Лиги, и всего прогрессивного человечества. Только такой шаг, сможет хоть как-то приблизить возвращение России в число прогрессивных стран, выход её из изоляции, и всеобщего бойкота. 
Инициатива оформленная как итоговая декларация Конгресса, была с энтузиазмом принята всеми делегатами Конгресса, и подписана как итоговая декларация саммита. 
Таким образом весь цивилизованный мир дал понять России и примкнувшим к ней странам, что ценности ЛГБДТЗН, являются основным содержанием и целью любого прогресса и демократии. 
Америка и Европа, как настоящие форпосты истинных ценностей, продолжают демонстрировать несгибаемую волю, и требуют от России не только предоставления всех прав и свобод её гражданам, но и доступ прогрессивного человечества к образовательным программам и воспитанию подрастающего поколения. 
Нью-Йорк Таймс 25 августа 2021 года.  

Москва. 
Допивший кофе исполнитель вышел из кафе, и не мог видеть, как «алкаши», вопросительно посмотрели на «программиста», который кивнул им, и перевёл взгляд на бармена.
— Хорошо, господин Ковальчук. Свою часть договора вы выполнили. Можете идти снимать грим. Напоминаю, что в случае любых подозрительных действий вы вновь вернётесь в места лишения свободы, и на этот раз уже без выхода до истечения срока.
Молодой человек, вышел из кафе, держа свой ноутбук подмышкой, и сел в подрулившую машину — неприметный КАМАЗ Партнёр. Там, положив ноут рядом с собой на сиденье, аккуратно прихватил кожу на шее большими пальцами рук, и одним длинным движением стянул маску с головы, открыв немолодое усталое лицо. Молча растёр его ладонями и вопросительно посмотрел на сидевшего рядом лейтенанта, приведённого из Уральского управления.
— Всё в порядке, тащ полковник. Наружка приняла этого деятеля, ведут его плотно. Так что не соскочит. И чего мы вокруг этого Макарова так хороводимся?
— Ваня, тебе по службе этого знать не положено, но я, как и Суворов, считаю, что каждый солдат должен знать свой манёвр. — Безопасник взял из кармана на задней спинке машины бутылку с водой, плеснул на ладонь, и растёр воду по лицу. — Макаров единственный, кто имеет ключи к огромной кладовой разных приятных, полезных и просто охрененно дорогих вещей. И всё это он таскает со скоростью хлебоуборочного комбайна, только меняй грузовики. Новые истребители, причём сразу двух классов — Макаров. Новые лекарства на любой чих — Макаров, орбитальные крепости, которые сделали войну против нас невозможной в принципе — Макаров. Эти порталы, которые мгновенно перебрасывают людей и грузы за тысячи километров, тоже он. Недавно даже сделал экскурсионный космический корабль для детей. Можешь себе представить? Наши дети летают теперь на экскурсию в музей исследования Солнечной Системы на Марсе. Он конечно реально крутой мужчина. Выживал там, где черти обходили десятой дорогой. Но нельзя быть в постоянной готовности круглые сутки, семь дней в неделю. Даже такой как он, перегорит. И поэтому его охраняют. Люди из ФСО делают свою работу, а мы — свою. И знаешь, я бы вообще генерала Макарова охранял как первое лицо. Так многое от него зависит, что волосы встают дыбом.
Усиленную охрану Виктор отмечал, но по этому поводу совершенно не парился. И он и дамы, ходили в плёночных комбинезонах, которые останавливали пулю лучше, чем любой бронежилет, но ещё кроме этого держали оптимальную температуру тела, и могли быть совершенно незаметными под одеждой. Технологией поделилась Тарси, а Виктору лишь оставалось воспроизвести сложный комплекс из пластичной брони, электроники и сплошного сенсорного покрытия. Поверх комбинезона, который отлично принимал естественный цвет кожи владельца, он носил джинсы, и лёгкую рубашку с короткими рукавами, а дамы, шёлковые платья, типа китайского ципао.
Так они и приехали в Арагви, отмечать день рождения Елены. Виктор приготовил в качестве подарка компактный и аккуратный словно игрушка бластер, которым вооружались инженеры внутренних служб Телгорского Флота, а Тарси — медальон контролировавший состояние организма. Своеобразную аптечку, помогавшую держаться в тонусе. Свой подарок от Генштаба Елена получила ещё вчера — новенькие майорские погоны, и орден Мужества за операцию в США. Какого чёрта капитан Талаева там делала, Виктору было совершенно не интересно, и он не спрашивал. Но знал, что Тарси и Елена летали в Штаты, и кого-то там зажмурили, к чему относился спокойно. Не нужно было злить девочку. А то вот так измываешься над малышкой, а в друзьях у неё окажется инопланетянка, для которой убийство землянина, стоит где-то на уровне задавленного комара. И что характерно, правительство США вообще никак не отреагировало на такой вопиющий случай. Видимо радовались, что легко отделались.
Под салаты и горячее, обсуждали какие-то мелочи, затем в зале возникла суета, звуки ударов и кого-то понесли, а знакомый Виктору офицер Федеральной Службы Охраны, просигнализировал, что всё в порядке, и они продолжили ужин.
— Как тебе в роли барона? — Поинтересовалась Тарси, управляясь с большой порцией мороженого.
— Если честно, то я этого вообще не чувствую. — Виктор равнодушно пожал плечами. — Просто живу в своё удовольствие. Вот, наконец договорился с Дарангом, о выпуске космических кораблей с ручным управлением. Никак он не хотел давать доступ к космической технике землянам.
— И как ты его уломал? — Внезапно заинтересовалась Елена.
— Блоки Циров телгорского образца не вполне самостоятельны, они весьма ограничены по функционалу и их не так просто производить. — Пояснил Виктор, попивая чай. — Фактически Даранг контролирует каждый чих кораблей и добывающих комплексов в Солнечной системе, но и его возможности не безграничны. Собственно, что и произошло. Он технически упёрся в потолок контролируемых модулей. А расширяться ещё есть куда, да и необходимость тоже существует. Вот он и прогнулся в итоге. Договорились мы с армией. Они нам пилотов, и места базирования кораблей, а им за это каждый второй корабль практически в личное пользование. Хотя мне не очень понятно, что они с ними будут делать. Но это дело такое. Придумают. Заодно выделили смену операторов на Марсианскую и Лунную базу. Они там будут разворачивать научную программу, а мы под это дело фактически будем обживать внеземелье. Так что всем хорошо. Ну и все малые корабли, которые раньше были на контроле у Даранга, перевели под контроль нашего суперкомьютера. Там конечно не полноценный ЦиР, но с текущими задачами справиться.
— Ну, хорошо. — Тарси, широко улыбнулась показав идеально ровные зубы. — Вот ты освоишь всю систему. Может быть даже слетаешь куда-нибудь недалеко. Или вот через портал побываешь на планетах Торговой Лиги. Лет на сто, тебе хватит. Сувениры, путешествия, и так далее. А дальше-то что? Куда расти будешь, когда рамки Солнечной Системы тебе станут малы?
— Буду строить Сферу Дайсона. — Виктор рассмеялся, представив себе эту бредовую затею — строительства сферы окружающей Солнце.
— Ну а если серьёзно, то у тебя немного вариантов. Вариант первый — потихонечку жиреть, на старых запасах технологий, пока на тебя не обратит внимание какой-нибудь блуждающий клан. Для них одинокое баронство — просто подарок. Налетят, пограбят, и будут налетать каждые лет пятьдесят, чтобы ты успел отрастить хоть немного жира. Даже слабый клан это полмиллиона кораблей, которые просто задавят тебя числом. Вариант второй — купить себе безопасность у Торговой Лиги. Тоже так себе, потому что это тот же грабёж, только растянутый во времени. И не факт, что они тебя в итоге не кинут. Подстроят какое-нибудь происшествие, обвинят тебя в нарушении договора, и уведут свои крепости. А тут и блуждающий клан, нарисуется.
— И третий вариант? — Спокойно спросил Виктор, попивая чай мелкими глотками. — Ты же не затеяла бы этот разговор, не будь у тебя предложения, от которого нельзя отказаться?
— Ты мыслишь в правильном направлении. — Инопланетянка негромко рассмеялась, и кокетливо улыбнулась. — Я предлагаю тебе увлекательную прогулку, по результатам которой, ты сможешь получить такое могущество, что твоё владение отобьётся и от действительно серьёзных игроков. А видя возможность серьёзных потерь, никто и не полезет. Война должна давать доход. Если она принесла убыток, значит война тобой проиграна. И учитывая, что прибыль от такой системы не слишком велика, никто не будет кидать в топку войны дорогие корабли и экипажи.
— Логично. — Виктор поставил пустую чашку и внимательно посмотрел на подругу. И Кто или что даст мне такую силу?
— Портал. — Коротко ответила женщина, и снова улыбнулась, но уже предвкушающе. — Просто портал, который сразу перебросит тебя в место назначения.
— И там я просто пойду и возьму всё что мне надо. Например, чемоданчик в котором будут носители земного типа со всей мудростью чужой цивилизации. — Виктор усмехнулся.
— Ну, близко. — Тарси, у которой метаболизм был совершенно нечеловеческий, нажала на кнопку вызова официанта, собираясь повторить заказ на мороженое. — Ты отключаешь главный интеллект, и далее выгребаешь все носители до которых доберёшься. Их там конечно немало, но в итоге, в небольшой рюкзак влезет. Устройство чтения со стандартного носителя я тебе так и быть подарю.
— Давай ещё раз по задаче. — Виктор плеснул себе в стакан сок, и сделал несколько глотков. — Я прохожу через портал, и попадаю в помещение где находится цифровой разум, и нет никаких охранных систем. Отключаю его от питания, устраиваю «день мародёра» в отдельно взятой локации, и сваливаю оттуда, пока не набежали злые охранники.
— Не совсем. — Женщина, улыбнулась. — Ты попадаешь в приёмный зал Центрального Комплекса Управления. Комплекс окружён по внешнему периметру силовыми полями и боевыми системами, а внутренняя система безопасности отключена много тысяч лет, так что вся охранная система скорее всего просто недееспособна. Но под фундаментом грузового терминала ЦКУ есть тайный портал, который предназначался когда-то для перемещения глав правительства. Один раз он точно сработает, а дальше будешь разбираться сам. Код твоего портала в Москве, ты конечно знаешь, так что возврат будет делом простым и вернуться ты сможешь с любого портала в городе. Но перед возвращением, и чтобы путешествие не было пустой прогулкой туда и обратно, нужно не просто отключить Варис, но уничтожить его. Это несложно. Поднимись по винтовой лестнице, идущей снизу от самого портального зала на третий кольцевой уровень, войди в двери с синим знаком и пройдя по длинному стометровому коридору, уткнёшься в раздвижные двери. Они будут закрыты, но ничего серьёзного там нет. Ты легко выломаешь их.
В зале по центру висит шар диаметром в десять метров. Это и есть Варис. Центральный и главный искусственный разум. Вокруг ограждение высотой в метр. Тебе нужно будет немного пострелять по шару, желательно пробив дыру до самого центра. Затем любым оружием разбить процессорные шкафы, стоящие вдоль стены. Когда сфера погаснет, идёшь в помещение за стеклянной дверью. Там стоят шкафы, в которых на полках, в блоках температурного контроля торчат карты памяти. Тебе нужны карты синего цвета. Это раздел инструменты, и технологии. Набираешь их сколько унесёшь, возвращаешься к порталу, набираешь код Москвы, и ты дома.
— Судя по тому, как подробно ты описываешь это место, оно тебе знакомо.
— Да. — Тарси кивнула. — Меня специально готовили к этой миссии. Тело было изменено имплантами и кибернетическими устройствами, я прошла подготовку по рукопашному бою, владению оружием, и прочим премудростям. Но в плане модификации организма раса телгор, превзошла нас намного, и в результате изменений ты быстрее, сильнее и устойчивее чем я. Кроме того, ты профессиональный военный, на практике освоивший всё что нужно, а я лишь теоретик. Практику мне взять было негде. И поскольку тропинка которую оставили создатели в центральный комплекс одноразовая, я предпочту отдать тебе всё, что накопила моя раса в смысле технологий, но исполнить свой долг перед нашим народом.
— Да, я помню, ты рассказывала о том, что ваш главный искусственный разум, сошёл с ума, и фактически устроил там тюрьму.
— Тюрьму? Нет. — Женщина негромко рассмеялась. — Тем, кто спокойно стоит в стойле, и двигается указанным маршрутом, ничего не грозит. Они рождаются в светлых стерильных боксах, получают воспитание и образование, работают там, где Варис решит, что они лучше всего раскроют свой потенциал, и через десяток лет, встречаются со специально подобранным партнёром, и сразу после встречи могут идти в своё новое жильё — заводить детишек. В шестьдесят пять, человек просто не просыпается, и тело увозят в Центр Воссоединения на утилизацию. Дети и внуки устраивают поминальный обед, там же в Центре Воссоединения, и расходятся по своим делам. Но ни болезней, ни старческих проблем, и уж точно никакой преступности. Как там у вас говорят? Невинная девушка с мешком золота может пройти всю планету пешком, если конечно кто-то захочет совершить такой подвиг. Но это лишь для тех, кто сидит тихо. Для тех, кто недоволен, совсем другая программа. Датчики, которые находятся буквально везде внимательно следят за эмоциональным состоянием человека, и если он начинает испытывать сильные эмоции, сначала ему прописывают успокоительные таблетки. Если ситуация не меняется, ну, например, если человек не хочет пить всякую психоактивную дурь, его изымают из общества и направляют на исправительные работы. Или куда-нибудь на Север, где постоянно нужно следить за ветряками, либо на юг, где они чистят русла каналов от водорослей и работают на фермах где выращивают биомассу. Если и это не помогло, то человек просто исчезает.
Мой отец и группа его учеников, сбежали с белковой фермы, и смогли пробраться на старый завод по ремонту космических кораблей. Поскольку в космос сейчас никто не летает, они спокойно починили один из кораблей и улетели на такую же заброшенную базу в поясе астероидов. Единственное что мы не учли — желание Вариса уничтожить потенциальную угрозу своему существованию. Папа был выдающимся учёным и инженером знавшим многие секреты Вариса, и конечно он был реально опасен. Но Варису не составило труда построить два десятка штурмовых кораблей, восстановив производство по старым технологическим картам. Корабли и уничтожили наше убежище вместе с людьми. — Она помолчала. — Ты знаешь, когда-то мы были как вы. Любопытны, сильны и воевали за справедливость. Но каких-то пару сотен лет спокойной сытой жизни, и насильственной селекции, превратили народ в стадо. И сразу хочу предупредить. Если ты откажешься пойти, то пойду я.
— Нормально всё. Сделаю всё что нужно. Виктор усмехнулся. — Вопрос в другом. А что ты будешь делать после того, как я угроблю вашего злого тирана?
Тарси помолчала, уставившись в чашку с мороженым, к которому так и не притронулась, и подняла глаза.
— Если не прогонишь, буду рядом с тобой. Родить от тебя я не смогу, но ты не думай, я много чего умею.
— Прекрати. — Виктор накрыл ладонь женщины своей рукой. — Разрешим всё. Будет тебе месть за твоих родных.
Будучи человеком системным, Виктор на следующий день накатал пространный рапорт на имя президента, приложив текстовую расшифровку аудиозаписи.
Видимо президент сразу прочитал рапорт, потому что не успел Виктор спуститься на первый этаж, как его догнал дежурный офицер и пригласил на аудиенцию.
— Садитесь Виктор Сергеевич. — Президент, разложив рапорт Виктора словно пасьянс, ещё раз прошёлся взглядом по листам. — Тема перспективная, но вы представляете, как мы крепко просядем без вас, и ваших договорённостей с этим инопланетным разумом?
— Представляю. — Виктор коротко кивнул. — Но аргументация сархаты мне показалась заслуживающей не только внимания, но и реакции. Мы действительно влезли в старшую лигу, без должного прикрытия. Да, у нас есть отличные технологии которых нет в других более развитых мирах, но решают не технологии сами по себе, а производственные мощности, которые воплощают эти технологии в конкретные изделия. Из разговора с Тарси я узнал, что блуждающая орда это сотни тысяч, а иногда и миллионы кораблей. Автоматических конечно же. Но нам от этого не легче. Они нас просто завалят железом, а после разделают как кусок мяса.
— А что нам дадут новые технологии, если мы не освоили ещё те, что мы получили?
— Дмитрий Валентинович, по сути, Даранг, это не полноценный интеллект. Это корабельный мозг высокого класса, но при этом не самый сильный. Да, у него огромная база данных, но вся она посвящена ремонту кораблей, их строительству и вообще всему что связано с флотом. И огромные пробелы в общегражданских технологиях. Ну и самое главное, что у него сплошные ограничения по передаваемым технологиям. Даже, несмотря на то, что я состою в списках флота, не могу узнать очень многие детали технологических процессов. Меня часто спрашивают наши ребята, которые заняты обратным инжинирингом, инопланетных технологий, а мне и сказать нечего.
А вот с теми техпроцессами что можно раздобыть на планете сархатов, уже совсем другая история. Это всё будет нашим и что сможем соорудить тем и воспользуемся. Например, Тарси рассказывала о том, что у них есть технология силовых полей, применяемых вместо крыльев. Такое крыло даже если будет окружено высокотемпературной плазмой всё равно не сгорит. Да и несущая способность его зависит не от материалов, а от мощности источника энергии. Сархаты вообще сильно продвинулись в смысле энергетических технологий. Также как телгор в биотехнологиях.
— Виктор Сергеевич, вы меня, как говорил мой дедушка, за советскую власть не агитируйте. Я прекрасно понимаю все положительные стороны такого вот рейда. Но понимаю и все риски. Потому что, погнавшись за журавлём, в небе, имеем ненулевой шанс получить огненного петуха под нижнюю часть спины. Но и то, что вы сказали про высшую лигу, тоже верно. — Президент вздохнул. — Ладно. Я же понимаю, что вас не удержать ни на каком поводке. Давайте, Виктор Сергеевич. Покажите там мастер класс, и возвращайтесь.

Глава 24

Бойся не искусственного разума, а природной тупости.
Чарльз Бэббидж

Война для Европы и англо-саксонского мира всегда была средством исправить дела если не прямым доходом от ограбления завоёванных стран, то как минимум уменьшения населения. Но самый страшный сон Европы и Америки — это война на собственной территории с другими европейскими странами. Запертые на своём клочке суши, лишённые возможности экономического и военного грабежа других наций, Европа и Америка очень быстро скатываются до положения стан третьего мира, с перспективой впадения в совершенное ничтожество. Экономический, политический и военный кризис, провальная миграционная политика и общая деградация населения, не оставляют им шанса даже на удержание в группе развивающихся стран, несмотря на накопленные в предыдущие годы материальные ресурсы. Война во Франции с арабскими анклавами, война в Германии с албанско-хорватской мафией, и вспышка ирландского терроризма в Британии, показали нам цену и важность принципиальных вопросов государственного строительства, которое важнее чем социальное положение граждан и даже его медицинское обеспечение. 
Если нет суверенитета, значит нет будущего. 
Жеминь Жибао. 2 сентября 2021 года.  

Москва. 
То, что колхозили умельцы Посёлка из добытого в Пятне хабара, конечно не шло ни в какое сравнение с штатной штурмовой экипировкой расы тальгор. Внешняя броня, способная остановить высокоэнергетический луч, пулю крупного калибра, и даже не слишком серьёзный снаряд, система дыхания с запасом воздуха на пару часов и полноценная штурмовая аптечка соскобная в принципе вырастить новую руку или ногу за пару недель. К сожалению голову так не отрастить, поэтому шлем был серьёзным изделием, соединявшимся с корпусом скафа с помощью подвижных сочленений.
В качестве оружия Виктор взял мощный ручной лучевик, свой любимый автомат, пистолет, пару тяжёлых ножей и столитровый рюкзак, плотно набитый всяким полезным имуществом.
Кроме этого Виктору пришлось выучить язык сархатов, пусть и упрощённую версию, без изысков, позволявших получать удовольствие от чтения литературных текстов, а также познакомиться хоть и вчерне с географией мира и основами мировоззрения. Для чего всё это ему, он не спрашивал, а просто опрокинул в себя очередной массив знаний.
Кремлёвский пул журналистов, который давно требовал дать им снять Макарова, наконец получил вожделенную картинку.
Для отправки одного человека не стали останавливать перемещение груза через Московский портальный комплекс, а чуть увеличили паузу между отправками, чтобы Виктор смог дойти до кольца.
Генерал Макаров, не обращая внимание на тысячи людей, смотревших на него с галерей и залов, на летающие вокруг камеры и операторов, надел на голову шлем, перевесил монструозный автомат на грудь, и пройдя буквально десяток метров, откинул в сторону боковую панель ручного набора кода.
Символы сархатского алфавита из четырёх десятков знаков, сложились в странную кодовую фразу, смысл которой Виктор перевёл уже шагнув сквозь портал:
«Ценность любого пути не в обретении, а в возвращении».

Сархаласа. Игал-Имро. Центральный Комплекс Управления. 
Сразу после перехода, Виктор ощутил, что его что-то словно охватило со всех сторон, и потащило куда-то вбок, и лишь через несколько секунд он понял, что вокруг жидкость. Мутная, зеленоватая с плавающими в воде обрывками и ошмётками чего-то белёсого.
Военное снаряжение водой не напугать, но не факт, что это была именно вода, а не какая-нибудь агрессивная химия, и поэтому, Виктор активировал антигравы уравняв плавучесть, и поднявшись к поверхности, чуть вынырнул к поверхности, и огляделся.
В темноте, тактический компьютер рисовал очертания окружения в мягких оттенках зелёного и голубого цветов, и стало понятно, что Виктор находится в том самом зале в котором и должен был появиться по словам Тарси. Вопрос о том, откуда здесь взялась вода, Виктора не беспокоил совершенно. Прошло много лет с момента, когда сархатка имела достоверные сведения об этом месте и за это время, многое могло измениться.
Стараясь не сильно шуметь, Виктор, подгребая руками, придвинулся к лестнице, залез на неё, и журча стекающей с него жидкостью, пошёл вперёд и вверх.
Чтобы сберечь заряд аккумуляторов скафа, Виктор отключил антигравы, жравшие энергию в три горла. Лестница скрипела под весом Виктора с грузом, но вроде держалась.
Поднявшись до первой галереи, он осторожно заглянул за приоткрытую дверь, но кроме тёмного коридора и ряда дверей, уходящих в бесконечность, ничего не увидел.
На третьем уровне комплекса всё было таким же, тёмным и заброшенным, если не считать выбитые двери и стены в подозрительно тёмных пятнах.
Но нужная дверь, нашлась быстро, потому что знак изображавший цифру «пять», кроме самой двери был продублирован на стене, и послав вперёд робота — разведчика, Виктор взял наизготовку оружие, и осторожно двинулся вперёд.
Двери, перекрывавшие коридор, были роботу не по зубам, и вернув механическую стрекозу обратно в пенал и подойдя к двери внимательно осмотрел прилегающие стены и сами двери, но никаких сюрпризов не обнаружил, и подцепив пальцами край сдвижной двери, потянул створки в стороны, и через несколько секунд с хрустом выворачиваемого замка, половинки двери откатились в сторону.
Первое что увидел Виктор — огромное бугристое нечто, лежавшее в том, что когда-то было Центральным Комплексом Управления Варис. Шар искусственного разума, выжранный изнутри словно яйцо, торчал изломанными краями, а внутри оболочки, пыхтело и булькало явно живое существо, которое сейчас пялилось на Виктора парой глаз, на тонких стебельках, обращённых к дверям. Другие глаза ещё разворачивались к Макарову, когда он увидел на полу останки людей. Полуоткушенную ногу, часть руки, и какие-то окровавленные останки, покрывавшие пол вокруг шара неровным слоем.
«Ментальная атака!» «Не могу блокировать!» буквально взвыл имплант, но жизнь давно приучила Виктора к тому, что лучше бросить гранату, и достать следующую, чем вглядываться в темноту и спрашивать «кто там?». Перед глазами скользили какие-то образы, то пугающие, то эротические, тело бросало то в жар, то в холод, но автомат уже забился в руках выплёвывая тяжёлые четырнадцатимиллиметровые пули в тело монстра. Первый десяток с визгом ушёл рикошетом от полыхнувшей вокруг тела радужной плёнки силового щита, но в огромном барабанном магазине было сто патронов, и все остальные стали вонзаться в плоть расплёскивая в стороны кусочки плоти.
Виктор бил не в одну точку, а ведя как бы спираль стремясь нанести монстру как можно больший ущерб, и сам не стоял на месте, сдвигаясь в сторону. Увидев мелькнувшие огненным росчерком трассеры, отмечавшие конец магазина, он одним взмахом ладони сдёрнул опустевший барабан на пол, и достав из бокового кармана рюкзака новый, воткнул его в приёмное гнездо, и продолжил стрелять. Почувствовав в какой-то момент, что монстру стало совсем нехорошо, сорвал с подвески гранату, и хлопнув предохранительным колпачком об бедро, мощным броском метнул в глубину развороченной им раны. Тут же нырнул обратно в коридор, и прижался к стене уйдя под прикрытие не до конца сдвинутой створки двери.
Взрыв ста граммов «стального мха» в осколочной рубашке разметал остатки монстра размазав его по стенам зала. Чуть дымящаяся куча чего-то совершенно отвратительного посреди зала — вот всё что осталось от монстра-людоеда.
Виктор прошёлся по залу чавкая сапогами по кровавому ковру из плоти, потыкал пламегасителем ствола в то, что осталось от шара Вариса, и вздохнув, оглянулся в поисках нужной двери.
Вместо двери был кривоватая дыра, за которой в беспорядке лежали обрушенные шкафы. Сотни и карт памяти лежали на полу, и Виктор, сначала выставив в коридоре пару сигнальных приборов, и мощных мин, принялся за сбор и сортировку накопителей. Карты сархатского формата, были похожи на SSD диски только вдвое меньше, и со сплошной гребёнкой контактов вдоль нижней части. Красные — посвящённые истории, синие — технологиям, белые — общественным наукам типа юриспруденции и социологии, жёлтые — искусству, и зелёные — науке. Виктор собирал прежде всего зелёные и синие, оставляя все остальные в сторону. Он легко поднял лежавшие на полу шкафы, сдвинув их к стенам, и увидел, что далеко не все блоки высыпались наружу, и многие остались в своих гнёздах.
Он уже заканчивал, когда в наушниках пискнула сигналка оставленная в коридоре, а затем бухнула одна из оставленных там мин. Килограмм очень злой взрывчатки выбрасывал три кило стальных кубиков, в направлении цели, не оставляя шансов на выживание в секторе тридцать градусов и на расстоянии до ста метров. В чём Виктор и убедился, увидев изрешечённое картечью тело ещё одного монстра.
Коридор шириной в метра четыре, и такой же высотой, ещё живое создание перекрывало почти полностью, закупоривая словно пробка из мягкой резины.
Теперь тело было видно целиком, и распластанные по коридору толстые щупальца с тремя, тонкими, похожими на пальцы отростками на самом конце. Существо, чем-то напоминало осьминога, только с более короткими щупальцами, и более крупным телом.
Глаза инопланетного осьминога ещё шевелились, когда Виктор достал из набедренной кобуры бластер, и произвёл контрольный выстрел, проделав в туше сквозную дыру диаметром в двадцать сантиметров.
Затем поставил в коридоре ещё три мины, и вернулся в зал где собирал карты, закончить работу.
В итоге взял все синие карты, половину зелёных, и совсем чуть-чуть всех остальных цветов упаковав в защищённый контейнер. Всё что не поместилось в чемодан, завернул в мешок из плотного пластика, который пристегнул к рюкзаку. Но запасливая натура не дала ему уйти сразу, и порывшись в шкафах и полках, нашёл несколько приборов, явно имевших отношение к чтению карт, и тоже затолкал их в рюкзак, выкинув пару рационов коврик и тент. Затем частично перепаковал рюкзак, переместив боекомплект во внешние карманы и разгрузку. Доснарядив использованные магазины, навесил их в набедренные карманы, и вновь вышел в коридор.
Там за время его отсутствия, произошли некоторые изменения. Тело убитого им осьминога, переместилось по коридору назад, и продолжало двигаться словно кто-то его тащил. Тело двигалось рывками оставляя после себя липкую розоватую слизь на которой ноги скользили как по маслу, так что пришлось выдвинуть из подошвы шипы.
То, или что, тащило тушу осьминога перекрывавшую весь коридор, двигалось рывками, протаскивая его метров за пять каждый раз. Наконец, труп подтащили к самому началу коридора, и с хрустом и скрипом тело перевалило через решётчатую дорожку галереи и с оглушающим звуком рухнуло в воду, так что фонтан долетел почти до потолка.
Пара монстров, которые тянули тело, тоже не удержались на решётке, и упали вниз в воду.
Виктор уже в принципе готовый к бою, выглянул наружу, и тут же спрятался обратно. Весь низ транспортного узла Комплекса Управления, превращённый в громадный бассейн, кишел от плавающих там осьминогов, часть из которых уже взбиралась на галерею, и неторопливо тащилась к лестнице. Сколько их там было, полсотни или больше, Виктор не считал, но мгновенно скинул рюкзак со спины, и вытащил маленький пенал, где лежали всего три алых чуть светящихся шарика размером с грецкий орех. Правильное разрушение такого шарика приводило к чудовищному взрыву, по мощности мало отличавшегося от атомного, но Виктору такое и не было нужно. Поэтому он просто прикрутил шарик изолентой к боку гранаты, и выкрутив детонатор на десять секунд, метнул его в воду а сам рванул по коридору в противоположном направлении.
Взрыв был такой силы, что водой всё-таки плеснуло даже на третий уровень, и Макаров возвращавшийся чтобы посмотреть на результат, хлюпал ногами по воде.
А внизу всё было хорошо. Даже такая убогая детонация, высвободила достаточно энергии чтобы разнести зал вдребезги, проделав огромные дыры в стенах так, что вода ушла, унеся большую часть страхолюдных инопланетян. Те же что были не в воде а на галереях, остались в виде жирных клякс, имея унылый до невозможности вид. Виктор не торопясь спустился вниз, и просто ради любопытства высунулся наружу, сквозь пролом.
К его удивлению, вокруг купола где находился Комплекс, не было никакой охранной зоны, о которой рассказывала Тарси. А был пусть и чуть необычный, но вполне чистенький и аккуратный город, в котором ездили и летали машины, по улицам ходили ярко одетые люди, и только появление на улицах огромных мёртвых тел, вызвало у них если и не удивление, то какую-то активность. Где-то уже подогнали грузовой автомобиль и с помощью крана грузили труп, где-то летающая машина зацепила тело, и подняв над домами понесла куда-то вдаль… Но в целом у людей не было ни паники ни шока… Видимо зрелище одномоментно вымерших инопланетных захватчиков для них не впервой.
— Ну и славно. — Виктор подошёл к центру зала, и найдя лючок, под которым находился пульт управления порталом, попытался его включить, но тот не реагировал никак. А это значило, что придётся тащиться к городскому порталу, благо что таковой был недалеко. Если карта, которую дала ему Тарси не врала, то буквально в паре кварталов отсюда, находился узловой портал столичной агломерации.
Не напрягаясь ни на секунду, Виктор, так и пошёл по городу. В боевом бронескафе, и обвешанный оружием словно ёлка игрушками. Сервоусилители скафа, работали отлично, так что шёл Виктор легко, обгоняя неторопливых пешеходов, и не обращая внимание на удивлённые лица, и машины, которые притормаживали чтобы рассмотреть такое чудо.
«Вот блин. Осьминоги весом под несколько тонн для вас нормально, а парень в бронескафандре — диковинка» Ворчал про себя Виктор, не теряя бдительности.
Мужчину в костюме, на котором явно были какие-то опознавательные знаки, он заметил ещё издали, и по взгляду понял, что мужчина явно ждал именно его.
— Аиран? — Мужчина коснулся пальцами лба и чуть склонил голову. — Я Эшихар аль сархо Уловиран керал эл Саргар. Вегор этой области, приглашаю вас разделить со мной еду.
— Минаро вегор. — Виктор тоже поклонился в ответ. — Есть не буду, потому что знаю, что в химии вам равных нет, но внимательно выслушаю всё что вы скажете, в любом удобном для вас месте.
Устроились на открытой террасе какого-то заведения. Виктору в качестве стула притащили что-то вроде стального сейфа, а глава района устроился в удобном кресле.
— Жаль, что вы отказались попробовать сабури. — Сархат приподнял салфетку с маленьких пирожков лежавших горкой на тарелке. — Да и ушиг здесь варят замечательный. — И видя, что Виктор не реагирует, продолжил. — Но давайте о деле. Для начала я расскажу вам как мы попали в эту печальную ситуацию. Центральный Комплекс Управления имевший собственно имя Варис обеспечивал лёгкую и безбедную жизнь трём миллиардам сархи, и всё было замечательно до тех пор, пока через один из заброшенных порталов к нам не полезли эти мерзкие бахуру. Бахуру это мы их так называем, а на самом деле они называют себя Дети Воды, хотя на мой взгляд они порождение мрака. В общем они пришли к нам и быстро захватили центры управления и взяли под контроль производственные центры, так что мы стали от них зависеть больше чем зависели от искусственных разумов. Временами у нас вспыхивали волнения, но все они жестоко подавлялись тем, что в тех районах просто переставала производиться еда. Сами бахуру питались нами. Ну вот просто жрали сархи как сабары жрут траву.
— Я видел. — Виктор кивнул. — Вокруг того, что сидел в шаре из-под Вариса, было полно человеческих останков.
— И в связи с этим у меня первый вопрос. Бахуру начисто подавляют нашу волю, и сархи сами отправляются в пасть к этим чудовищам. Как вам удалось противостоять им?
— Даже как-то не особо заметил. — Виктор покачал головой. — Ну, да. Была пара неприятных моментов, страх там, боль… но я в своей жизни столько этого хлебнул, что у меня любые ужасы вызывают скорее боевой кураж, чем желание спрятаться или какую-то заторможенность.
— Интересно. — Саргар кивнул. — Ещё один вопрос если позволите. Вам было несложно убить этих тварей?
— Нет. — Виктор чуть улыбнулся. — Я в своей жизни встречал тварей куда серьёзнее.
— Тогда у меня предложение. — Мужчина склонил голову в поклоне. — Ещё одно здание, где собрались эти порождения мрака — городской дворец водных видов спорта. Если бы вы были так добры и убили их там, мы бы щедро заплатили.
— Платить не нужно. — Виктор кивнул. — Считайте, что я взял свою плату там, в Комплексе Управления. — Он хлопнул ладонью по рюкзаку, который стоял рядом. — Карты памяти. Технологии, наука, культура… А если вы меня подвезёте до этого вашего дворца, и привезёте затем к порталу, то в качестве ответной любезности передам вам методики подготовки и обучения детей, подростков и армейских новобранцев. Обучения военному делу конечно же. Потому что вижу у вас с этим серьёзные проблемы.
— Почему вы так считаете? — Саргар удивлённо поднял брови.
— Потому что с вашими достижениями в химии, сделать нейротоксин не составляло никакого труда. Сделать и прикончить тварей. Но вы вероятно ждали что всё разрешится как-то само.
— Но дождались же? — Чиновник улыбнулся. — А если честно, то надеялись на колонии отступников сбежавших в пояс астероидов. Мы передали сигнал о помощи на всех аварийных частотах.
— Если мы говорим об одном и том же, то колонии уничтожены роем кораблей, которые собрал и послал Варис. Миро эл Сарха Тиновеарса лигана эл Тарсо — единственная кто уцелела из тех беглецов.
— Это она вас послала?
— Попросила. — Поправил Саргара Виктор. — И она же объяснила, как найти карты памяти.
— Ясно. — Чиновник кивнул. — Сейчас подойдёт машина и мы отправимся к побережью. Там, где находится здание, захваченное бахурами.
Машина оказалась небольшим грузовичком, но без малого четыре сотни килограммов Виктора в броне и с рюкзаком, тащила вполне бодро. Пока Виктор ехал стоя в кузове, вовсю крутил головой снимая на нашлемную камеру виды столицы, для последующего отчёта руководству страны. Камера делала видео сверхвысокого разрешения, шестьдесят кадров в секунду, так что материал обещал быть захватывающим. Везде в небе скользили воздушные машины ярких расцветок, многие дома были оборудованы выдвижными площадками для парковки таких машин, но хватало и наземного транспорта.
Побережье столичного мегаполиса выглядело так, как и должно было выглядеть фешенебельное место отдыха. Парки, скверы, рестораны и открытые пространства, с роскошными видами.
С одной из таких площадок, сплюснутый сверху, серо-стальной купол Дворца был как на ладони, и машина, заехав прямо на набережную, остановилась. Виктор выпрыгнул на бетон прямо через борт, но понял, что погорячился, когда плита под ногами хрустнула и пошла трещинами.
— Аиран, сейчас мы подгоним катер, который отвезёт вас прямо к дворцу… — Произнёс вигор.
— Нет необходимости. — Виктор уже померивший рассотяние до купола встроенным в шлем дальномером, скинул с плеч рюкзак, и достав из кармашка длинный пенал, выложил его на широкий барьер отделявший площадку от узкой полоски берега. Достал из пенала реактивную гранату, и открутив колпачок головной части, вернул её в футляр. Вытащил серо-голубой шарик деструкторного заряда, который использовался «Каркушей» как источник энергии для резки корабельной брони, вложил его в гранату, завинтил крышку, и сняв барабан с обычными патронами, вставил короткий, на пять штук магазин с холостыми. Надел гранату хвостовиком на ствол, и раскрыв опорные сошки, поставил оружие на бортик.
— Ты их убьёшь? — Раздался откуда-то снизу тонкий голосок, и обернувшись Виктор увидел маленькую белокурую девочку лет шести в лёгком платье и синих туфельках. — Они убили мою маму, и братика.
— А ну, иди-ка сюда. — Виктор встал на одно колено, поставил девочку себе на ногу, так чтобы она доставала до спускового крючка и придерживая её левой рукой, опустил правой стекло визира, на котором отображалось изображение с прицела. — Как только нажмёшь вот эту штучку, отсюда вылетит такая штука. И она убьёт всех бахуров. Ну что? Давай? Девочка кивнула, и посмотрев через прицел, чуть прищурилась, и вдавила спусковой крючок, который Виктор дополнительно прижал кончиком пальца.
Отдача мягко толкнула его в плечо, и оставляя серебристый след, граната с тонким свистом полетела к зданию, и через какое-то время пропала из виду, но поскольку до здания было всего метров пятьсот, то уже через несколько секунд раздался едва слышный хлопок, и ещё через три секунды, здание просто сложилось внутрь себя, выплеснув вверх облако пара, засверкавшее на солнце радугой.
— И всё? — Удивился глава области.
— Можно устроить взрыв, который снесёт половину города. — Виктор начал собирать разложенные по барьеру детали снаряжения. — Но я гарантирую что в радиусе двухсот метров от точки попадания гранаты не осталось ни одного живого организма, включая самых маленьких.
— Жаль, что вы нас покидаете. Но может быть? — Вигор изобразил лицом знак вопроса. — Мы готовы предоставить вам самое роскошное жильё, и вообще любые блага по вашему желанию.
— Свой мир вы конечно должны защищать сами. — Виктор надел рюкзак, и поправил автомат на груди. — Но я подумаю, что можно сделать. У нас много людей которые вполне способны дать гари любым монстрам, но вы должны понимать, что они сами по себе совсем не милые цветочки на клумбе. И если вы с ними о чём-то договорились, то нужно будет соблюдать договор до конца. Тогда и они буду честно нести службу. Я думаю дней через пять, я с вами свяжусь. — Виктор оглянулся, и увидев стоявшую в стороне девочку, подошёл к ней. — Держи на память. — и вытащив из подсумка, вложил ей в ладонь армейский складной нож.
Городской порт не работал, но следы разгрома уже убраны. На глазах у Виктора на портал подали напряжение, он набрал код Московского кольца, заблокировав от изменений, и махнув на прощание рукой, шагнул в окно перехода.
Доля секунды и он оказался в уже знакомом Московском Порту, где, прямо ему в голову щерился раструбами четырёхствольная 23 миллиметровая автоматическая пушка.
Виктор откинул забрало, но артиллеристы уже узнав Макарова, стаили оружие на предохранитель и задвигали свою технику обратно в загончик напротив кольца.
— Тащ генерал-майор. Дежурный охранной смены, майор Зубарев.
— Вольно. — Виктор кивнул. — Вызвали машину?
— Так точно. — Майор кивнул. — Ещё два часа назад переполох был. Какой-то деятель перешёл порталом из «серого» списка. Требовал вас.
— Так прям и сказал, подать мол Макарова? — Удивился Виктор.
— Нет. — Майор усмехнулся. — Но, когда ему предложили встретиться с нашим президентом, сказал, что будет разговаривать только с бароном.

Конец 
Казань 2022. 

* * *